Чтение онлайн

– Тогда нам придётся поморить тебя голодом ещё несколько часов. Если сейчас поедем, то застрянем в пробке. В лучшем случае поешь часа через… – он взглянул на часы, – три-четыре.

– Зачем ты тогда привёз меня сюда?

– Ты попросила.

– Неужели нет безлюдных мест в пределах города?

Алекс открыл было рот, и я уже ожидала услышать очередную грубость, но он сдержался и отвернулся.

– Могла бы просто сказать спасибо, – он открыл мне дверь и указал на заднее сиденье.

Стоило признать, что в этот раз я была не права. Ведь он действительно исполнил мою просьбу, не задавая лишних вопросов. Я не возражала, а теперь веду себя с ним как капризная привереда.

– Спасибо, – с неохотой произнесла я. – Хорошо, поехали в этот отель.

Место, куда Алекс привёз меня, оказалось и вправду неплохим. На берегу реки возвышалось большое деревянное здание с небольшим ухоженным парком. Вдоль дорожек уже зажгли свет, который придавал уют этому пустынному месту. В будний день здесь было тихо и немноголюдно. Тем лучше.

Внутри дома дубовые балки поддерживали высокий потолок, с которого свисали люстры в виде оленьих рогов. Древесный запах наполнял всё помещение, будто отель построили совсем недавно. Хостес проводила нас за столик. Я опустилась в мягкое кресло, мгновенно расслабившись. Было тепло и по-домашнему комфортно.

– Ты не присядешь?

Алекс остался стоять, достав телефон и набирая сообщение. Он вскинул на меня взгляд.

– Не хочу, чтобы подумали, что мы вместе.

Эта фраза ударила как ножом. Даже водитель, который возит меня и исполняет поручения, считает ниже своего достоинства поужинать с содержанкой своего босса. Я смотрела на его удаляющуюся спину и чувствовала, как гнев наполняет меня.

Да кто он сам такой? Мальчик на побегушках с огромным самомнением. Ведёт себя как принц голубых кровей, брезгуя составить мне компанию. Я на секунду подумала, что у нас могут сложиться дружеские отношения, но он одной фразой убил всякое желание сблизиться.

Я сделала заказ, попросив сразу принести бутылку вина. Этот день не мог закончиться иначе как в забытье алкогольного дурмана. Я посматривала на других гостей. Три парочки и одна семья с двумя маленькими детьми. Одинокая я резко контрастировала с ними, будто была незваной гостьей. Они переговаривались, смеялись, влюблённые с нежностью касались друг друга. Стало неловко, словно я нарочно подглядываю. Бокал вина следовал один за другим. И к концу ужина я выпила больше половины бутылки.

За окном стемнело. Пора было ехать домой. Мне осточертело сидеть здесь одной. Павел был занят, Алиса умотала в жаркие страны. Бросили меня совсем одну. Ну ничего, вызвоню других своих подруг, поеду кутить в клуб, потанцую, расслаблюсь… забудусь.

Интересно, куда запропастился мой водитель?

Я рассчиталась и нетвёрдой походкой прошла в уборную. Взглянув на себя в зеркало впервые за много часов, я ужаснулась. Тушь размазалась и отпечаталась на верхних веках, глаза всё ещё были красными. Пьяная, одинокая, с потёкшим макияжем. И в таком виде я сидела в ресторане? Удивительно как официант, обслуживший меня, сохранил вежливую улыбку на лице. Ещё и Алекс ничего не сказал о моём внешнем виде. Скотина!

Быстро умывшись и приведя себя в порядок, я вышла обратно. Взгляд скользнул по залу и замер. С места, где я сидела, не было видно шикарного чёрного рояля, стоящего в углу возле камина. Я как завороженная прошла через зал к нему и коснулась полированного дерева. Золотом сверкнули буквы «C.Bechstein». Изящный строгий силуэт инструмента взволновал меня. Я вспомнила как мои руки касались клавиш, издавая самые прекрасные звуки, которые только мог придумать человек.

Не помня себя, я села на табурет и откинула клап. Пальцы сами легли на клавиатуру. Глубоко вздохнув и прикрыв глаза, я стала играть. Стоило музыке зазвучать, как моя душа вознеслась к потолку. Будто не было этих трёх лет без практики. Внутри всё вибрировала в унисон со струнами. Руки будто жили своей жизнью, порхая по клавишам. Я думала, что не смогу вспомнить ни одного такта, но под пальцами оживала Арабеска Дебюсси.

Как же мне этого не хватало! Страсть, любовь, нежность – всё, что копилось во мне годами, изливалось из самых недр моей души. Все другие звуки исчезли, окружающее растворилось, существовали только я и этот инструмент. Это было похоже на транс, и когда я окончила, положив руки на колени, не сразу поняла, что раздались аплодисменты.

Будто очнувшись, я огляделась по сторонам. Официанты, гости, даже пару поваров, вышедших из кухни, смотрели на меня и хлопали в ладоши. Кто-то даже выкрикнул «Браво». Я чувствовала, как краснею. Мои глаза скользили по зрителям, пока не наткнулись на стоящего в углу Алекса. Он привалился к стене, сложив руки на груди, губы его в удивлении раскрылись.

Я встала с табурета, неловко раскланялась и направилась к выходу.

– Поехали домой, – сказала я Алексу проходя мимо. Земля покачивалась под ногами, и я старалась удержать равновесие, сходя по ступеням.

– Не знал, что ты так умеешь, – он догнал меня во дворе.

– Да что ты вообще обо мне знаешь? – бросила я через плечо. Почему он, собственно, удивлён? Неужели я произвожу впечатление по-настоящему бесполезного человека? Я резко затормозила и развернулась к нему. – Что вы все вообще обо мне знаете? Для всех я обыкновенная продажная девка, которая ничего не умеет, кроме как раздвигать ноги и жить за чужой счёт! А кто-нибудь хоть раз подумал, что я живой человек? Хоть кто-нибудь поинтересовался, о чём я мечтаю? Что хотела бы сделать в этой жизни? Что я вообще из себя представляю? Для одних я игрушка, другие в лицо улыбаются, а за спиной поносят. Даже ты!

Я ткнула пальцем Алексу в грудь. Я кричала на него, развязанная алкоголем, но ни один мускул на его лице не дрогнул. Непроницаемая броня, безразличная к моим истерикам.

– Такой гордый, что побрезговал сесть со мной за один стол. Только ты стал казаться мне нормальным человеком. Да кто ты сам-то такой? Какой-то водитель. Водитель содержанки! Если считать меня обслуживающим персоналом, то ты обслуживаешь обслуживающий персонал!

Я отступила и выдохнула, почувствовав, что выговорилась. Язык заплетался с трудом выговаривая даже простые слова. Злость постепенно уходила, сменяясь растерянностью. Что я только что наговорила? Как я его назвала?

– Закончила? – тихо произнёс Алекс. Я молча кивнула. – Если ты думаешь, что я считаю ниже своего достоинства поужинать с тобой, то ты полная дура. А вот за то, что я не буду соблюдать субординацию, мне может влететь. К тому же нужно было проверить машину, потому что одна шина стала сдуваться. Оказалось, что мы прокололи её на дороге, ведущей к реке, и я вызвал техпомощь. Ещё позвонил Павлу Алексеевичу, объяснил, где ты и что с тобой, снял номер в отеле.

– Зачем ты снял номер? Ты что… думаешь воспользоваться моим состоянием? Я не такая! Ты… – я оглядела его с ног до головы. Алекс был без пиджака, вновь закатав рукава и открыв крепкие предплечья. Одна верхняя пуговица была расстёгнута, волосы всклокочены. Только сейчас я почувствовала приятный запах, исходящий от него. Тёплый, пряный, кружащий голову похлеще вина, этот аромат отдавался у меня где-то внизу живота. Я отшатнулась, испугавшись своей реакции. – Ты вообще мне не нравишься. Ты грубый, холодный, высокомерный сноб! А ещё эта твоя… суб… бординация. Павел тебя за это точно уволит.

– Не собираюсь я с тобой спать.

– Почему? – моё удивление было по-настоящему искренним. Ни один ещё мужчина не признавался мне в том, что я его не привлекаю.

– Потому что ты моя работа. Я сказал Павлу Алексеевичу, что ты чем-то очень расстроена, и он попросил присмотреть за тобой, снять номер, чтобы ты отдохнула. Переночуем здесь и завтра поедем обратно.

– О! – я почувствовала, что краснею. Надеюсь, в темноте ночи этого было не видно. Вот уж действительно дура. С чего я решила, что он хочет переспать со мной? Он ведь ни разу не дал повода так думать. Но стало немного обидно. Что это со мной? Почему меня вдруг взволновал этот факт? Может, всё дело в выпитом или в дурманящем аромате, исходящем от Алекса?