От грехов до истины. Омар и Хатидже.
Шрифт:
Сестра, поправляя свою абаю пошла вперёд к толпе, где стояли наши двоюродные братья и сёстры. Они с улыбкой нас встретили, обнимали и что-то спрашивали. Мы разговаривали громко, потому что от криков народа и вечных сигналов машин было плохо слышно друг друга. Я рассказывал о том, что Хасан должен прилететь и вся семья обязана собраться за одним столом. В эту минуту к нам подошли, какие-то ребята. Спереди стояли три парня, это были друзья братьев, а с ними подошли три девушки. Парни здоровались и пожимали нам руки. Я же заметил краем глаза, что эти три девушки постоянно смотрели на меня, и что-то шептались между собой. Салима, медленно подойдя ко мне, потянулась к моему уху и шепнула:
– Узнал?
– Нет. Не пойму кто это. Чего смотрят так?
– Та, что в центре с чёрно-леопардовым платком на голове, это Фатма.
– Какая ещё Фатма? – удивлённо спросил я, пытаясь разглядеть девушку через свои тёмные очки.
– Оф, Омар! Я что твою жену лучше тебя знать должна? Это Фатма, засватанная невеста твоя.
– Ради Аллаха. Я даже не знал, как она выглядит, - улыбаясь, шепнул я Салиме.
– Ну, ты и тормоз, Омар, – прищурив глаза, сказала сестра.
Вдруг наш разговор перебил один из, стоящих рядом, братьев и спросил:
– Ты сегодня тоже гонять будешь, Омар?
– Да-да.
– Здорово. Твои гонки всегда самые зрелищные.
– Шукран, брат мой.
– Не стоит, я говорю как есть. Да, девочки? – спросил брат, с улыбкой обернувшись к тем трём девушкам.
– Конечно, Омар лучший гонщик Манамы – ответила Фатма, кокетливо улыбнувшись и пристально смотря на меня.
Я же, улыбнулся ей в ответ и увидел, как за её спиной ко мне подходил Шамиль.
– Ладно, я вас покидаю. Мне надо идти готовиться, – сказал я и, пожав всем мужчинам руки, пошёл на встречу к Шамилю.
На одной щеке Шамиля был нарисован флаг Бахрейна, а на другой флаг Дагестана. В руках он держал огромную сахарную вату, а на шее так же висел флаг его республики.
– Слушай, что за кайф эта вата, отвечаю, – откусывая большими кусками сахарную вату, говорил Шома.
– Ты мне Рональда Макдональда напоминаешь. Чего вырядился так?
– А как так? Я патриот своей страны и я это показываю. Я же ничего не говорю, что ты как Рембо в солнечных очках ночью стоишь? Вату будешь?
– Нет спасибо. Лучше смотри туда, видишь тех трёх девушек? – спросил я Шамиля, снимая с себя очки и указав ими на стоящих за нами девчат.
– Ну? Что за арабские фифочки?
– Та, что в центре, которая вся золотом навешана, моя невеста Фатма.
Шамиль медленно убрал вату от лица и, не сдержав себя, в голос засмеялся.
– Ты чего ржёшь? – удивившись, спросил я.
– Блин что за имя? Фатма, - начал закатываться от смеха он.
– Шома, ты конкретный идиот! – недовольно сказал я, смотря на угорающий вид своего друга.
– Мархаба парни, – сказал неожиданно появившийся сзади Абдулла, ударив рукой меня по плечу. – От чего смешно нам?
– Шоме палец покажи и ему смешно будет. Я ему невесту свою показываю, а он ржёт с того, что её имя Фатма.
Абдулла с улыбкой посмотрел на меня, а потом на покрасневшего Шамиля и, не удержав свой смех, так же засмеялся в голос.
– Да идите вы. Между прочим, она ничего такая. Надо бы сблизиться с ней.
– Да и подруги ни чего такие, тигрицы прямо, - продолжал издеваться Шамиль.
– Это потому что у них леопардовые платки?
– спросил я, с отвращением смотря на Абдуллу с Шомой.
– Нет блин, потому что усы у них чёткие!
Абдулла ещё больше засмеялся и обнял Шамиля за плечи.
– Да пошли вы, бараны – сказал я друзьям.
Я знал, что Шома и Абдулла любили баловаться травкой, поэтому я находил оправдание их идиотскому поведению. Иногда было достаточно палец показать, и они могли часами смеется с этого. Я уже привык к такому и не реагировал на их тупость.
– Абу, будешь вату? – продолжил Шома.
– Какой к чёрту Абу? Не смей меня так называть! – возмутился Абдулла.
– Меня что-то на имена прёт сегодня. Ты просто мартышку Абу из мультика Аладдин напомнил мне.
– Шома опять нанюхался что ли? Нарик чёртов. А вату давай откушу.
Абдулла потянулся лицом к сахарной вате и, смеясь вместе с Шомой, ел её. Пока мы стояли, к нам подошли два парня, это были мои соседи и давние враги Ахмед и Хусейн. Их отцы тоже занимались нефтяным бизнесом, и они часто любили конкурировать с нами, чтобы мы не делали, они пытались сделать это лучше.
– Так-так. Ты только посмотри, Хусейн, это же Омар и его команда. Пришли получить бесплатные сладости? – спросил с наглым лицом, только что подошедший к нам, Ахмед.
Услышав имя Хусейн, Шамиль снова засмеялся и, посмотрев на Абдуллу, сказал:
– Хусейн блин. Да что за имена сегодня такие? Одно хуже другого.
– А что ни так с именем? А? Рыжий – недовольно спросил Ахмед.
– Рот закрыл! Пока не воткнул тебе, – резко сказал Шамиль, отдав вату Абдулле и сделав шаг вперёд.
– Слышишь ты! – с наездом на Шому выкрикнул Ахмед.
Я тут же встал между парнями и, развернувшись к Ахмеду лицом, недовольно спросил его:
– Что тебе нужно?
– Пришёл пожелать тебе проигрыша, Омар. И как можно меньше выпендриваться, лучшим гонщиком всё равно ты не будешь. И что за машина у тебя? Твой папа как всегда пожалели деньги на тебя?
– Шёл бы ты, Ахмед. Твоя конченая зависть меня уже напрягает.
– Еще, таким как ты, я не завидовал. Давай, мира тебе.
– Смотри, договоришься, Ахмед – сказал я, наблюдая, как Ахмед и его друг с довольным видом уходили от нас.
Подойдя ко мне, Абдулла с полным ртом ваты, сказал:
– Вот он петух. Не обращай на него внимания, Омар. Сейчас погоняем и пойдём в бар. Мне мой старший брат одно место показал, мы с Саидом уже осмотрели его. Так там можно таких иностраночек снять, ммм – с наслаждением рассказывал Абдулла.
– А вот это дело говоришь, ахи – вздохнул я.
– Тогда делайте ставки, победа сегодня за мной – похвастался я перед друзьями и услышал, что мне кто-то кричит.
– Омар! Омар, стойте! Меня подождите.