От ненависти в ЗАГС
Шрифт:
— Какой я тебе любимый… — недовольно прошептал мне на ухо парень.
— Закрой рот, болван, и улыбнись… — улыбнувшись и посмотрев на женщину, прошептала я.
— Ох, как я рада за вас. Нет, что ты Лиличка, даже и не думай об этом, ты, как моя будущая невестка, — шах и мат. Да здравствуй, халявная житуха! Ну и привет типа свекровь…
— Мама, она… — нет, если он сейчас проговорится, я труп. Меня выселят. Убьют. Уничтожат и растопчут.
Нужно закрыть ему рот, ибо мне точно не жить. Я знаю, что мне девятнадцать, и я должна думать логически и размышлять над своими словами. Обязана совершать обдуманные поступки и вести себя более разумно. Но когда на кону стоит твоя жизнь, в моем случае халявная жизнь, то, тут не обдумывая, делаешь то, что никогда прежде не позволяла себе. А именно, накинуться парню на шею (о Боже, как же я ужасно себя сейчас веду, но я должна заткнуть этого психа, а не то, не только от него, но и от его мамаши могу получить хорошеньких нагоняев), обхватив его руками, не обдумывая прислонилась к его губам и от страху прищурила глаза, ой мамочки, до двадцати в таком темпе мне не дожить. Хорошо, что я додумалась закрыть глаза, чтобы не смотреть в его холодные. Как я теперь буду на него смотреть?
Мои губы слабо прикрывали его пухленькие и красивые губки, от чего я нервно сглотнула, так как боялась, что этот идиот оттолкнет меня. Но нет же, он схватил одной рукой мою талию и покрепче прижал меня к себе, я почувствовала, как скользнул язык парня ко мне внутрь. Было ужасно неловко, так как в поцелуях у меня не было никакого опыта. Почувствовав, как парень нежно играется с моим язычком, я не смогла сдержать стон. Чёрт подери, повезло же, что я не громко застонала, и это услышал лишь сам парень. Когда открыла глаза и оторвалась от его губ, на его лице я заметила хитрую ухмылку и то, как он лизнул нижнюю губу. Сама я покраснела, щеки превратились в два помидора, а сердце забилось сильнее. Не скажу, что мне было неприятно. Скажу, что было необычно. Ведь это впервые, когда я целуюсь с парнем. И впервые меня так сильно прижимают к себе.
— Отпусти… — прошептала на ухо парню я, после чего он медленно убрал свою руку с моей талии, и я смогла вздохнуть.
В тот момент как мы поцеловались, я не знала как дышать, ведь именно мысли не давали мне сосредоточиться, и я отвлекалась на его губы, не давая себе размышлять о том, что я тупорез последней стадии, как я вообще додумалась до этого… Теперь-то мне страшно… Я боюсь… Ой, мамочка, роди меня обратно… Почему он так странно ухмыляется, не так как прежде. Нет, он ведь не подумал, что я действительно в него влюблена, а если подумал… Тогда он точно труп!
— Что она? — поинтересовалась тетя Оксана, глядя на нас блестящими глазами.
— Моя девушка… — продолжил парень, положив мне руку на плечо, после чего я с облегчением вздохнула. — Любимая девушка… — прошептал на ухо мне парень, да так прошептал, что я чуть не оглохла. Эту фразу услышала и сама хозяйка.
— Какие же вы милые… — произнесла женщина. И продолжала с улыбкой смотреть на нас.
Да, очень милые, чуть друг друга не сожрали.
— Да, милая? — Поинтересовался парень.
— Да, любимый! — выдавив из себя улыбку, ответила я и ущипнула парня за спину.
— Ай! — Воскликнул он.
— Что, что такое? — спросила женщина.
— Это всё любовь… Как же я тебя люблю, — прижал меня по крепче, да так, что чуть не задушил. — Убью… — на этот раз услышала только я.
— Я тебя тоже, котик… — наиграно говорила я. — Ненавижу… — процедила сквозь зубы я.
— Что же, голубки, я сейчас пойду накрывать на стол, а вы пока побудьте наедине, — ухмыльнулась женщина. Что, наедине? Да я лучше в плену у Сомалийских пиратов буду, чем останусь наедине с этим придурком! Да после этого концерта он меня точно убьет!
— Нет, стойте, тетушка, я вам помогу, — вырвавшись из объятий, произнесла я и последовала за хозяйкой.
— Да что ты, милочка, я сама справлюсь… — произнесла та.
— Мне будет немного неловко, если я не помогу вам.
— Что же, раз так, тогда ладно. Сыночек, ты пока приберись здесь, а мы пойдем, приготовим нам ужин! — сказала своему сыну тетя Оксана и направилась на кухню, я последовала за ней.
— Удачи, милый, — я обернулась и заметила напряженную улыбку парня.
— Буду скучать, кактусик мой, — да, вот что-что, а милых прозвищ он явно не знает.
========== Часть 4 ==========
Комментарий к Часть 4
Фан-тизер уже на ютубе – https://youtu.be/ZFhvlCCnEbM
Уже вовсю закипала вода для макарон, седоволосая женщина, кинув целую пачку, взяла в руки ложку и размешивала еду. Она мило улыбалась и не казалась уже такой суровой, как прежде. Раньше я частенько отхватывала от неё, ибо она на дух не переносила меня. Не знаю почему, но как она увидела нас с её любимым сыночком, она стала ко мне чуток мягче.
— Лиличка, подай соль, — попросила ласково тётя Оксана.
— Держите, тетушка… — подав ей солонку, произнесла я и улыбнулась.
— Деточка, перестань называть меня тетушкой, называй меня мамой, - ого, «мамой», это она уже перегнула палку сгоряча.
— Мне как-то неудобно, — закинув ногу на ногу, произнесла смущенно я. Ой, блин. С моим враньем меня на костре сожгут, но чем только не приходиться жертвовать, ради подарка родным.
— Солнышко, не стесняйся. Теперь мы одна семья, — радостно воскликнула женщина на всю кухню, да и походу не только кухню, кажется, её слова услышал её любимый сыночек в соседней комнате, который что-то уронил. — Что там такое? — испугалась женщина. — Ну-ка деточка, открой двери, — сказала мне выполнить тетушка. Я послушно кивнула ей в знак ответа и открыла дверь. Из-за дверей показался раздражительный парень, который недовольно смотрел на нас с тетушкой и почесывал затылок.
— Мама! — воскликнул злобно тот, после чего я поняла, что он хотел что-то сказать ей, но не успел, так как я схватила его за руку и повела в свою комнату.
— Куда же вы, детишки? — вслед нам спросила женщина.
— Я забыла, что приготовила своему котеночку подарочек, — улыбнувшись, воскликнула я, уже находясь в другой комнате.
— Чего творишь? — недовольно, зарычал брюнет. Отдернул руку, сложил их перед собой и прислонился к стене.
— Пожалуйста, не говори тетушке правду. Если ты расскажешь, мне не жить… Она выселит меня… — глядя в его ледяные глаза, просила о помиловании. Мне очень не хотелось скандала с тетей Оксаной, ведь, зная её, она может выселить меня, и мне будет негде жить. Теперь приходиться позориться и перед этим парнем.
— Ещё чего, — процедил тот. — Уж больно меня не волнуют твои проблемы, сама виновата, — грубо ответил темноволосый и, отошел от стены, собираясь идти на кухню.
— Ты первый… — произнесла я, после чего он вопросительно уставился на меня. Из-за чего я покраснела. Ведь мне не хотелось сознаваться парню в таких вещах. Особенно ему. — Мой первый поцелуй, — нужно быть тупым, чтобы не понять смысл моих слов.
— Заметно, — протянул он. — Но, как я уже и говорил раньше, я не намерен подыгрывать тебе, ты меня раздражаешь, — холодно произнес парень.
— Знаешь, я тебя тоже терпеть не могу, ибо ты придурок самой последней стадии, что существует на этой планете, и дурак, которого ещё стоит отыскать.
— Зато я не целуюсь хреново, — поддразнил меня парень.
— Потому что не было опыта, — вот дура, нашла, что рассказать этому идиоту.
— Я с самого начала это понял, ещё в автобусе… Серая и неприметная мышь, нет, кактус. Самый отвратительный кактус, — сложив перед собой руки в карман, он пошагал на кухню.
— Ну, я не виновата, что не родилась с сексуальной внешностью, — произнесла тихо я.