Чтение онлайн

И только сейчас я понимаю в чем на самом деле был подвох. Это никакое не зеркало.

Просто витая рама, из которой на меня глядит зияющая черная бездна.

Все это мгновенно перестает мне нравится, но давать заднюю поздно.

– Что я должна делать?

– Мелочь, всего лишь шагнуть внутрь.

Куда уж проще.

Подбираю юбку платья и внутренне сжимаюсь.

Ладно, хуже чем есть уже точно не будет.

Если что-то пойдет не так… ну… мне не привыкать.

Я ожидаю чего угодно: муляжа, постановки, перемещения в пространстве, но не того, что я шагаю и проваливаюсь в темноту. Визжу, выражая весь спектр эмоций, и падаю. И снова визжу, но пустота никак не кончается.

Не знаю, сколько это длится, по ощущениями что-то между пятью минутами и бесконечностью. Я ожидаю, что вот-вот столкнусь с твердой поверхностью и расшибусь насмерть, но мое тело резко тормозит в сантиметрах пяти от земли, а потом я валюсь тяжелым кулем на белую твердую почву.

Отплевываясь от пыли, поднимаюсь на ноги.

Ситуация вокруг меня совсем не радует: да, под ногами земля, но вокруг всё та же пустота, только теперь она словно подсвечена лунным светом.

Я озираюсь, но здесь нет ни души. Только я наедине со звенящей бесконечной бездной. Становится жутко, хочется окликнуть на помощь, но я разумом я понимаю, что это бесполезно.

– Метаморф, значит.

От скрипучего голоса, который отражающимся эхом разносится по пространству, я вздрагиваю и оборачиваюсь.

Спрашивать, откуда здесь взялась старуха в черном одеянии, пожалуй, глупо. Я и так понимаю, что в полностью магическом пространстве мы можем увидеть все, что угодно.

– А вы кто? – независимо интересуюсь я, отряхивая платье.

– У меня много имен, – хитро скалится она.

– Так выберете какое-то одно.

Она внимательно изучает меня без тени раздражения, просто с интересом препарирующего врача.

– Ты сильна на этот раз, дорогая, ты можешь справиться.

– С чем это? – хмурюсь я.

– Со своей судьбой.

Ведьма замолкает, как будто мне должно быть этого достаточно для полного понимания.

Больше всего на свете я ненавижу туманные ответы, мол: «истолковывай, как хочешь». Проблема в них такова – с высокой вероятность ты поймешь их наизнанку.

– Ясно, – киваю я, не желая провоцировать ее на новые «истины», – если я прошла испытание, то может пойду?

Старуха снова скалится:

– И ты совсем ничего не хочешь у меня спросить? Многие отдали бы десяток лет жизни ради одной минуты здесь, а ты торопишься уйти?

Хмурю брови, не понимая о чем она вообще. Наверное, она какая-то местная знаменитость, периодически делающая предсказания.

– Если вы про мое будущее, то я не хочу ничего знать.

– Почему? – кажется, мой ответ сбивает ее с толку.

– Нет никаких абсолютных истин, будущее изменчиво, как вода, и я не желаю иметь никаких установок.

– Это правда, – она кивает головой, подтверждая мои слова, – но есть выборы, с которыми ты так или иначе столкнешься в своей судьбе. Встречи, которые нельзя отменить, человек все равно найдет тебя. Неужели ты не хочешь знать о них, чтобы быть к ним готовой?

На пару секунд мне и правда кажется это заманчивым, но я мотаю головой, чтобы избавиться от наваждения.

– Нет, спасибо. – твердо отвечаю я. – Все, что должно случиться, все равно произойдет.

Ведьма кивает, принимая мой выбор:

– Это достойное решение, Далила. Ты мудрее своих предшественников, не все имеют волю сказать «нет», но ты действительно можешь быть той самой, которую ждут.

Скрещиваю руки, стараясь не анализировать ее слова. Не надо. Это засорит мозг, а потом я еще лет десять буду мусолить эти слова в голове, подтягивая все события в жизни под них.

– Если хочешь, я могу оставить тебя здесь, укрыть от грядущего, – внезапно выдает она, не глядя на меня, смотря куда-то в пустоту, – возможно, я имею право на это, чтобы изменить ход событий.

– Какого еще «грядущего»? – хмурюсь я.

– Огонь и пепел, смерть, страх и темные времена. От этого, Далила. Я хочу предложить тебе убежище.

Заманчиво. Правда. Но все же оставаться наедине в пустоте и мраке с ней, мне совсем не хочется.

– Не переживай, – она смеется скрипучим голосом, угадывая мои мысли, а может и просто их читая, – в этом мы с тобой похожи: я могу принять любой вид, который ты только пожелаешь.

Секунда, и она принимает облик Арона, такой реалистичный, что мое сердце сжимается от любви и боли. Еще секунда, и она становится отцом, смотрящем на меня с незнакомой теплотой, в следующее мгновение она принимает облик высокомерной Офелии, потом Коэн, потом калейдоскоп ликов: моего дяди, мага Гродо, Ивара, Шали, Арабеллы, Эрика…

– Стоп! – я вытягиваю руки вперед, словно пытаясь силой остановить эту карусель. Жду пока сердце и дыхание успокоятся, прежде, чем продолжить.

– Я не могу остаться. Если пять королевств и правда ждут тяжелые времена, то я должна быть там, – не знаю почему, но я указываю пальцем вверх, словно мы находимся глубоко под землей.

Но она меня понимает, серьезно кивая, и наконец-то принимая облик привычной старухи, а не правителя Эдура.

– Что ж, это твой выбор, девочка, – подозрительно сговорчиво скрипит она, – и на чьей же стороне ты будешь сражаться? – тут адский огонь в ее глазах снова вспыхивает, и мне становится не по себе.

– Ч-что ты имеешь в виду?

Она разражается безумным смехом:

– Прощай, Далила, или лучше сказать: «до свидания».

– Нет, подожди! – я решительно направляюсь к ней с намерением силой заставить раскрыть свою туманную болтовню, но она, так же смеясь, щелкает пальцами, и я вылетаю из тьмы словно пробка из шампанского, беспомощно болтая в воздухе руками и ногами.

Приземление оказывается мягким из-за того, что я врезаюсь во что-то теплое.

Или вернее, кого-то.

– И о чем же вы так долго беседовали с Оракулом?

От его голоса у меня сводит желудок.

Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, что моей «мягкой подушкой» оказался Эрик Линдвурм.

– Полагаю, – отвечаю я, отходя от него на безопасное расстояние, – что это была приватная беседа.

К моему удивлению, он не выходит из себя, а только снисходительно усмехается:

– В моем замке, на моей земле, мисс Торн, у вас не может быть ничего приватного.

– Какое явное попирание прав человека, – притворно-возмущенно отзываюсь я.

– И прав у вас здесь тоже никаких нет, – невозмутимо добавляет он.

– Здесь не соглашусь, – начинаю закипать, но все еще могу держать себя в руках.

– Согласны вы или нет, мне абсолютно параллельно, – он надменно поводит бровью, – я говорю вам то, что является истинным.

– Да как вы смеете? – кровь начинает закипать в моих жилах. Да кем он себя возомнил, этот захватчик мира недоделанный?