Чтение онлайн

— Все, что я знаю, это то, что он двоюродный брат Ривера, — сказал Джей, жуя омлет. — Хотя странно, что он появился у тебя вчера.

Я прочистила горло и сделала глоток кофе без кофеина.

— Да, именно поэтому я и интересуюсь.

Джей обычно мог сказать, когда я извергала в его адрес полуправду. Инстинкт детектива и все такое. Однако сегодня он и глазом не моргнул.

— Я еще не очень хорошо знаю Ривера, — сказал Джей. — Однако он хороший парень. И полицейский.

— Так почему ты не привел его на завтрак?

— Он был занят. Сказал, что у него сейчас много семейных дел, с которыми нужно разобраться.

Классическое оправдание. Очевидно, он не был заинтересован в том, чтобы получше узнать своего нового партнера или сестру. Сегодня был не тот день, когда я узнала бы что-нибудь еще о Данте Гэбриэле.

Я могла справиться. Не то чтобы у меня был выбор.

— У вас есть еще какая-нибудь информация о женщине, которая исчезла из отделения неотложной помощи прошлой ночью? — спросила я.

Он покачал головой.

— Она словно растворилась в воздухе. А потом у нас пропал еще один пациент из клиники на Гравье-стрит.

— Люси рассказала мне, да.

— Откуда она узнала?

— Понятия не имею. Я просто предположила, что ей рассказали вы или какой-нибудь другой полицейский.

— Насколько я знаю, нет.

Это меня не особенно удивило. Люси, казалось, всегда узнавала что-то раньше других людей. Она бы отшутилась, сказав, что происходит из длинной линии по-настоящему интуитивных женщин. Сказала, что не верит ни в какую экстрасенсорную чушь, заполонившую Новый Орлеан.

Я тоже не верила во все это, но иногда Люси заставляла меня задуматься.

Джей потер шею. Это был третий раз, когда я заметила, что он делает это с тех пор, как мы начали завтракать.

— Ты в порядке? — спросила я. — Затекла шея или что-то в этом роде?

— Нет. У меня просто зудит это место.

— Дайка взгляну.

— Зачем?

— Потому что я медсестра, тупица. Возможно, смогу сказать тебе, что это такое.

— Хорошо.

Я встала и подошла к его стороне стола.

— Ты много чесал ее. Она вся опухшая и красная.

— Эрин, это естественно. Когда что-то чешется я чешу.

— Мы говорили об этом миллион раз, Джей. Ты должен сопротивляться желанию почесать это, или ты только сделаешь хуже. Теперь все так покраснело, что я даже не понимаю, что происходит. — Я осмотрела его шею, прощупывая ткань. Кожа была в основном гладкой, за исключением пары крошечных выпуклых рубцов примерно в полутора дюймах друг от друга.

— Похоже, тебя что-то укусило, — сказала я. — Может, комар.

— Насколько помню, нет, но чешется нереально.

— Это мог быть паук. Вероятно, это произошло, пока ты спал. Купи в аптеке крем с гидрокортизоном. Это снимет зуд. Он должен пройти сам по себе, но, если эти бугорки не исчезнут через неделю, дай мне знать. Я посмотрю еще раз.

— Слушаюсь, доктор, — весело сказал он.

Мой брат был хорошим парнем. Он никогда не хотел меня расстраивать, но знал, что я стала медсестрой, потому что не хотела влезать в шестизначные долги, поступая в медицинскую школу.

— Джей…

— Ой. Прости, сестренка.

— Все в порядке.

— Нет, это не так. Ты сделала правильный выбор. Я бы тоже не хотел быть по уши в долгах. Мне жаль, что у мамы с папой не было больше ресурсов.

— Это не их вина.

— Да, я знаю. — Он доел яичницу. — Я устала. Мне пора домой и в постель.

Я зевнула.

— Да, мне тоже. — Я достала из сумочки несколько купюр и положила их на стол рядом с теми несколькими, которые он бросил. — Нас устроят чаевые.

— Ладно. Увидимся, сестренка.

Когда я ехала домой, вспомнила медицинскую школу. Я мечтала об этом с детства и получила свой первый игрушечный стетоскоп на Рождество. Но мы с Джеем были детьми строителя и кассирши. Они усердно работали, но у них не было денег, чтобы отправить меня в медицинскую школу. Или колледж, если уж на, то пошло. Я выплачивала студенческие ссуды для своего настоящего и буду выплачивать в течение следующих нескольких лет.

Я была почти дома, когда что-то заставило меня свернуть на другую дорогу.

Глава 17

ДАНТЕ

Я больше не отличал ночь от дня. В комнате не было окон. Иногда лампы дневного света почти ослепляли меня, но чаще я оставался в темноте. Слуга приходил три раза в день, чтобы освободить меня, и я мог сходить в ванную и поесть. Блюда обычно состояли из курицы или говядины, картофеля, овощей и стакана воды.

— Королева хочет, чтобы ты пил.

Из-за того, что я оставался увлажненным, мне только хотелось чаще в туалет, и в итоге мне приходилось сдерживаться, пока они не отпускали меня помочиться. Если слуга ленился и отводил от меня взгляд, что он делал редко, я выливал часть воды в унитаз вместо того, чтобы пить ее.

Пока она не узнала.

Она никогда не называла мне своего имени. Но она знала мое.

— Слышала, ты выпил не всю свою воду, Данте. Разве я не велела тебе есть и пить все, что тебе принесут?

— Да.

— Что «да»?

— Да, моя королева, — сказал я сквозь стиснутые зубы.

— Когда ты пьешь недостаточно воды, у тебя вырабатывается недостаточно крови. Ты же не хочешь, чтобы я осушила тебя, не так ли?

Если бы она осушила меня, я бы умер.

Иногда я желал смерти. В других случаях так сильно стремился выжить, что знал, что сделаю все, чтобы спасти свою собственную шкуру.

Чего я жаждал больше всего, так это побега. Освободиться от цепей.

Как долго я здесь пробыл?

Я понятия не имел. Дни превратились в месяцы, а месяцы в годы. Волосы на моем лице стали гуще. Слуга брил меня каждый день — не только лицо, но и пах. Королеве это нравится, сказал он, она не хотела, чтобы что-то мешало ее доступу к моей бедренной артерии.