Чтение онлайн

Кн. Юрий в Литву. Князь мстиславский и кричевский. Смоленск. Юрий Лугвенев в Москву. В тот же год погорел град Полоцк весь. В тот же год князь Юрий Семенович Лугвенев литовский выехал из Новгорода в Литву, и князь великий литовский Казимир Ягайлович дал ему вотчину его всю, Мстиславль, Кричев и иных градов и волостей немало. Он же, возгордившись, осадил Смоленск, и Полоцк, и Витебск, и было ему то не полезно, и людям на мятеж великий и поношение. И в тот же год, убоявшись страхом великим, видя свою безрассудную дерзость, что неразумием сотворил, сбежал на Москву. В тот же год в Новгороде владыка Евфимий новгородский поставил церковь каменную святую Анастасии. В тот год и комнату меньшую каменную поставил у себя на дворе.

1441. Будин. Объявление Исидора. В 6949 (1441) месяца сентября в 1 день Евгений, папа римский, после собора своего премного ликовал в радости о согласии с царем Иоанном, Мануиловым сыном, греческим Константинограда, и со всеми митрополитами и епископами греческими, и с иноками, и с философами, и с князями, и боярами, и со всеми греками; особенно же Исидора, митрополита русского, весьма много чествовал. И отпустил царя в Константиноград со всеми бывшими там его, также Исидора, митрополита русского, отпустил с честию многою. Пошел же Исидор митрополит от Рима в путь свой на Русскую митрополию, и пришел во град, называемый Будин, месяца марта в 5 день, и оттуда послал свои писания в Ляцкую, и Литовскую, и Немецкую землю, и на всю Русь православного христианства. Писано же так: «Исидор, милостию Божиею пресвященный митрополит киевский и всея Руси, легат и от ребра апостольского седалища (престола) ляцкого, и литовского, и немецкого, народам всем и всякому о Христе верному христианству с прибавлением веры своей вечное спасение от Господа Иисуса Христа, и мир, и благодать на всех. Возрадуйтесь и возвеселитесь все ныне живущие о Господе, что церковь восточная греческая с западною римскою церковию, что долгое время в разделении и одна к одной враждебны были, ныне истинным соединением соединились в первоначальное соединение, мир, тишину, любовь и во единоначалие древнее без всякого разделения. Совокупились же все христоименитые люди, как латины, так же и фрязи и другие к сим все, которые подлежат святой соборной великой церкви константинопольской, что есть русы, сербы, волохи и иные все христианские роды, истинно верующие во Христа Иисуса, сына Божия, и Бога, которого создания все небесные и земные, и о нем все имущество наше и все упования наши и в сем веке и в будущем. Приимите святое и пречистое соединение и единоначалие с великою духовною радостию и честию. Молю вас всех в Господа нашего Иисуса Христа, который с нами милость сотворил, чтоб никакого разделения с римскою у вас не было, поскольку все рабы есть Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа и во имя Его крещения. Один Бог, одна вера и одно крещение, тогда бы в вас было одно согласие, и тишина, и мир, и любовь о Христе Иисусе. Вы же, латинские роды, тех всех, которые в греческой вере есть, истинно веруйте о них без всякого размышления, ибо все были крещены, и крещение их свято есть истинное от римской церкви, которое истинно, и равно как римской церкви, так же и восточной церкви крещение. Так чтобы отныне между вами никакого злого размышления и разногласия не было о тех делах, но как латины, так и вышесказанные греки к единой церкви прихожение имели, чистым и сокрушенным сердцем молитвы и моление Господу Богу приносили, ибо единым единое стало. И когда греки в земле бывают латинской, где есть в земле их латинской и в римской латинской церкви, чтобы вы все к божественной службе со дерзновением и умиленным сердцем принимали и честь воздавали, как и в своих церквах в своей земле, где кто живет; так на покаяние приходить к латинским священникам и тело Господа Иисуса Христа Бога нашего от них принимать. А латины также должны ко греческим церквам ходить, и божественные службы слушать, и с теплою верою и сокрушенным сердцем поклоняться тому же Иисуса Христа телу, поскольку истинно Иисуса Христа тело так же священно от греческого священника в кислом хлебе, как священно и от латинского пресвитера в пресном хлебе, и того ради достойно есть обои держать, пресное и кислое, заедино. И латины также приходят на покаяние к греческим священникам и причастие святое и божественное тело от них взимают, поскольку оба то единое есть истинное. Ибо так вселенский великий собор окончательно решил в явленном посидении во многом совопрошании и испытании от божественных писаний, в честной и в большей церкви служив, во граде Флоренции в год воплощения Господня 1439 месяца июня в 6 день».

Умер Дмитрий Красный. Той же осенью сентября в 22 день преставился князь Дмитрий Юрьевич Красный. Было же нечто дивное в болезни его. Ибо прежде глухота ему была, и болячка в нем развивалась, и была болезнь тяжкая ему очень, что по много дней нисколько не мог принять во уста свои, ни же сна не бывало ему. После сего же восхотел причаститься; в день же воскресный месяца сентября в 18 день совершал литургию, и пришел священник со святыми дарами, а у него тогда кровь пустилась из обоих ноздрей словно ручейки текли, и много пошло ее, и нельзя было причастия дать ему, но стоял священник с причастием в сенях, ожидая. После сего же кровь начала надниматься. Отец же его духовный, Осия именем, священноинок заткнул бумажкою ноздри его. Князь же, встав, встретил божественное причастие в дверях горничных, и так причастился со страхом и с боязнию многою, и дору (антидор) взял, и просфору пречистой, и воду служебную, и возлег на постель свою. После сего же снова покушал ухи, мясной и рыбной, и вина чашку испил, и сказал своим: «Выйдите вон, дадите мне упокой, заснуть мне хочется». Они же возрадовались, приняв кровь ту за пот, и пошли есть к Дионисию Фомину и пили у него. И когда был уже вечер, вот один некто из оставшихся у князя прибежал скоро к отцу его духовному Осие, тут же был и дьякон княжий Дементий, и сказал к ним: «Пойдите скорее, князь отходит». И придя, застигли его уже в последнем издыхании, и так канон на исход души и молитву промолвили, и так отдал дух; в ту же ночь закутали его и покрыли. Многий же тогда крик и вопль был и плач неутешный. И потом немного испили меду, и легли в той же горнице многие у него, и поуснули. Один только дьякон его не испил тогда, но лег против князя на другой лавке, смотрел на них, а спать не восхотелось ему. И когда было около полуночи, сей снова посмотрел, князь же руками своими без причины скинул одеяло с головы своей и сказал великим гласом: «Петр же опознал его, что Господь». Дьякон же Дементий, видев сие, от страха оцепенел; а князь и снова то же слово сказал; дьякон же, мало придя в себе и окрепившись, начал возбуждать бывших тут. А князь первое слово повторил, потом же начал петь демественно: «Господа пойте и превозносите его вовеки», затем «Аллилуйя»; после сего же стих Богородичный 4 гласа песни: «Жилище свое живый в вышних», затем иные Богородичные; а пев, очи смежив, а тело его, как и у живого у него было видеть. Пред утреннею ж начал стихать; после утренней же отец его духовный Иосия принес к нему причастие запасное, а князь снова не глядел; он же двинул по устам ложкою, и князь взглянул и увидел его, причастие держащего, и сказал из глубины сердца: «Радуйся, утроба божественного воплощения». И так причастился божественных тайн. И потом в понедельник тот и во вторник говорил от писаний, и пел стихи, и людей узнавал, и говорил к ним, что хотел, но не по порядку. А к самому к нему кто что ни промолвит, он того не слышал. В среду же перестал говорить, а людей еще узнавал. В четверток же в самую обедню, когда начали читать святое Евангелие, тогда отдал дух окончательно месяца сентября в 22 день. И в тот час бояре послали за братом его старшим за князем Дмитрием Юрьевичем Шемякой на Углич, а его, нарядив, как по достоинству мертвым, понесли в церковь святого Леонтия. А церковь та без пения стояла, но совершали тогда в ней всю службу и поминовения, которые над мертвыми. В восьмой же день после преставления его пришел брат его князь Дмитрий Шемяка, и тогда отпели надгробную над ним, и положили его в колоду, и осмолили с полстями, повезли его на Москву на носилках; везя же, дважды с носилок сронили его. Привезли же его на Москву месяца октября в 14 день, после преставления ж его в 23 день, и внесли его в церковь архангела Михаила на площади, и отпели над ним погребальную, а он еще в колоде лежал. После отпетия ж рассекли его колоду, думали только кости обрести, и открыв, видели его всего целым, ничем же невредимым, также и ризы его погребальные, как и прежде положены на него, лице же его бело, как у спящего, не имея черноты, ни даже синевы. И так возблагодарили Бога, и положили его во гроб возле отца его князя Юрия Дмитриевича.

Той же зимой пришел Исидор, митрополит гречанин киевский и всея Руси, с восьмого собора из Рима от папы на Русь в Киев и начал зваться легатом от ребра апостольского.

Война на Новгород. Деман. Дань с новгородцев. Той же зимой ходил князь великий Василий Васильевич к Новгороду ратью. И пошел к нему из Новгорода владыка новгородский Евфимий, а с ним бояре и зажиточные люди, и наехали его в Деревах у града у Демана, и били челом, и заключили с ним мир по старине, и дали ему восемь тысяч рублей новгородских. А псковичи, пособляя великому князю, много земли новгородской повоевали и пакости и бед много сотворили. В то же время воеводы новгородские с заволочанами в великого князя Василия Васильевича вотчине воевали и много зла сотворили.

Умер Юрий. Родился Юрий. Той же зимой преставился князь Юрий Васильевич старший, а другой князь Юрий Васильевич родился месяца января в 22 день. А ранее за год на тот же день месяца января в 22 день, на память святого апостола Тимофея, родился князь Иван Васильевич, а крестил его игумен Троице-Сергиева монастыря Зиновий.

Исидор в Москве. Проповедь о соединении. В ту же весну пришел Исидор на Русскую землю, шел к Москве и говорил так, что соединились мы на сем великом соборе восточной церкви с западными. И так восхотел соединить православие, великую державу Белорусскую великого князя Василия Васильевича с латинством, и не попустил ему Господь Бог. Ибо прежде в послании грамот своих звался легатом и от ребра апостольского престола латинского, и пред собою повелевал носить крыж (крест) латинский да три палицы серебряные в почесть фряжского права; в молитвах же и в службах божественной литургии вместо святых патриархов вселенских во первых поминали и величали Евгения, папу римского, которому за золото предал святую веру греческого православия. И пришел на Москву в неделю третью святого Великого поста, и в тот день молебны пел за великого князя и за все православное христианство, и божественную литургию служил, и впервые поминал Евгения, папу римского. По окончании же божественной службы повелел протодьякону своему, в стихаре со уларем (дьяконским орарем) войдя на амвон, читать громогласно грамоту восьмого суемысленного сего отреченного собора. В ней же писано было богомерзко и богоотступно, что были латинские прелести, разделяющие святую троицу, говорилось, что Дух Святой от Отца исходит, даже и от Сына, и опресночные мудрствия соединили, говоря что и в бесквасном и в квасном хлебе телу Иисус Христову сотворяться по достоинству будет. А об усопших так было писано: кто во истинной вере исповедания Божьего со смирением конец приняли и покаяния плод не успели принести по согрешениям своим, о котором им духовные отцы заповедали, и так все очищением мук очистятся после смерти. Но все же таковое собою, мудрствуя, соделали прелести ради истинной веры в православии, чтобы, прельстив, отлучить христианство от божественного закона. К тому же обо всех их бывших делах их и сам Евгений, папа римский, послал свое с ним письменное послание, к благоверному великому князю Василию Васильевичу грамоту, так написав:

Письмо папы к великому князю. Похвала Исидору. «Евгений епископ, раб рабам Божиим, превысокому князю Василию Васильевичу московскому и всея Руси великому царю спасение и апостольское благословение. Благодарим вседержителя Господа Бога, что ныне после многих трудов Духа Святого благодати помощию восточная церковь с нами едина есть, что ко спасению идет душ многих людей и к твоей славе и хвале пишется. И к сему единству и согласию многое поможение и поспешествование честнейшего брата нашего Исидора, митрополита твоего киевского, и всея Руси пастыря, и от римского престола посла, который за свое благое стадо о соединении крепчайший труд имел. И того ради потребно всем помогать ему во всех делах, а наиболее в сих делах, что отношение имеет к достоинству и чину церковному, врученному ему. А твое превысочайшество именем Господа Иисуса Христа со многим желанием просим, да сего митрополита Исидора, трудившегося об оправдании и о добре церковном по вышесказанному, да примешь его радостно и нас для, потому что то с желанием и со многим рачением к тебе о нем взываем, да будешь ему во всех вещах, что имеем видеть от него о церковной пошлине пристояние, всеми своими силами усердный помощник; что да будет хвала и слава тебе от людей, а от нас благословение, а от Бога вечное дарование. Дано во Флоренции в 1439-й, священства нашего в 9-й год».

Великий же князь во церкви на молебне и литургии слышав сие новое об упоминании папы, а не патриарха цареградского, усомнился весьма, но дал ему все совершить, а потом, призвав к себе, расспросил подробно о всем. И слышав, что все греческие патриархи, и власти там бывшие, и сам царь Иоанн, зять его, соединились, ужаснулся. Но когда начал с ним прение иметь о разности евхаристии, и отпущении грехов, и огне очистительном, и о власти папы, тогда Исидор не мог ему на все прямо отвечать. Он же усомнился, не повелел в дом владычний, но в монастырь Чудов идти и там до утра пребывать. Потом послал и призвал бывших с ним и, вопрошав, уведал, что Исидор, ценою большою от папы купленный, предал царя и патриарха и всех бывших там, и как Марк ефесский, и с ним послы патриархов иерусалимского и александрийского, и иные не подписались. Тогда князь великий созвал всех епископов, протопопов, архимандритов, и игуменов, и бояр и поведал им бывшее. Они же не смели ничего говорить, боясь митрополита. И князь великий сказал: «Добро есть, что в вере соединились; но сие не хорошо, что папа, видя свою неправду о евхаристии, крещении и об умерших, не могши спорить с греческой церковью, закрывая ложь снисхождением, оба за равное принял; более же сего, что всю восточную церковь себе подверг и тем прежние соборы опорочил; да сие только того ради, чтобы да от всех дани берет. И если мы и даем некое даяние церкви константинопольской, то помня, что от них крещение приняли, имеем долг, а папе за что? А так как от царя и властей греческих не имеем извещения, назначил ему пребывать в Чудове, до тех пор, пока не известимся право».

Исидор осужден. Тогда все епископы русские, которые были тогда в Москве и, слышав, прежде молчали, как спящие и не ведающие писания, ни силы, и ныне возбудились, и все с ними князи, и бояре, и множество людей вспомянули и уразумели законы прежние от апостолов и святых соборов, на которых стоит церковь греческая, начали говорить от святого писания и звать Исидора еретиком. И тогда князь великий Василий Васильевич возрадовался о согласии епископов своих, и князей, и бояр, и всех православных христиан, и повелел ему пребывать в монастыре, до тех пор пока не изыщет о нем по священным правилам святых апостолов и святых семи соборов святых отцев, чтобы так истинным судом правды пред архиепископами и епископами, пред всем священным собором обличить ересь его, что да усрамится и отложит латинские соединения и согласия ересные, и повинуется, и покается, и милость получит. Исидор же, злой ереси латинской насытившись, никак же не восхотел отлучиться от латинского согласия и соединения, нисколько повиноваться не восхотел и не послушал великого князя и всего священного собора. И приставил к нему князь великий приставов своих, и повелел его стеречь, да отлучится от латинского соединения и согласия, и обратится, и покается, и милость получит; так жил в монастыре у Чуда за стражей.

1442. Татары на Рязань. Война с Шемякою. Киасово. Колудар. Александр Чарторыский. Мир с Шемякою. Кн. Дмитрий Шемяка в Новгороде. Зима тяжкая. В год 6950 (1442) приходили татары Большой орды на Рязанские украины, и много зла сотворили, и отошли с полоном. Той же осенью князь великий Василий Васильевич воздвиг нелюбовь на князя Дмитрия Юрьевича Шемяку и пошел на него ко Угличу. И тот побежал в Бежецкий Верх новгородский, а князь великий возвратился на Киасово и пришел на Москву. Тогда Колудара ирежского кнутом били. И потом же князь Дмитрий Юрьевич Шемяка, а с ним князь Александр Чарторыский вскоре очень пришли почти к Москве; и помирил их игумен Зиновий троицкий, и любовь между ними сотворил. Той же осенью пожар был на Москве. Той же зимой боялся князь Дмитрий Юрьевич Шемяка великого князя Василия Васильевича и прислал в Великий Новгород, чтобы его приняли на своей им воле. И новгородцы отвечали: «Если хочешь, князь, к нам ехать, ты езжай, и мы тебе рады». Та же зима лютая была весьма, и морозы великие и нестерпимые, и много скоту и людям зла сотворилось.

Непогоды. Дороговизна. В ту же весну были громы великие, и молнии страшные, и ветры и вихри великие, и был страх на всех людях. В ту же весну было отзимие, и пал снег великий, и снова сошел; и поднялись ветры, и были морозы многие и ветры великие; и была скорбь многая в людях. В тот же год было жито дорого. В тот же год в Новгороде владыка Евфимий поставил церковь каменную святого спаса Преображения в Русе на старом основании и освящал ее сам, и монастырь устроил, иконами и книгами, и сосудами церковными, и всем потребным наполнил и удоволил. В тот же год в Новгороде владыко Евфимий поставил церковь каменную святого Николы у себя на дворе.

Возгорание. В тот же год в Новгороде пожар был великий очень на Подолье, и церквей каменных сгорело 12, и конец весь погорел до святого Георгия, и христиан великое множество сгорело; и простого люда на Лубянице. И потом в тот же месяц пожар был в Новгороде, погорело Заполье Никитиной улицы, и была пакость многая людям, которые носились от первого пожара с имуществом своим, и те все погорели и с имуществом своим; и была скорбь многая в христианстве. Тогда же от скорби той пожаром пострадавшие новгородцы взяли многих людей напрасно, говоря: «Вы зажигаете, втайне желая корысти ради своей, и таковые беды и напасти сотворяете». И так многих христиан на огне сожгли, а иных в Волхов с моста сбрасывали, а иных камнями побили. Тайны ж сердец человеческих один Бог ведает, по правде ли сие есть, что таковую казнь злую приняли, поскольку за грехи наши таковые напасти бывают от Бога посылаемы, да было отстали от злых дел своих, и обратились, и покаялись, и по воле Божией жили, да и в настоящем и будущем благое получили; а злые люди тем на большее зло подвизаются.