Чтение онлайн

Когда, наконец, их, тяжело дышащих, удается развести по разным углам, распорядитель конкурса считает свою миссию выполненной.

– На этой ноте я покидаю вас, – Арман кланяется, – возвращайтесь к трапезе и не забывайте о тренировках тела и ума, кто знает, что именно вам может пригодиться на следующем испытании. – загадочно произносит он.

Отлично, значит сейчас они все отправятся в тренировочный зал, а я в это время смогу обыскать ещё пару комнат. Уже приметила себе парочку подозрительных кандидатов.

– Какие планы на день? – холодный голос Арона рядом со мной почему-то сразу вызывает желание начать оправдываться.

Чем я тут же и начинаю заниматься, словно он прочитал мои мысли о набегах на чужие спальни.

– Ну.. я.. В общем-то никаких.

– Я так и думал. Пойдём. – говорит он тоном, не допускающим возражений, и тут же направляется к дверям.

Это всё его зелёные чертовы джинские глаза! Даже не верится, что он не применяет никакой магии, потому что я безоговорочно следую за ним, словно забыв о том, что собиралась делать.

Мы идём по коридорам и спускаемся по многочисленным лестницам прямо на улицу, где солнце заставляет меня щуриться от ярких лучей.

Тут только я решаюсь подать голос.

– Куда мы идём вообще?

– На тренировку. Решил дать тебе пару уроков, чтобы ты был более подготовлен к следующей встрече с Коэном.

Я встаю как вкопанная, силясь понять зачем ему помогать своему сопернику.

– Ты напоминаешь мне младшего брата, я ведь уже говорил тебе это. – отвечает он, когда я озвучиваю свои мысли.

Точно, он говорил. Но это всё равно ни черта не объясняет.

– На столько, что ты готов помочь мне завоевать Селию? – продолжаю недоумевать я.

– На столько, что не хочу наблюдать за твоей смертью на арене. – холодно отрезает Арон.

Его настроения меняются так быстро, что я не успеваю разгадать истинных намерений. Все это, безусловно, здорово, вот только пазл в моей голове никак не желает сходиться.

Мы находимся в небольшом саду, где кем-то уже заботливо подготовлены разные виды оружия. Арон проделывает тот же маневр, что и на испытании – берет два копья, отламывая на них наконечники и оставляя только древко, одно из которых бросает мне, и я с трудом ловлю его, вызывая покачивание головой у аль Хадиба. Похоже, он уже думает, а не зря ли ввязался во все это с таким дилетантом, как я.

Папа будет в «восторге», когда узнает, что его дочурку научили управляться с оружием. Для благородной девушки это неприемлемо. Но ведь Арон не знает, кто я на самом деле и отказывать ему, значит выдать себя. А делать этого нельзя. Ни один мужчина в здравом уме не отказался бы от урока боевого искусства с джином, они считаются непобедимыми воинами.

– С какого уровня начнем?

– Базового? – неуверенно спрашиваю я, беря палку в руку поудобнее.

– Всё на столько плохо, – хмыкает он, снимая камзол и оставаясь в одной рубашке.

Привычным жестом поправляет темные волосы, заводя руку назад. Он двигается, словно пантера – уверенно, но в то же время расслабленно, резко, но плавно. Арон весь состоит из контрастов, но владеет своим телом на уровне бога, даже я, ничего не смыслящая в поединках, сразу это понимаю.

Он учит меня базовым движениям и через несколько часов, насквозь мокрая я уже не способна отражать его внезапные атаки, на столько изматывают его непрекращающиеся жалящие выпады.

Тело наверняка всё в синяках, Арон хоть и не сильно, но задевает меня. Сжимаю челюсти, чтобы сдерживаться от вскриков, – мужчинам такое недозволенно, но я вообще не привыкла к боли.

Если с владением меча у меня практически ничего не получается, то с арбалетом и луком дела куда лучше. Я попадаю в «яблочко» с первой же попытки.

– О, а ты не совсем безнадежен, – удивленно хмыкает аль Хадиб.

– Сомневался, что у меня есть талант?

– Таланты есть у всех. – серьёзно отвечает он. – Но, признаюсь, я опасался, что твои лежат не в сфере боевых искусств.

Я так довольна этой похвалой, что чуть было не начинаю прыгать от радости, но сдерживаюсь под его суровым взглядом. Сразу видно, что Арон серьезно относится к нашей тренировке.

Мы пропускаем обед, потому что я не решаюсь напомнить ему о трапезе, а Хадиба, похоже, не волнуют такие бренные мелочи, как пустой желудок.

Когда я, вконец измотанная, сгибаюсь, кладя руки на колени, он всё же решает сделать перерыв.

– Похоже, у нас есть зрители, – хмыкает он.

Поднимаю голову на окна и вижу возле него столпившихся служанок, они хихикают и переговариваются, обсуждая нас.

– Если не сложится с Селией, можешь выбрать кого-нибудь из них, – улыбается Арон. – Ты ведь говорил, что происхождение неважно.

Мычу что-то себе под нос о том, что не совсем это имел в виду, и вообще.

– Да ладно, я просто шучу, – смеется он.

Занятно, не думала, что у джинов есть ещё и опция юмора.

Арон садится прямо на землю, удивляя меня этим. Не то, чтобы я думала, что он сидит только на троне, но близко к этому.

– Как думаешь, у кого из претендентов больше всего шансов? – спрашиваю я, усаживаясь рядом с ним и засовывая в рот травинку.

– Думаю, у Ивара. – Арон говорит это без ревности. – Такие как он обычно очень нравятся женщинам. Галантный, высокий, образованный.

Ага, а ещё опасный, если только на тебе нет амулета, и есть риски стать его рабыней на пожизненный срок, а ещё высокомерный и самовлюбленный. Похоже мысли отражаются на лице, вызывая у Арона усмешку.

– Ты же не женщина, Джоэл, тебе не понять такого.

Ага, точно. Знал бы ты на сколько на самом деле эта ситуация забавна.

– А как считаешь ты?

– У тебя. – выпаливаю я, сама пугаясь этим словам. – Ну ты ведь с ней уже виделся, плюс ты наследник самого мистического королевства. – быстро исправляюсь я.

– Как-то неуверенно звучит.

– А ещё ты ведь джин! Это явно плюс!

– Ты совсем ничего о нас не знаешь, да? – с горечью произносит Арон. – Женщины боятся джинов, как огня. Да и мужчины на самом деле тоже.

– Почему это?

– С амулетом моя магия не окутывает тело, но без него, тело защищает аура, к которой невозможно прикоснуться, если не желаешь остаться без руки. Мы опасны, когда бодрствуем, но ещё более опасны во сне. Джины владеют убийственной магией, которая изначально была призвана защищать от врагов. Вот только убивает она любого приблизившегося, не разбирая, враг ты или друг, а я ничего не могу с этим поделать.