Чтение онлайн

В замке была, как бы, мебель. Основные предметы сделаны из камня, а некоторые из ракушек разного размера и формы. Цвета преобладали розовые и серые, иногда попадались вкрапления синего. Например, с потолка в художественном беспорядке свисали синие ленты водорослей.

Вдруг Люба яростно выхватила свою руку и остановилась обняв саму себя, как бы закрываясь. Я нервно покосилась на ее близнеца. Судя по выражению его лица — явно не доволен таким поведением своей девочки. Прости Люба, я послушно иду за своим и не поддерживаю твой молчаливый протест, я боюсь.

Недовольный близнец протягивает руку и хватает синюю полоску водоросли, свисающую с потолка, с силой берет Любину ручку, вытягивает вверх и обматывает запястье этой водорослью. Потом то же делает со второй рукой девушки. И вот, она почти висит на вытянутых руках, едва касаясь кончиками пальцев пола. Вдоль тела свисают синие ленты.

У меня скручивается комок холодного стаха в животе. Что он с ней сделает?

Меня уводят дальше, и я уже не вижу продолжения. В одном из каменных залов, прямо посередине, огромных размеров ракушка уже ждала меня раскрыв пасть. Едва мой близнец положил меня и сам лег в нее, ракушка захлопнулась. Темно. Я приготовилась терпеть. Думала о Любе. Что с ней делает второй изверг? Она такая маленькая и хрупкая… Холодная ладонь легла на промежность. Меня передернуло. Раздвинула ноги. Давай уже, скорее закончим с этим, козел!

Но мужчина не торопился. Его руки продолжали неторопливо исследовать мое тело. Потом, в полной темноте он стал странно шевелиться и, вдруг я почувствовала щупальца! Везде! Они влазили в рот, в нос, в уши, овили, сжимали и оттягивали соски, забрались в попу, обхватили, чуть сжимая шею, стиснули, поглаживая каждый пальчик на руках и ногах, вдавились в какие-то точки на позвоночнике.

Ощущение… Полная, абсолютная беспомощность и бесконечное безбрежное, не поддающееся контролю мозга удовольствие. И тут он вошел в меня, медленно заполняя до отказа. И когда, казалось, что больше не выдержу — ритмично задвигался, причиняя немалую боль размерами, и одновременно усилив все ласкающие действия щупальцев. Я потерялась в ощущениях: боль и огромное удовольствие так смешались и не разделить: и оба становились все сильнее. Наступила грань, за которой я не могла больше терпеть ни того, ни другого, и сразу пришла разрядка, такая мощная, что я потеряла сознание.

Очнулась одна. Сквозь щели в волнистой кромке закрытой раковины проникал голубой свет.

Пошевелилась. Все болит. Но в туалет то надо… Где мне тут эти всасывающие унитазы найти. Хорошее приспособление в водных условиях. Как же выбраться? Я забарабанила по крышке.

Щель света стала шире. Крышка приоткрылась и я смогла протиснуться. Никого. Огляделась. В зале несколько проемов завешенных синими лентами. Заглянула в самый маленький. Угадала. Горшок!

Передвигаться было больно, но я должна узнать, что с Любой.

Осторожненько выглянула в тот проем, через который мы вошли.

На том месте, где вчера стояла, обмотанная водорослями, Люба, никого не было.

Я побрела, оглядываясь, дальше. А вдруг, этот ненормальный скормил ее чудовищам? Как Гену с Котиком! От этой мысли стало совсем плохо и я в страхе двинулась к клеткам. Сейчас Люба стала для меня самым дорогим и близким существом в мире.

Монстры, видимо, спали.

Часть 4. Черная печать. Глава 1

Я со щемящим чувством в душе наблюдала, как одну за другой, трех наших девочек, Вику, Свету и Любу, унесли инопланетные чудовища.

Сфера снова опустилась и оттуда вышел, похожий на дьявола без рогов, крупный инопланетный мужчина с огромным толстым длиннющим хвостом.

Этот Дьявол сунул свой мощный хвост в цилиндр с Людой и, обвив ее за талию, просто поднял и достал оттуда.

Людка беспомощно махала руками и ногами, как младенец, а он держал ее на весу, внимательно рассматривая и поворачивая в разные стороны.

Потом медленно опустил девушку на ноги, равнодушно развернулся к ней спиной, и так, оставив хвост на талии, пошел обратно, в сферу. А наша Люда, отчаянно упираясь и сердито пытаясь убрать с себя сжимающее живое кольцо, вынуждено шла за ним. Сфера с Дьяволом и нашей девочкой исчезла в потолке.

Нас осталось шестеро.

Все оставшиеся девушки явно сообразили, что по очереди уносят тех, у которых красные печати на лбу. Поэтому, оставшиеся две «красных», Таня и Юля, печально смотрели на нас сквозь стекло круглыми от страха оленьими глазами.

Ох, не зря они боялись.

Следующая сфера явила перед нами удивительно худое бледное существо с вытянутым черепом. Я даже передернулась от отвращения.

Он скользнул взглядом страшных красных глаз по всем девушкам и подошел к Тане с Юлей, они были с краю и друг возле друга.

Сначала поочередно обошел цилиндры вокруг, внимательно осмотрев обеих девушек. Потом резко уронил, толкнув, тот, в котором была Таня.

Мы дружно охнули, когда прозрачная клетка со звоном упала набок. Бедная Таня не спешила вылезать, наоборот, прижалась к круглому дну, сжавшись в комочек, подобрав под себя ноги.

Мерзкому бледному Шлангу пришлось лезть за ней внутрь и насильно вытаскивать. Таня пронзительно кричала, отбивалась, вырывалась, но мужчина, несмотря на кажущуюся тщедушность, легко преодолел ее отчаянное сопротивление и сфера с ними тоже скрылась в потолке круглого зала.

Нас осталось пятеро.

Теперь уже Юля не сводила испуганных глаз с потолка. Ждала. Мы все понимали — пришел ее черед.

Когда из сферы буквально выкатился необыкновенно круглый, прямо колобок на ножках, низенький, пузатенький, Ушастик, Юлька громко истерически захохотала.

К ее цилиндру неторопливо подошли наши Громилы достали безвольную девушку и отвели в сферу, колобок «закатился» за ней.

Юлькин истерический хохот еще долго эхом звучал в моих ушах.

Нас осталось четверо: я, Лена, Марина и Наташа.

Время шло.

Сперва мы в напряжении стояли, поглядывая на потолок, не зная чего ожидать. Чей черед?

Потом, сначала Маринка, потом Лена, а затем, и мы с Наташей сели на дно. Мне хотелось кушать. Мне здесь все время очень хотелось кушать. О чем я и сообщила подругам по несчастью.

— Кто о чем, а Ксюшка о котлетах! Забывай уже! — незлобливо посоветовала Лена.

— Как ты вообще в такие минуты можешь думать о еде! — удивленно спросила Марина.

А Наташа вдруг тихонечко запела песню Александры Николаевны Пахмутовой и Николая Николаевича Добронравова «Надежда».

Мы хором подхватили, так ложащиеся на душу слова:

Ты поверь, что здесь, издалека,

Многое теряется из виду,

Тают грозовые облака,

Кажутся нелепыми обиды.

Надо только выучиться ждать,

Надо быть спокойным и упрямым,

Чтоб порой от жизни получать

Радости скупые телеграммы…

Надежда — мой компас земной,

А удача — награда за смелость.