Чтение онлайн

Там, где гибли военнослужащие, силами подразделения всегда оставлялись набольшие памятники, указывающие фамилию, имя, годы жизни. После окончания войны все памятники были отвезены в Союз.

Интересно, когда выезжали с перевала, упакованные как на Северном полюсе, с докладами или за продуктами и боеприпасами приезжаешь в штаб полка в майке и легкой «песочке» или камуфляже. Служба была для солдат сложной, напряженной, требовалось умение моментально вступать в бой, по несколько километров идти в гору до поста.

Были, конечно, и случаи, которые можно даже отнести к курьезным. По крайней мере наблюдать за этим было очень интересно.

К нам прилетал самолет из собачьего питомника, который готовил служебных собак, он на тот момент был единственный и находился в городе Дмитрове. Весь самолет был полон собак. У бойца была палка, похожая на кий, а на конце стержень становился толще. Эта палка была длиной 3–4 метра, на конце ее был крюк, к которому и привязывалась собака. После выгрузки всех военнослужащих с собаками, на поле была совершенно удивительная картина — огромное поле, покрытое собаками, привязанными к палкам на расстоянии 3–4 метров друг от друга. Собаки были очень нужны для саперов (минно-розыскные собаки) и для охраны складов и городков (сторожевые собаки).

Война была не нужна, но ввод войск прикрыл на длительное время активность американцев на этой территории. Напомню, что в это время шла «холодная война». Так как было важно прикрыть границы страны, следовательно, ввод войск был необходим.

То, что произошло на рубеже двадцать первого века, случилось бы тридцатью годами раньше. Государственная власть в Афганистане не контролирует большую часть своих территорий, в масштабах страны осуществляется производство наркотиков, полудрагоценных камней, а во время войны было производство овощей, зерновых и фруктов.

Вопрос ведения боевых действий целиком и полностью на совести политиков, которые не смогли разрешить конфликт власти государственной и власти племенной. Например, в Панджшерском ущелье погиб Ахмад-Шах Масуд, который много лет управлял этим богатым полезными ископаемыми ущельем, как отдельным государством, добывая драгоценные и полудрагоценные камни, выращивая сельскохозяйственную продукцию. Во время боевых действий в Панджшерском ущелье государственная власть устанавливалась на некоторое время, но активистов убивали, и все возвращалось к прежнему управлению.

Если говорить о моем отношении к афганцам, то они нормальные граждане, нормальные люди, поставленные в рамки родоплеменной подчиненности и нищеты, что и заставляло их вести боевые действия против нас. Это был для них способ зарабатывания денег. За уничтожение БМП или танка с экипажем они могли получить деньги на приобретение или открытие дункана — небольшого магазинчика в глиняном домике или в железном контейнере.

Очень часто племенные вожди организовывали нападения на колонны, на автотехнику для получения денег на развитие своего племени. Народ был крайне нищим, работали круглосуточно, чтобы прокормить семью. Условия для демографического роста были чрезвычайно благоприятны. Все семьи были многодетными, потому что ислам запрещает ограничение деторождения.

На вооружении у офицеров и солдат были автоматы Калашникова, а у специалистов — СВР, РПК, ПК, РПГ, АТС, ПТУРС. У минометчиков — переносные 82-мм минометы, которые использовались при отражении нападении моджахедов.

Часть личного состава батальона сопровождала колонны, нападение на которые происходило несколько раз в месяц. Вдоль дороги на Кабул был проложен трубопровод, из которого перекачивали дизтопливо для бронетехники и керосин для авиатехники. От нищеты местные жители простреливали трубу и сливали солярку и керосин в ведра и бочки для обогрева жилищ. Специальные подразделения часто под огнем ремонтировали трубопровод. Были случаи, когда эти точки минировали.

В июле 1988 года меня перевели в Кабул начальником штаба батальона 181-го полка. До меня начальником штаба был майор Балясников, который на боевых действиях при взрыве мины получил перелом позвоночника. Его отправили на лечение. Через несколько лет он смог ходить, но остался инвалидом.

1-й МСБ (горный) 181-го полка участвовал в боевых действиях два-четыре раза в месяц. Боевые действия проходили от трех дней до двух недель, но некоторые операции, такие как «Магистраль», длились около трех месяцев.

За срок службы в батальоне (около года) я участвовал в 11 боевых действиях, потому что начальник штаба отвечает за службу войск, но во время длительных боевых действий организовывал службу из оставшихся военнослужащих. В пункте постоянной дислокации было уже 150 человек, из них были солдаты, офицеры, вышедшие из госпиталей, переведенные из других подразделений, вышедшие из отпусков и увольняемые в запас.

Коллектив батальона (штаб, роты, минбатр, отдельные взводы) был крепкий и хороший. Это немаловажно, потому что все зависит друг от друга, и за год не было ни одного случая дезертирства солдат или офицеров, ни разу не было оставления поста. Иногда на боевых голодали, когда сбивали вертолет, или когда не возможно было привести продовольствие из-за обстрелов. Тогда было тяжело.

Бывало мы не могли снять вертолетом военнослужащих в горах из-за буранов, при этом мы несли потери. Вертолетчики, которые были на боевых — мужественные офицеры, они вывозили раненых, привозили питание под огнем. Осенью 1988 года был сбит вертолет, погибших не было, люди успели выпрыгнуть из подбитого вертолета.

Но зимой, когда были метели и снежные заносы, подразделения на боевых могли нести потери. Тяжело было ходить в горы, штатное оборудование и одежда не соответствовали горным действиям и были очень неудобные. Мы старались использовать кроссовки, трофейные, американские, вещмешки и спальники, средства для очистки воды, малазийские и китайские «лифчики», теперь они имеются в штатном вооружении под названием «разгрузки», мы пользовались трофейными. Все это было поставлено моджахедам из Пакистана.

В горах радовал горный паек, который включал в себя консервированное сало, свежий хлеб в целлофановом пакете и высококалорийные пакеты малого веса. Мы всегда старались брать больше боеприпасов, но и без питания тоже было нельзя.

Я родился 1 июня 1962 года в городе Выру, Эстония. В настоящее время состою в общественной организации «Объединение воинов-интернационалистов Афганистана Басманного района».

В 1979 году окончил среднюю школу № 2 г. Карталы-6 Челябинской области. В 1981 году поступил в Ярославское высшее военно-финансовое училище им. генерала армии Хрулева A.B., которое закончил в 1985 году.