Чтение онлайн

Когда он снял с нее трусики, она уже была готова отдаться ему и попыталась привлечь его к себе, но он опять упрямо воспротивился.

— Ну ты и завелась, — рассмеялся он.

И она не отрицала, надеясь, что он не будет позже дразнить ее и подшучивать над ней из-за этой несдержанности, но сейчас ее это нисколько не беспокоило.

Он погладил каштановые завитки в низу ее живота.

— Я не хочу торопить события. Я хочу быть уверен, что ты…

— Я очень хочу тебя, — произнесла она сквозь сжатые зубы. Она была готова умолять его утолить это мучительное желание.

Роун окинул ее пристальным взглядом.

— Вот ты какая, — восторженно прошептал он.

— Роун… — Она понимала, что спорить с ним бесполезно — он всегда следовал собственным побуждениям, — но впервые ей нравилось то, что он делал.

— Повтори еще раз, что ты хочешь меня, — прошептал он, касаясь ее сокровенного места.

Но она уже не могла говорить и лишь простонала его имя.

Он убрал руку.

— Мне нравится, как ты произносишь мое имя, — сказал он, перемежая слова жаркими, требовательными поцелуями. — Твой голос возбуждает меня. Всегда возбуждал, с того самого момента, когда я впервые услышал его.

Она раздвинула ноги, а он закрыл глаза и замер в предчувствии сладостного мига соединения.

Когда он проник в нее, все ее ощущения сосредоточились в том месте, где находился горячий источник ее желания. Она вдруг почувствовала, что стремительно погружается в бурное море удовольствия, и почти сразу же достигла его глубины — столь божественной, что ей показалось, будто она может умереть.

Она все еще блаженствовала на волнах экстаза, когда Роун сделал несколько сильных толчков, застонал, и тело его застыло в напряжении. Этот порыв был таким неистовым, таким неожиданно быстрым, что на мгновение снова увел Викторию на вершину сладострастия, но постепенно она все же стала успокаиваться и тихо рассмеялась.

— Вот что бывает, если меня завести!

— Похоже, себя я завел еще сильнее. Полежи минутку спокойно, — попросил он, когда она попыталась изменить позу. — Тебе некуда спешить.

— А я и не спешу.

Он поцеловал ее в лоб и убрал с лица влажные волосы.

— Ты восхитительная женщина, — с восторгом заявил Роун.

Смущенная его восхищением, Виктория промолчала. А он продолжал говорить ей о том, какая она изумительная женщина, описывая ее достоинства в выражениях, которые становились все более и более откровенными и подчеркнуто детальными. Очень скоро она подхватила его игру и стала расхваливать его мужественность, отмечая исключительные качества любовника. При этом она ничуть не преувеличивала. Весь ее прежний сексуальный опыт — не очень-то, в общем, большой — казался незначительным и пресным по сравнению с бурным физическим и эмоциональным союзом с Роуном.

Он пошевелился внутри нее, и она хотела возразить, не собираясь отпускать его. Но это шевеление превратилось в мягкий толчок, потом еще один и еще…

— Это невозможно, — прошептала она.

— Разве?

Было совершенно очевидно, что он полностью восстановился. Виктория закрыла глаза, поддаваясь его ласкам и двигаясь вместе с ним. Он дождался, когда она поднимется на вершину наслаждения, а затем присоединился к ней.

Виктория не знала мужчин, которые бы обладали такой выносливостью. К рассвету она совсем обессилела. Они любили друг друга, потом засыпали на короткое время, затем опять занимались любовью. Роун будил ее снова и снова, лаская ее грудь и живот.

Теперь он спал, и она поборола искушение еще раз предаться страсти. Нелва вставала рано, и Виктории не хотелось, чтобы мать увидела, как она выходит из гостевого коттеджа в халате в час, когда солнце уже взошло.

Взъерошив Роуну волосы, она сказала:

— Иди ко мне и поцелуй меня крепко.

— М-м… как прикажешь, — сонным голосом произнес он и обнял ее.

Она обхватила его руками за шею и раскрыла губы для поцелуя, чувствуя, как тело ее наполняется сладкой истомой. Рука Роуна потянулась к ее груди, но она удержала его.

— Можно подумать, что ты хочешь насладиться этимсразу на всю жизнь.

— Конечно. Вспомни, сколько времени мы потеряли, сколько ночей провели в мотелях в разных номерах…

Она поежилась и отстранилась.

— Роун…

Он прервал свои попытки еще раз заняться с ней любовью и посмотрел ей в глаза.

— Что-то случилось?

— Ничего не случилось, за исключением того, что уже поздно…

Он улыбнулся в ответ, напомнив ей зловредного мальчишку.

— О, если только это…

Он наклонился и сжал губами ее сосок, и она не сопротивлялась. Его ласки казались ей такими знакомыми, словно они были любовниками годы, а не часы.

Но на сей раз она не могла позволить ему зайти слишком далеко — с каждой минутой небо становилось все светлее.

— Мне хорошо с тобой, Роун, но я действительно должна идти, — сказала она, подчеркнуто выговаривая последние слова, несмотря на вновь вспыхнувшее в ней желание. — Я не хочу, чтобы мама узнала.

— А почему нет? — Он потрогал языком ее ухо. — Ты уже большая девочка.

— Для моей матери я все еще маленькая девочка. — Она попыталась сесть. — Время уходит, и карета вот-вот превратится в тыкву. Золушке пора возвращаться домой.

— Значит, все кончено? — спросил он вдруг потускневшим, бесцветным голосом. — Я снова становлюсь джентльменом?

Виктория убрала его волосы с лица.

— Ты хочешь сказать, должны ли мы вернуться к отношениям чисто дружеским? — Она рассмеялась. — Ты с ума сошел? Ты думаешь, что я смогу забыть лучшую ночь в моей жизни и пойти дальше, ни разу не оглянувшись? Почему ты так слабо веришь в свое сексуальное обаяние? — Она внимательно посмотрела на Роуна и следующую фразу произнесла, обдумывая каждое слово: — У нас впереди еще много дней совместного путешествия. — Она не сказала — много дней совместной жизни.

На лице Роуна появилась улыбка.

— Иногда ты чертовски удивляешь меня, Вик. Я уже был готов к тому, что ты снова поведешь себя неприступно и будешь настаивать, чтобы мы забыли о случившемся.

— Я бы никогда не смогла забыть. Не-важно, что… — Она замолчала, а затем спросила: — Хочешь поехать сегодня в город?

Роун несколько удивился столь внезапной перемене темы, но виду не подал.

— Конечно, почему бы нет? А зачем?

— Я подумала, что мы могли бы заехать в аптеку…

— А-а… Боже мой, Вики, я даже не предполагал… ты хочешь сказать, что ты не…

Она покачала головой и удрученно пожала плечами.

— Наверное, нам надо было обсудить это раньше. Утешает лишь то, что у меня очень регулярный цикл…

Он закрыл ей рот поцелуем.

— Я не хочу тебя слушать. Не будем заранее делать из мухи слона. Сегодня обязательно поедем в аптеку.

С большой неохотой она заставила себя встать с постели, оставив Роуна нагим, распластавшимся поверх одеял, с довольной, как у кота, физиономией. Ну конечно!