Чтение онлайн

Суть её достаточно проста: любым способом сохранять свою «вооружённую силу» как таковую и делать это наиболее «естественным способом». В этом контексте можно перечислять так называемые террористические общественные организации, некоторые из которых представляют из себя небольшие армии. Но в этой книге речь идёт о легализованных общественных организациях. Хотя необходимо отметить, что идея выживания государства с пошатнувшейся в нём властью – общая идея. Немцы после первой мировой войны «сплотили» свою побеждённую армию в штурмовых отрядах (общественных организациях). В России XXI века разогнанная Красная армия (Советская армия) разбрелась по охранным структурам, ВОХРАМ, Союзам ветеранов и другим общественным организациям. Во многом, это и есть условие государственной безопасности. В принципе, в обществе, испытывающем сильную политическую деформацию (например, к власти пришли воры или иностранцы), срабатывают защитные функции самого общества вопреки власти. Но, повторим, эта идея выживания общая и применима ко всем странам. Отличие России лишь в том, что её вооружённые силы всегда носили пассионарный характер.

Русская армия «навсегда» разбила шведскую, французскую, немецкую и другие армии дав народам этих стран мир, покой и сытость. Это ли не гуманизм в самом глобальном его выражении. Народы этих стран, несомненно, благодарны России, что же касается правительств этих стран, то они по-прежнему играют с огнём, пытаясь уничтожить вооружённые силы России. Эти правительства забывают о том, что их собственные армии это как раз та самая сорынь, о которой и написано: «Они большими группами могут долго волочиться по различным местам, горланить и безобразничать. Они не только не любят труд, но презирают его, а работу они панически боятся. Они любят праздность и развлечения. В этом их отличительная особенность. Поэтому во все времена мы называли их сволочами, ибо они любят волочиться и горланить, и называли их сорынью, ибо сами они сор и кроме сора и разрушений ничего они производить не могут. Мы не любим власть, ибо власть отвлекает нас от созидания и от творчества. Они же все жаждут власти, хотя бы малой, а по возможности и большой». Сегодня на этом поприще преуспевает США, но едва ли это долго продлится. Играть с Россией, конечно, можно, надеясь на то, что дальше для тех, кто выиграет будет лучше. Но будет ли?

Национальные вооружённые силы России – это добрая мать и добрый отец. Об этом говорит вся мировая история, которая приписывает английским вооружённым силам создание концентрационных лагерей и предательство союзников, вооружённым силам США тотальное уничтожение индейцев, потворство работорговле и применение ОМП, Германии – попытку тотального уничтожения целых народов. Здесь есть над чем подумать, в том числе и всему славянскому миру. Подумать над своей миссией и, конечно, над более внимательным и бережным отношением друг к другу. У славянского мира, к сожалению, с любовью к своим героям, к своим святым и пророкам всегда были проблемы. Если же быть внимательней к носителям идей, то всё может получаться значительно лучше. Например, если бы в современных бизнес-инкубаторах, как грибы выросших в современной России для распила бюджета, штудировали книгу Чернышевского «Что делать», то у бизнеса для выживания перспектив было бы значительно больше.

Также полезно вспоминать времена предшествующие войнам, особенно мировым, и времена «стыков» между ними. Полезно поразмышлять примерно так: «Завершилась одна мировая война (Первая мировая), мир раскололся на две половины, пробующие на прочность и полезность две экономические теории: капиталистическую в своём постоянном развитии от империализма до фашизма, и коммунистическую, как единственно верную догму. Обеим половинам человечества, дрейфующим в волнах фашизма и коммунизма было не до веры в Бога. Государственные власти многих стран искали выходы из кризисов и способы пробуждения в народе его созидательной энергии, забыв за этим занятием, что родитель у этих «измов» один и тот же – общество.

Фашисты будили энергию «мелких лавочников», у которых с Богом только товарно-денежные отношения, а коммунисты считали, что церковь в созидании нового мира полезна меньше всего, так как тоже погрязла в воровстве и алчности. Коммунисты просто выровняли картину мира, приблизив класс эксплуататоров к классу эксплуатируемых. Проще говоря, они работали на справедливое мироустройство. Разве это не промысел Божий, пусть и с духом атеизма. Интеллигенцию, так, на всякий случай, прищемили с двух сторон этими классами и назвали прослойкой. Если интеллигент начинал сильно «подвывать» в пользу богатых, то быстро рисковал оказаться среди бедных, а если «выл» за бедных, то был вроде как за народное дело, а значит, на правильном пути ведшим из «прослойки» в приличный класс. Это было справедливо. А если брать за «интеллигенцию» современный шоубизнес и нынешнюю элиту, – то очень справедливо.

К духовенству отношение было ещё хуже. Но были и причины. Духовенство к концу XIX и началу ХХ веков сильно увлеклось капиталистическими отношениями, вовсю играло на бирже и совершенно не думало о пастве. А паству надо духовно «пасти», поэтому итог закономерен. Но чувствуете накал общественных страстей на стыке веков. Мы усмотрели его таким, не согласны – делайте свои открытия.

Речь ведь идёт о глобальных проблемах, которые могли бы быть разрешены только за счёт новых идей, а идеи родятся в головах, а апробируются в общественных организациях. Человечество столкнулось в ХХ веке с такими проблемами, которые переросли в две мировые войны, в колониальный передел мира и смену общественных государственных устройств целого ряда стран. Чувствуете уровень решаемых проблем и потребность в новых идеях, в новых общественных организациях, как формах общественного устройства.

Весь ХХ век все без исключения государства спасались как могли, создавая международные общественные организации, новые религиозные организации и т. д. Показательным примером может служить такая общественно-религиозная организация, созданная в Испании, как OPUS DEI. В 1928 году её создал духовник Хосемария Экстирва де Балагеру. Он нащупал идею объединения мирян и священников (т. е. обозначил наличие двух конкурирующих общественных корпораций и предложил положить этому конец): «В своей основе идея OPUS DEI заключается в том, что спасение мира придёт в большей степени от мирян, людей с пиететом относящихся к повседневным трудам, видоизменяющих секулярное сознание изнутри. В этом ключе «духовность» и «молитва» не являются понятиями, предназначенными исключительно для церкви, набором благочестивых правил, отгороженных от обычной жизни. Действительный фокус духовной жизни – повседневная деятельность человека, его взаимоотношения с окружающими, его поведение в социальной жизни, рассматриваемые с точки зрения вечности. Эта, подобная взрыву, концепция потенциально способна высвободить созидательную энергию христиан во многих сферах деятельности. В ней заключены немалые амбиции: пройти сквозь века христианской истории и возродить идею приближения к ранним христианам обычных мирян – мужчин и женщин, неотличимых от своих коллег и соседей, занимающихся повседневной работой, но при этом «воспламеняющихся душой» от чтения Евангелия и стремящихся изменить мир».

Эта идея несомненно стала замыслом с перспективой широкого распространения. Поэтому OPUS DEI менее чем за 50 лет стала одной из самых могущественных общественно-религиозных организаций мира. В России, к сожалению, такой силы и такого ума среди духовенства не нашлось, но духовенство с успехом заменила КПСС, поменяв духовные силы на мирские, кресты на звёзды, дух на материю, но оставив в основе воспитание человека, стремящегося к созиданию.

Проблема у коммунистов была в непонимании того, что дух оплодотворяет материю. Без духа она разрушается, но это произойдёт потом. Но пример отличия общественно-политической от общественно-религиозной организации весьма показателен. Пока шла череда революций в России (февральская, октябрьская), за ними гражданская война, все были заняты борьбой друг с другом. Здесь, видимо, было всё: и промысел божий и глупость людская, но в литературе почти нет упоминаний о том, чтобы церковь в начале ХХ века изо всех сил усмиряла мирян молитвами. А значит, в итоге, она просто хотела возвыситься на ослаблении мирской власти.

Сюжет, как и сценарий – старый, в ХХ века хорошо изучен, но видимо духовниками опять просмотрен. Ясно одно, что российская аристократия и прочие богатые общественные слои в конце XIX и начале ХХ веков устремились догнать, в очередной раз, страны запада, в частности мировую буржуазию, но сильно превысили скорость и налетели на риф коммунизма. В результате уцелевшие и преданные, кто монархии, кто временному правительству (республике) россияне, забыв и гимн «Боже царя храни» и лозунг «Свободу учредительному собранию», оказались за рубежом, вдали от своей Родины.

Условия, в которые попало большинство наших соотечественников, были жуткие: «Ни одна страна, как правило, не давала нам въездных виз, все двери перед нами наглухо закрыты, а государственные и законодательные учреждения повсеместно заботились лишь о том, чтобы, где только возможно урезать нас в правах, которыми пользовались граждане всех других стран мира», – вспоминали русские беженцы и военнослужащие, которым посчастливилось живыми выбраться «с другого берега». И вот теперь правительства европейских стран, наблюдая трудности, с которыми продолжала стойко сражаться Русская армия, хладнокровно прикидывала, какую ещё выгоду могли бы принести им проживавшие в принявших скитальцев страны русские переселенцы. Обсуждали на парламентских слушаниях список тех непривлекательных задач, которые можно было бы переложить на плечи прибывающих в их сторону военных беженцев, и выполнять которые зачастую гнушалось мало-мальски обеспеченное коренное население этих стран. Именно эти работы и планировалось поручить людям, у которых почти не осталось иного выбора, как браться за любое предложенное дело. Им, эмигрантам, оказавшимся вне Отечества. Настроения местного населения, часто подверженные быстроменяющимся политическим ситуациям и экономическим колебаниям рынка труда, были весьма неустойчивы и простирались от ностальгических вздохов о былом единстве славянских народов, до неожиданных истерик». /О.Г. Гончаренко, «Белоэмигранты между звездой и свастикой», Москва, «Вече», 2005 г., с. 47/.

Но, согласитесь, что условия для возникновения новых идей и создания на их базе общественных организаций идеальные по российским меркам, по тем меркам, которые эмиграция насаждала в России, будучи у власти: «Творец должен быть голоден, оборван и грязен, иначе он не будет творить». Этот постулат многие вынуждено «отъехавшие» из России распространяли в ней и на пролетариат, и на солдат, и на крестьянство, и на интеллигенцию.

Условия за рубежом для развития творчества у русской эмиграции были идеальными. Головы эмигрантов хорошо проветрились ещё на Родине. В основном это были, правда, головы бывших военных, разом вспомнивших напутствие покойного императора Всероссийского Александра III: «У России есть лишь два надёжных союзника – её Армия и Флот, а все остальные обязательно и многократно предадут». Из литературных источников так выходит, что Александр III был последним почитаемым царём, так как на дух не переносил свою вечно просящую и алчную родню, как и прочую челядь, обходился с ней весьма холодно для пользы государства. Но дело не в царе и не в правительстве, дело даже не в предательстве России, дело в политическом мышлении. А каким было мышление носителей власти самодержавного режима и рождённого им Временного правительства прекрасно показали И. Ильф и Е. Петров в своих вечных творениях «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок». Председатель дворянского собрания Киса выразился предельно точно о дворянской власти: «Брильянты в стул». Стулом, как известно, ещё называют и гавно. То есть у российских политиков всегда была проблема с пониманием того, ради чего они живут. А ради кого их вообще никогда не интересовало, так как своё гавно для них всегда было первично. Думаете хамим, но посмотрите как начался XXI век в России. Тёща Кисы прятала брильянты в свой родной стул, нынешние тёщи Кис всё прут и вывозят за границу… поумнели за 100 лет.