Чтение онлайн

В 1945 году ещё можно было говорить об этом, поскольку хотя Германский Рейх перешёл в сферу полномочий четырех держав-победительниц, однако как объект этих полномочий в действительности ещё в определённом смысле продолжал существовать. Существенное изменение 1945 года состояло собственно только в том, что Германский Рейх из субъекта политических событий превратился в объект. Безоговорочная капитуляция произошла только со стороны вермахта. То, что собственно должно было бы стать безоговорочной капитуляцией — формальная передача власти в Германии от правительства рейха в пользу (сначала трёх, позднее четырёх) держав-победительниц — в определенной степени вследствие технических неурядиц не состоялось.

Тем не менее переход власти из германских рук в руки союзников был, даже если он и прошёл не совсем в соответствии с планом. Он произошёл после ареста 23 мая обрубочного правительства Дёница путём одностороннего взятия полной власти в Германии державами-победительницами 5-го июня 1945 года. После этого Германский Рейх продолжал существовать ещё почти три года в качестве объекта держав-победительниц, так сказать как Рейх четырёх держав, под иностранным управлением.

Однако дальнейшее существование этого рейха зависело от того, что победители будут постоянно придерживаться плана управлять Германией как единым целым, а этого не произошло. Как можно было предвидеть, союз, который был антигитлеровской коалицией и удерживался вместе только борьбой с Гитлером, пережил конец этой борьбы всего лишь на три года.

Тем не менее придерживаются точки зрения, что в эти три года произошли определённые урегулирования, которые частично продолжают существовать ещё и сегодня. Под управлением четырёх держав германские земли были разделены на Западные и Восточную зоны; в западных зонах с этой целью даже были основаны новые земли: например Северный Рейн-Вестфалия, Нижняя Саксония, Шлезвиг-Гольштейн. Очевидно, что все эти земли в соответствии с изначальным планом держав-победительниц позже должны были быть объединены в свободную или более тесную федерацию, или конфедерацию, в своего рода Германский Союз. Земли, которые тогда были основаны, с некоторыми изменениями на юго-западе существуют ещё и сегодня в западной части Германии. Это земли, из которых состоит Федеративная Республика. В ГДР земли как административные единицы больше не существуют.

Равным образом в рейх четырех держав вернулись партии, которые сегодня ещё являются правящими партиями в обоих германских государствах. Тогда было прежде всего четыре: коммунистическая, социал-демократическая, либерально-демократическая и христианско-демократическая, которые существовали во всех четырёх зонах. Очевидно, что державы-победительницы и здесь придерживались той точки зрения, что эти партии позже должны будут определять политическую жизнь всей Германии, в какой бы форме она ни была.

В Федеративной Республике все четыре партии имеются вплоть до сегодняшних дней, правда, коммунисты — после временного запрета — только как очень маленькая периферийная партия. В ГДР нет больше социал-демократов. Там правят коммунисты, но существуют также и другие партии, существование которых впрочем мало заметно. Они очень сильно зависимы от коммунистической партии, но всё-таки представлены в Народном Собрании в качестве собственных организаций.

В остальном же от рейха четырёх держав осталось ещё немногое. Потому что история на протяжении трех или четырех лет непосредственно после войны, когда можно ещё говорить об этом рейхе четырёх держав, не стояла на месте. Важные события, которые определяют историю после кончины Германского Рейха, отмечают пункты, в которые рейх каждый раз терял всё больше своей сущности, пока к концу её уже больше не стало. Это годы 1949, 1955, 1961, 1971–1972 и наконец, что для некоторых читателей возможно будет поразительным, 1975 год.

Что произошло в 1949 году? По моему мнению, этот год является самым глубоким переломом в истории после кончины Германского Рейха. Тогда, почти точно через четыре года после окончания Второй мировой войны, были основаны оба государства, в которых сегодня живут немцы: на Западе Федеративная Республика Германия, которая образовалась из объединения трёх западных зон оккупации, и на Востоке ГДР, прежняя советская зона оккупации. Процесс основания не следует описывать здесь подробнее; отметим только следующее.

Основание Федеративной Республики прошло вовсе не без трудностей. Премьер-министры западно-немецких земель затягивали с созывом парламентского совета, который должен был выработать новую конституцию — нынешний основной закон Федеративной Республики. У них были опасения в отношении основания западно-немецкого государства, поскольку было предсказуемо, что такой шаг повлечёт за собой основание восточно-германского государства (что затем беспрепятственно и произошло на Востоке). Выражением этих сдерживающих факторов является многократно дискутировавшаяся преамбула основного закона, в которой отцы-основатели грядущего мира засвидетельствовали, так сказать, что совесть у них нечиста. Они не хотели в действительности воздвигнуть новое, западно-немецкое государство. В своих помыслах они придерживались того, что должно быть восстановлено общегерманское государство, Германский Рейх — и пусть это будет в тесных границах 1945 года. Основатели Федеративной Республики выразили это желание в несколько витиеватой формуле: они действовали также за тех (немцев), которым было отказано в сотрудничестве, и весь германский народ призывался в свободном самоопределении осуществить до конца свои единство и свободу.

Федеральный конституционный суд пожелал из этого сделать двоякий вывод: во-первых, требование об объединении и, во-вторых, утверждение о продолжении существования Германского Рейха. Оба вывода представляются мне чрезмерной интерпретацией.

В преамбуле основного закона никоим образом не написано, что какое бы то ни было будущее правительство Федеративной Республики обязано добиваться объединения Германии. Если бы авторы конституции хотели бы сказать это, то они бы это сказали. Однако в преамбуле основного закона имеется лишь весьма неясный призыв к немецкому народу «завершить» своё объединение и свободу.

Также в ней не написано: несмотря на всё, что мы теперь принуждены совершать, Германский Рейх продолжает своё существование. И это было бы сказано, если бы хотели сказать это. Напротив: в преамбуле даже написано в определённом смысле, что Рейх не продолжает существовать, поскольку он же должен будет быть заново основан («завершён») в неопределённом будущем путём свободного решения немецкого народа.

И собственно говоря, речь не идёт о «Германском Рейхе». Единство Германии должно быть достигнуто свободно; в какой государственной форме, не говорится. Интерпретация, что тем самым может иметься в виду только старый Германский Рейх, по моему мнению выходит за рамки собственно содержания преамбулы Конституции — и она сегодня ещё играет роль во внутренней германской политике. Что же отсюда можно извлечь — это то, что основатели Федеративной Республики в действительности основали на Западе Германии новое государство, и это несомненно.

Федеративная Республика была новым государством. Не только с географической точки зрения она не была основанным заново Германским Рейхом, она не была также фрагментарным остатком этого Рейха. Потому что она произошла из земель, которых частично никогда не существовало в Германском Рейхе; она была основана партиями, самой сильной из которых — ХДС/ХСС [23] — также не было в Германском Рейхе. И Федеративная Республика дала себе Конституцию, которая не была основана ни на Конституции прежнего Германского Рейха, ни Веймарской Республики, а являла собой совершенно новые черты. Это было действительно новое государство, которое возникло тогда.

И равным образом было новым государство, возникшее в советской зоне оккупации. Это не требует подробного обоснования, потому что это государство с самого начала не имело какого-либо сходства ни с одной из государственных форм Германского Рейха и также не утверждало, что оно является продолжателем Германского Рейха в какой-либо форме.

Это не предотвращало того, что оба новых германских государства, как одно, так и другое, субъективно ощущали себя центрами будущего восстановленного и полного германского национального государства и также отчётливо давали это понять. ГДР представляла тогда ту точку зрения, что западное государство является «раскольническим государством»; а Федеративная Республика выражала намерение посредством притягательного действия своего большего благосостояния и своей большей свободы постепенно перетянуть на свою сторону немцев из ГДР, и таким образом достичь своего рода воссоединения. Это вовсе не было нереалистичной мыслью, потому что ведь в действительности было большая миграция из ГДР на запад в Федеративную Республику: в годы с 1949 до 1961 ГДР потеряла миллионы людей. Однако это не нанесло ущерба её существованию как государства.