Чтение онлайн

Сострадание было еще одной добродетелью, которую он наблюдал из своего темного укрытия. Несколько раз он видел, как она утешала темноволосую женщину с нежностью, которую большинство клеканианцев скрывали.

И она была умна, часто подходя к неизвестному с научным любопытством, которое вызывало у него собственное. Насколько он знал, никто не показывал им, как использовать эту технологию в их доме. Хотя его раздражала мысль о том, каким неэффективным способом они внедряли новых людей в свой мир, он поражался тому, как легко она могла разобраться в вещах, которые, как он предполагал, должны были быть совершенно новыми для нее.

Например, было приятно наблюдать, как она открывает для себя пищевой синтезатор. Она осмотрела маленькую машину глазами и руками, прежде чем, наконец, протестировать несколько элементов управления. Она, должно быть, пыталась и терпела неудачу пятьдесят раз, прежде чем, наконец, разобралась, как пользоваться машиной. Но она никогда не сдавалась, и от улыбки, озарившей ее лицо, когда она успешно приготовила свое первое блюдо, у него перехватило дыхание. Он бы убил за то, чтобы она улыбнулась ему вот так.

Каждый день он ломал голову, пытаясь вспомнить время, проведенное ими вместе, но очень немногое из того, что он вспоминал, имело для него смысл. Она была самой яркой в его снах, но он не мог принять это как реальные воспоминания. Они были слишком хороши, чтобы быть правдой.

Тот, что был у него прошлой ночью, заставил его со стоном проснуться, взять свой член в руку и обрести освобождение всего несколькими быстрыми движениями. Во сне она проводила руками по его рукам и груди, массируя его, прежде чем, наконец, прижаться к нему всем телом в объятиях и прошептать ему на ухо неузнаваемые слова.

Он знал, что этот сон, должно быть, был фантазией, потому что ни одна женщина в такой ситуации никогда бы не прикоснулась к обезумевшему, возбужденному мужчине так нежно.

Он наблюдал, как она включила свои ручные часы и прищурилась на цифры. Было странно, что человеку, которому не нужны часы, их имплантировали. Серьезность, с которой она смотрела на часы, ясно давала понять, что это было важно для нее.

От разочарования его плечи ссутулились. По ее хорошеньким надутым губкам и нахмуренным бровям было очевидно, что она не умеет смотреть на часы. Ему нужно будет исправить это в ближайшее время. Если было что-то, что он мог сделать, чтобы сделать ее счастливой, будь то передача знаний или заказ самых красивых часов, которые она когда-либо видела, на которых были изображены символы землян, ему нужно было это сделать.

Лука потянул за большой комок мха, при этом сломав прикрепленную к нему веточку. Звук эхом разнесся над водой, и он замер, наблюдая, услышала ли она. Конечно же, она повернула голову в его сторону, и ее глаза осмотрели местность рядом с тем местом, где он прятался. Как бы она отреагировала, если бы обнаружила его здесь?

Фигура, притаившаяся в темноте ее дома, пробудила в Луке защитные инстинкты, заставив его подняться и броситься к озеру. Он был всего в нескольких футах от кромки леса, собираясь показаться, когда фигура появилась на свету. Он резко остановился и отступил в тень, узнав маленькую девушку по имени Дейзи, о которой Иззо не переставал рассказывать.

Когда две женщины скрылись в затемненном доме, Лука начал расхаживать по комнате. Через несколько минут ему предстояло присутствовать на важной встрече. Было много причин, по которым эта встреча была важна, но одна из них, которая давила на него сильнее всего, заключалась в том, что у него будет возможность впервые поговорить с Элис. Он бесконечно прокручивал в голове, следует ли ему попросить о встрече с ней наедине или подождать. В конечном счете, он решил, что будет лучше, если она будет находиться в окружении других людей. Таким образом, если она не захочет с ним разговаривать, она не будет чувствовать себя загнанной в угол.

Помимо ужасных условий, в которых они встретились, у них не было никаких контактов. Что бы она подумала о нем? Ненавидела ли она его? Хотела бы она быть где-нибудь рядом с ним?

Неуверенность была новым чувством для Луки. Всякий раз, когда он намеревался сделать что-то новое, он убеждался, что подготовился, что провел все необходимые исследования для достижения успеха. Но теперь было так много неизвестных переменных.

Он не мог даже предположить, каковы были бы ее чувства или как она вела бы себя рядом с ним. Даже с той информацией, которую он узнал, она все еще была человеком. У нее была целая жизнь переживаний из другого мира, которые сформировали ее личность и реакции, и он мог только догадываться, какими они могли быть.

Тот факт, что у нее не было собственных брачных уз, также был проблематичным. Если бы она это сделала, то поняла бы его потребность быть рядом с ней. Чтобы убедиться, что она защищена и в безопасности.

Расстояние, разделявшее их, теперь казалось сотнями миль. Если бы она была в пределах его досягаемости, он не знал, смог бы удержаться от того, чтобы просто схватить ее.

Кивнув, он решил, что взять под контроль этот инстинкт спаривания имеет первостепенное значение. Если бы он мог провести достаточное исследование о партнершах, возможно, он смог бы понять, как подавлять свой инстинкт достаточно долго, чтобы очаровать ее должным образом. В его нынешнем состоянии, когда большинство связных мыслей прерывались мечтами о том, как он срывает с нее одежду и пожирает ее золотистую плоть, цивилизованное соблазнение было бы невозможно.

Посмотрев вниз, он обнаружил, что протоптал тропинку во мху своими шагами. Движение возле дома Элис снова привлекло его внимание. Озед, его брат, широкими шагами направлялся к ее дому. Его разум утверждал, что Зед, скорее всего, сопровождал ее на встречу, но инстинкты подсказывали ему бросить брата в озеро и сопровождать ее самому. Сжимая и разжимая кулаки, он стоял, кипя от злости.

Кивнув, он решил, что взять под контроль этот инстинкт спаривания имеет первостепенное значение. Если бы он смог провести достаточно исследований о партнерах, возможно, он смог бы понять, как подавлять свой инстинкт достаточно долго, чтобы очаровать ее должным образом. В его теперешнем состоянии, когда самые связные мысли прерывались мечтами о том, как он сорвет с нее одежду и вкусит ее золотистую плоть, цивилизованное соблазнение было бы невозможно.

Посмотрев вниз, он обнаружил, что протоптал тропинку во мху своими шагами. Движение возле дома Элис снова привлекло его внимание. Озед, его брат, широкими шагами направлялся к ее дому. Его разум утверждал, что Зед, скорее всего, сопровождал ее на встречу, но инстинкты подсказывали ему бросить брата в озеро и сопровождать ее самому. Сжимая и разжимая кулаки, он стоял, кипя от злости.

Он наблюдал, как Элис вышла из своего дома и последовала за Зедом. Лука бросился вдоль линии деревьев, ему нужно было двигаться быстро, чтобы не упускать их из виду, когда они огибали плавучие дома. Не в силах отвести взгляд, он продолжал спотыкаться об упавшие ветки. Скользкий мох и галька, казалось, сами собой ложились под ноги. Лука не мог вспомнить, когда в последний раз спотыкался. Он не был неуклюжим человеком, но ее наряд и тот факт, что она шла с другим мужчиной, мешали сосредоточиться.

Одежда, которую она выбрала, полностью демонстрировала ее голые ноги. Стройные загорелые ноги. Он мог только представить, как проводит руками по ее бедрам, пока они не исчезнут под подолом. Налетел ветер, поднимая легкую ткань выше и заставляя его разум отключиться.

Большой камень, скрытый мхом, заставил его снова поскользнуться. Его лодыжка неестественно подвернулась, за чем последовал тошнотворный треск. Он выругался, упав на колено. Когда он снова поднял взгляд, Элис и Зед смотрели на линию деревьев.