Чтение онлайн

Матерь… Божья, подумала Джейн, когда до нее дошло, в чем дело.

Затем последовали его носки и кожаные штаны, и так как он не носил белья, дальше было не отчего избавляться. В полной тишине он прошел по блестящему мраморному полу, и забрался на стол одним слаженным движением. Вытянувшись в полный рост, он был абсолютно неотразим — с его мускулистым телом и грациозными, мужественными движениями. Он сделал глубокий вдох, его грудная клетка поднялась и опустилась.

Мелкая дрожь пробежала по его коже… или это блики свечей?

Он нервно сглотнул.

Нет, он дрожал от страха.

— Выбери для меня маску, — сказал он низким голосом.

— Ви… нет.

— Маску и кляп, — он повернул голову к ней. — Сделай это. А потом надень на меня наручники. — Она не сдвинулась с места, и он кивнул ей на то, что висело на стене. — Пожалуйста.

— Зачем? — спросила она, наблюдая, как пот сбегал по его телу.

Он прикрыл глаза, а его губы едва шевелились.

— Ты подарила мне так много, не просто уик-энд из своей жизни. Я пытался понять, чем смогу тебе отплатить, ну знаешь, честный обмен и все такое, рассказ об овсянке за подробности о моих шрамах. Но единственное, что у меня есть, — я сам, и это… — он постучал костяшками по деревянной крышке стола. — Я сейчас открыт, насколько это вообще возможно. Вот что я хочу подарить тебе.

— Я не хочу причинять тебе боль.

— Знаю, — он распахнул веки. — Но я хочу, чтобы ты взяла меня как никто и никогда. Поэтому выбери маску.

Когда он сглотнул, она увидела, как адамово яблоко перекатывалось по колонне его широкой шеи.

— Это не тот подарок, которого я хочу. И не то прощание.

Последовало длинное молчание. Потом он сказал:

— Помнишь, что я рассказывал об организованной свадьбе?

— Да.

— Это произойдет в ближайшие дни.

О, сейчас ей действительно не хотелось этого. Думать о том, что она была с чьим-то женихом…

— Я еще не видел этой женщины. Она не видела меня, — он внимательно посмотрел на Джейн. — И она станет первой из сорока.

— Сорока?

— Я должен зачать им детей.

— О, Боже.

— Вот в чем дело. С этого момента, секс для меня — лишь биологическая функция. И я никогда не смогу оттуда выбраться. Я хочу сделать это с тобой потому… Ну, я просто хочу.

Она взглянула на него. Цена такого поступка отражалась в его широко раскрытых, потрясенных глазах на его побледневшем лице и поту, бисером покрывавшим грудь. Сказать «Нет» — значит осквернить его мужество.

— Что… — Матерь Божья. — Что конкретно ты хочешь, чтобы я сделала?

Когда Ви закончил свои пояснения, он отвернулся и уставился в потолок. Свет от свечи играл на обширном черном своде, делая его похожим на бассейн, наполненный нефтью. Ожидая реакции Джейн, его подхватило головокружение, ему казалось, что сама комната перевернулась, и он был подвешен на потолке, готовый рухнуть вниз и утонуть в масле Quaker State 106 .

Джейн не сказала ни слова.

Господи… Раскрыться полностью и потерпеть крах — с этим ничто не сравнится.

Но в тоже время, может, ей не нравятся суши из вампирятинки.

Он подпрыгнул, когда ее рука опустилась на его ногу. Потом он услышал металлический звук подхваченного хомута. Он посмотрел вниз на свое обнаженное тело, когда она обернула вокруг его щиколотки четырехдюймовый кожаный ремешок. При взгляде на ее бледные руки, занимающиеся связыванием, его член мгновенно затвердел.

Лицо Джейн было сосредоточено, когда она засовывала кожаный ремешок в пряжку и дергала влево.

— Так нормально?

— Туже.

Не поднимая взгляда, она хорошенько дернула. Ремешок впился в его кожу, и Ви, откинув голову назад на стол, застонал.

— Чересчур? — спросила она.

— Нет… — он задрожал всем телом, когда она закрепила другую ногу, и полностью возбудился. Ощущения усилились, когда она закрепила сначала одно, потом другое запястье.

— Теперь кляп и маску, — его голос охрип оттого, что кровь бросало то в жар, то в холод, а горло стало таким же тугим, как оковы.

Она взглянула на него.

— Ты уверен?

— Да. Маску выбери из тех, что закрывают глаза, она подойдет.

Она вернулась к нему с красным резиновым мячиком на ремешке и маской в руках.

— Сначала кляп, — сказал он, открывая шире рот. На мгновение она закрыла глаза, и он гадал, остановится ли она, но потом Джейн наклонилась ближе. Мяч имел вкус латекса — жалящий, горьковатый привкус на языке. Он наклонил голову, чтобы Джейн могла застегнуть кляп, дыхание тем временем вырывалось через его нос.

Джейн покачала головой.

— Я не могу одеть маску. Я должна видеть твои глаза. Не могу… да, я не сделаю этого без зрительного контакта. Хорошо?

Вероятно, это была хорошая идея. Кляп сделает, что должен, — даст ему чувство удушья… оковы тоже выполнят свое назначение, — вызовут ощущение ловушки. Если он не будет видеть и знать, что это она, то возможно вообще слетит с катушек.

Когда он кивнул, Джейн бросила маску на пол и сняла куртку. Затем подошла и взяла одну из черных свечей.

Легкие Ви горели, когда она вернулась к нему.

Она сделала глубокий вдох.

— Ты уверен?

Он кивнул снова, в то время как его бедра задвигались, а глаза расширились от страха. Он с ужасом и предвкушением наблюдал, как она вытянула руку над его грудью и… наклонила свечу.

Черный воск закапал на его сосок, и он стиснул зубы на кляпе, натягивая то, что удерживало его на столе, пока не заскрипела кожа. Член подпрыгнул на животе, и ему пришлось сдержать оргазм.

Она выполнила то, что он велел ей, сделала, как он хотел, опускаясь ниже и ниже по его груди, потом пропустила пах, чтобы начать с колен, поднимаясь вверх. Боль носила кумулятивный эффект, поначалу казалась лишь пчелиными укусами, но позже начала нарастать. Пот сбегал с его висков и груди, он пыхтел через нос, пока все тело не выгнулось дугой на столе.

Первый раз он кончил, когда она, отложив свечу в сторону, взяла кнут… и коснулась концом головки его эрекции. Он закричал в кляп и кончил поверх застывшего воска на животе.

Джейн застыла, будто реакция удивила ее. Затем пробежалась по сперме, покрывая ею грудь. Связующий запах наполнил пентхаус, одновременно с его покорными стонами, когда она хлестала его по груди, а потом по бедрам.

Он кончил во второй раз, когда она скользнула кнутом по его ногам и прошлась им по внутренней стороне бедер. Страх, возбуждение и любовь наполняли его изнутри, замещая его мускулы и кости; он стал сплошными чувствами и потребностями, а Джейн была возбудителем этих чувств.