От звонка до звонка
Шрифт:
Мальвина села в машину, с холодной вежливостью помахала Арнольду ручкой и выехала со стоянки. В зеркале заднего вида она видела, как он смотрит ей вслед.
Если у него на самом деле все серьезно, он еще не раз появится на ее горизонте. Пусть побегает за ней, тогда уже с легкой душой можно будет отдаться ему на милость. С легкой душой… А сейчас у нее на душе скребли кошки. Что, если он не станет волочиться за ней? Что, если они больше никогда не встретятся?… Ей что, всю жизнь жить с опостылевшим Макаром?
Макар ждал ее дома. От него тянуло перегаром. В последнее время он все чаще стал прикладываться к бутылке. Без слов взял ее за руку и потянул в спальню.
– Не хочу! – вспылила Мальвина.
– С каких это пор? – недоуменно вытаращился он.
– С тех самых…
– Может, ты меня уже не хочешь?
– Не хочу!
– А кого хочешь?
– А кого-то хочу!… Достал ты меня со своей колотушкой!…
– И кого же ты хочешь?
– А кого ты мне найдешь, того и хочу… Знаешь, мне даже нравится, что ты заботишься о моем сексуальном удовлетворении. Ты находишь клиентов, а я от них кайф ловлю. И еще мне деньги за это платят!
– Сука! – зло процедил он сквозь губы.
И замахнулся. Мальвина шарахнулась в сторону. В глазах смятение… Она же ничего такого ему не сказала. А он руки распускает. Похоже, это у него входит в привычку…
Макар ее не ударил.
– Повезло тебе, шалава… – грязно ухмыльнулся он.
Подошел к пакетам, которые она привезла с собой, вытащил оттуда бутылку текилы, свинтил пробку, прямо из горла сделал несколько крупных глотков.
– Как ты меня назвал? – взбеленилась Мальвина.
– Шалава… А что, разве нет?…
– А ты… Ты сутенер помойный…
– Ну да, тебя с помойки подобрал, потому и помойный…
– Это кто еще кого подобрал. На мои деньги живешь!
– Ну да, на твои, – цинично усмехнулся он. – Жил и жить буду… В морду бы тебе заехать. Да облицовку нельзя портить… Я же твой, ты, сутенер. О твоем товарном виде должен заботиться. И чтобы от заказчиков отбоя не было…
– Что-то давно заказов не поступало, – съязвила она.
– А вот тут ты не угадала. Я тебя завтра в эксплуатацию сдаю. На пару суток…
– Сколько? – деловито осведомилась Мальвина.
Она далеко не пай-девчока, и его цинизм ее нисколько не коробил. И сама она умела быть циничной.
– А две штуки баксов за сутки.
– Негусто…
– Плюс премиальные. Если, конечно, кто-то тебя захочет…
– А ты сомневаешься?
– Тебя старые пердуны заказывают. У них, кроме геморроя, ничего уже не стоит… Так что четыре штуки баксов для такого случая неслабо…
– Я так не думаю.
– Дура! Тебя же двое суток на яхте катать будут. Море, солнце, белоснежная яхта – кайф! Жаль, меня не берут…
– Не берут – сам возьми. Может, там педик какой-нибудь будет. У него и возьмешь!…
– Ты сейчас сама возьмешь!
Макар схватил ее за волосы и как какую-то дешевку потащил в спальню. Мальвина не сопротивлялась – знала, что может быть только хуже.
Это бы не секс. Это было форменное изнасилование. Макар изгалялся над ней как мог… Давно пора избавиться от этого урода!…
Глава десятая
Зойка – девка супер-пупер. Она уже три дня живет с ним в его новом доме. И Навруз все никак не может насытиться.
Только разрядишься и думаешь, что уже все, хватит. А нет, через час перископ уже из штанов выглядывает, Зойку высматривает. И летит в нее торпеда. А она только рада. Каждый такой залп воспринимает как восьмое чудо света. Запредельная девчонка!
Неужели она ему никогда не надоест?… Похоже на то.
– Ты предохраняешься? – после очередной торпедной атаки спросил он.
Зойка с пробоинами в борту лежала на морском дне – утопала в пуховых атласных перинах. Вместо рыб ловила кайф.
– Предохраняюсь, а что?
– Больше не надо, лады?
– Почему не надо? – удивилась она. – Ты что, будешь кричать «Поберегись!»? Думаешь, я увернусь?
– А не надо уворачиваться… Пацана мне родишь.
– Чего?! – взвилась она.
Подорвалась с постели, вытянулась перед ним во весь рост. Руки в боки, ноги врасщеперку, волосы всклокочены, глаза горят, как у ведьмы… Никак не ожидал Навруз такой реакции. Думал, что обрадуется баба. А она, дура, в штыки…
Как фортеля в постели выписывать, так это всегда пожалуйста – и так, и эдак, и как угодно. А чтобы сына от него родить – это в падлу. Ну и бабье нынче пошло. Трахаться – это за милую душу. А материнский инстинкт – побоку… Куда страна катится?
– Чего выставилась, как шлюха? – гаркнул на нее Навруз.
– А я и есть шлюха… А то ты не знал…
Совсем баба без комплексов. И без мозгов…
– Какая ж ты шлюха? Я тебя целых два часа раскручивал…
– Но ведь раскрутил…
– Раскрутил. А теперь это, закручиваю… Короче, я жениться на тебе хочу.
– Жениться?! – Зойку чуть столбняк не хватил от удивления.
– А что? Девка ты стоящая. Все при тебе. И я с тобой в полном улете… Короче, ты мне подходишь. Так что хоть завтра под венец… Мне сын нужен. Чтобы законный. Усекла?
Слова застряли у нее в горле. Но кивнуть она могла.
И кивнула. Согласно.
Ну вот, облагодетельствовал девку. Думала баба, что всего лишь на палку чая попала, а нарвалась на конкретное предложение. Она хоть и шлюха, но замуж все равно хочет. Все-таки не такой уж конченый народ эти бабы. Что-то еще осталось в них от человеков… А чего она должна нос от него воротить? Да она, наоборот, ссаться от счастья должна. Навруз – хозяин города. С бабками полный ажур. Тачки чуть ли не через день меняет. Особняк вот конкретный прикупил.
Зойка от одного восторга чуть не кончила, когда здесь очутилась. А теперь реально кончит – от одной только мысли, что скоро будет хозяйкой в этом доме… В общем, ноги она ему должна целовать конкретно…
Навруз изо всех сил стремился, чтобы его считали крестным отцом, эдаким «русским доном Корлеоне». У него не банда, у него мафиозная семья. Все подотчетные ему авторитеты – члены этой семьи. А еще у него должна быть своя собственная семья. Жена, сын, много сыновей. Он будет править мудро, а значит, долю. И обязательно доживет до седин.