От грехов до истины. Омар и Хатидже.
Шрифт:
– Что он хочет? – спросила подруга.
– Зовёт меня. Хочет, чтобы я вышла.
– Пошли, я с тобой пойду, чтобы не заподозрили тебя.
Выйдя из дома, девушки прогуливаясь, направились к полю. Подруга села под деревом, а Хатидже пошла дальше за мной. Подойдя ко мне и присев вместе на землю, я стал гладить её лицо. Хати, прижимая мою руку и целуя мне ладонь, сказала:
– Омар, как же я плакала ту ночь. Ты говорил, что напишешь о решении отца, но ответа не пришло, я не находила себе места. Сейчас мне уже сказали, что у вас горе случилось. Прими мои соболезнования, Омар. Да простит и примет их Аллах.
– Аминь. Как ты можешь усомниться в моих словах, Хатидже?
– Больше никогда не усомнюсь.
– Моя любовь к тебе безгранична, Хатидже. И если ты дорожишь моими чувствами к себе, тогда ты должна быть честна со мной. Ты моё лицо, Хати. И каждый твой поступок, это будет мне или гордостью или позором. Чтобы в наших отношениях не было проблем, лучше расскажи мне всё сейчас.
– О чём это ты, Омар? Что я должна рассказать? – удивилась Хати.
– Почему про тебя дурные слухи ходят?
– Нет, Омар, это враньё! Я никогда и ничего лишнего, себе не позволяла.
– Ты не всегда носила ведь хиджаб? Расскажи, что было до того когда ты начала молится.
– Ничего, Омар, я просто одевалась по свободнее и много красилась. Может это не скромно, но я красивая девушка и свою красоту любила подчёркивать. Надевала обтягивающие платья и носила яркую косметику.
– А мужчины? С ними тебя что связывало?
– Побойся Аллаха! Никогда и ничего меня с ними не связывало, Омар! Все и смотрели, как меня к себе затащить! А Гафур всегда кричал, что я его женой буду! Не добился и стал слухи распускать. Я только одного мужчину любила.
– Кого же?
– Тебя, Омар. И то, я не помнила об этом, я получила сильное сотрясение мозга и потеряла память. Многое восстанавливала постепенно. Мне всё время подруга помогала. О тебе я узнала по своему блокноту, где было всё исписано твоим именем и фото. Тогда я у подруги спросила, кто этот, Омар? А она налетела на меня. Сказала, что ты последняя сволочь.
– Да что я ей такого сделал? За что она меня так не любит?
– Я тоже её об этом спрашивала, но она прекращала все разговоры о тебе. Говорила, что я глупая и влюбилась в тебя, а ты не замечал меня. Потому что был гонщиком и тебя кроме машин и легкомысленных женщин, больше ничего не интересовало.
– Хм… Печально, что люди любят, мало зная, много судить. Ладно, иди домой Хати, а подругу позови. Хочу немного с ней поговорить.
– Хорошо, Омар. Как я не сомневаюсь в твоём слове, так и ты не усомнись в моей чести.
Сказав это, Хатидже поклонилась мне и побежала к своей подруге. Хати присела под деревом, а её подруга направилась ко мне. Подойдя, она села напротив меня и спросила:
– Говори, Омар, что хотел?
– Как грубо. Видимо, я когда-то обидел тебя?
– Может быть.
– Не напомнишь?
– А разве ты меня не помнишь, Омар? – спросила девушка, приподняв одну бровь и внимательно смотря на меня.
– Если честно, нет.
– Вот как? С памятью проблемы что ли?
– Я перенёс тяжёлую аварию. Я многое мог позабыть.
Посмотрев на меня, девушка прищурила глаза. Я пытался увидеть в ней хоть, что-то знакомое, но бесполезно. Я не вспоминал её.
– Имя Мави, тебе ничего не говорит? – спросила девушка.
– Мави?
– переспросил я.
В моей голове тут же стали всплывать разные моменты из жизни. Чьи-то голоса, разговоры и движения. Тут я вспомнил девушку, говорящую по телефону и упоминавшую в разговоре имя «Мави».
И снова эти огромные глаза, и крик о пощаде. Я зажал ладонью лицо. Воспоминания словно потоком нахлынули на меня. Перед моими глазами, стал образ девушки в хиджабе, которая говорила, что она и есть Мави - Мавиля. Я вспомнил, как она смотрела на меня и сказала, что девушку, которую мы ищем, покончила с собой.
– Мавиля! – резко выкрикнул я, убрав ладонь от лица.
– Ну, да.
– Подожди, ты же та девушка, которая рассказала мне о смерти той… - произнёс я, и замер.
– Кого той? Ты помнишь ту девушку? – улыбаясь, поинтересовалась Мави.
– Ну, так. Не очень, - сказал я и, испуганно, смотрел на неё.
– Ты что хотел с ней сделать? Надругаться? Опозорить её?
– Это была ты, Мави?
– Нет, Омар не я.
Опустив голову вниз, я сидел как осуждённый. Мне было стыдно. Я не знал, что сказать и как оправдать своё поведение. Не поднимая глаз, я произнёс:
– Я не трогал эту девушку. Я не насиловал её. Я хотел, но не смог. Я до сих пор живу с этим. Когда ты сказала, что она покончила с собой у меня словно крыша поехала. Я потерял двух своих друзей, я потерял сестру. Я даже инвалидом успел стать. Моя шкура испытала всё, что только мог испытать человек в наказание. Но даже всё это, не вернёт родителям их дочь. Но я каюсь. Я сожалею. Мне действительно стыдно, Мави. Я часто вижу эту девушку, часто вспоминаю её взгляд и слышу её голос. Видимо Аллах, не прощает мне это. Я не знаю, как ещё мне заслужить прощения. Я несу ответственность за смерть невинного человека, я страдаю.
Внимательно послушав меня, Мавиля протянула ко мне руку и, взяв меня за подбородок, подняла лицом к себе. Посмотрев в мои глаза, она сказала:
– Аллах всегда простит, Омар, если найти правильный путь к искуплению грехов. А вот жизнь, которую Он нам дал, она бумеранг. Всё что ты сделаешь кому-то, завтра вернётся к тебе. Делай добро и ты получишь счастье, сделай зло и ты будешь страдать. Ты сделал зло, ты пострадал. А ту, которую ты обидел, жива.
– Что?! – не поняв её, спросил я.