Чтение онлайн

– Ты тоже подсел на философию?
– удивилась я.
– Ладно уж Дэм, который цитирует древних философов к месту и не к месту… Но ты? Ну, как бы там ни было, ты же не будешь спорить, что, согласно мнению древних философов, ревность - это проявление страсти, негативных эмоций и следствие иллюзии о собственности и контроле?

Я собой гордилась! Во-первых, я здорово поднаторела в вопросах философии. Во-вторых, научилась применять её в жизни. А в-третьих, здраво рассуждать о философии, когда тебя обволакивают запах, эмоции и аура любимого человека, совсем не просто! Не верите? А сами попробуйте.

Так, стоп! Любимого человека? Я так сказала?.. Судя по шквалу эмоций, в который меня моментально накрыло, этот коронованный всё услышал. Неловко получилось. Ну и ладно! Всё равно играть в скрытность, когда мышление полностью открыто, эмоции как на ладони, просто невозможно.

– Что здесь происходит?
– раздался голос у самого уха.

Мы с Рэем резко прервали ментальную связь, обернулись, и только теперь заметили, что вокруг нас выстроилась целая толпа придворных. Среди них были и мои родители, и дед. Между нами и этой пёстрой группой стоял Дэм, раскинув руки в защитном жесте. Видимо, он, словно цербер, не подпускал посторонних, чем и привлёк к нам повышенное внимание.

– Мы только что открыли канал связи с вашей почвой, - невозмутимо произнёс Рэй, не отпуская мою талию.

– Да, Ваше Величество, - обратилась я к дяде и его супруге, которые стояли рядом и с интересом наблюдали за нами.
– Я просканировала почву и обнаружила, что в оранжерее необходимо внести некоторые изменения.

– Да? И что именно?
– с воодушевлением спросил маг.

– Вот эти растения выделяют сок, который губителен для вот этих, - пояснила я, указывая на них. Названия были мне неизвестны, я видела их впервые.
– А вот эти два вида вообще противопоказано сажать рядом. Оба выделяют сложные химические вещества, которые вступают друг с другом в реакцию. Сами по себе они не мешают друг другу расти, но соединение, которое образуется при их взаимодействии, может вызывать у людей болезненные ощущения.

– Да, многие мои фрейлины жалуются, что в этой части оранжереи у них начинает сильно болеть голова и наступает слабость, - воскликнула королева, внимательно рассматривая указанные растения.

– Это у вас такая магия? Вы ощущаете растения и природу как-то по-особенному?

– Я сама не знаю, как этот вид магии называется. Я называю его природной. Но я чувствую не отдельные растения, а весь биоценоз в целом, - кивнула я и поблагодарила королеву взглядом. Её вмешательство слегка смягчило напряжение, повисшее в воздухе.

Пока мы общались с Её Величеством, мои родители и Рэй сверлили друг друга взглядами, что, разумеется, не укрылось от внимания моего деда.

– Дорогая моя внученька, - произнёс он.
– Ты, наверное, устала. Применение магии всегда довольно энергозатратно.

– Не беспокойтесь, Ваше Величество, - сжав мою талию, ответил Рэйнард.
– Её Высочество Эллада всегда может черпать энергию от своего избранного. А я, в свою очередь, всегда готов предложить ей свою энергию, магию, силу, а также жизнь, руку и сердце. Не так ли, любовь моя?

– Да, конечно, - поспешила ответить я, даже не вслушиваясь, и зал разразился аплодисментами.

– Ты приняла его предложение… при всех?! Ты, вообще, его услышала?
– передал мне по ментальной связи раздраженный папа.

– Любимая, давай ты прибьёшь меня потом - наедине, - мило улыбаясь, отозвался Рэй тем же способом.
– А сейчас скажи всем, что согласна стать моей женой. Будем считать, что я просто сэкономил нам обоим время.

– Ты потрясающий наглец, дорогой!
– с почти восторгом посмотрела я на своего, теперь уже официального, жениха.

– Поздравляем вас с помолвкой!
– радостно произнёс дед. По-моему, из всей моей родни он был единственным, кто по-настоящему ратовал за этот союз.

Дальше на нас посыпались поздравления. Кто-то целовал мне руки, кто-то обнимал за талию, кто-то шептал на ухо, как лучше встать под объективы визоров.

– Вечером состоится представление Её Высочества ко двору и привязка к артефакту. Тогда же и объявим о помолвке!
– торжественно провозгласил дядя Эштон.

Так наша невинная прогулка по оранжерее неожиданно превратилась в почти официальную помолвку.

38. Алтарь

Пока мы с Её Величеством Вероной Дарийской чинно прогуливались по оранжерее, собирая вокруг себя стайки визоров, мой папа с непроницаемым лицом о чём-то говорил с Рэем, а мама стояла рядом и, как всегда, безмолвно его поддерживала.

Сколько себя помню - они всегда были такими. Когда у меня в старшей школе возникли проблемы с одной учительницей, которая принципиально занижала мне оценки, папа с мамой точно так же, в один прекрасный день, неожиданно вошли в класс и вежливо попросили преподавателя выйти в коридор. Я до сих пор помню, как мы с подругой, прильнув к щёлке двери, рассматривали выражения лиц папы и учительницы.

– Какой у тебя строгий папа!
– громко прошептала тогда моя одноклассница, глядя на меня с сочувствием.

А я тогда даже не знала, как объяснить, что мой папа строгий только с посторонними. А дома он ласковый и пушистый котёнок, которым моя хрупкая и нежная мама вертит, как хочет. Повзрослев, я поняла: всё, что я думала об иерархии в нашей семье. Это именно то, как папа позволял мне с мамой это видеть. По сути, он решал все важные вопросы, но при этом каким-то волшебным образом создавал иллюзию, будто именно мама управляет всеми процессами. Может, в этом и заключался секрет их семейного счастья?

Интересно, а как будет в моей семье?

Пока Её Величество рассказывала о редких растениях, привезённых со всех концов света, я, краем уха слушая её, снова погрузилась в свои вечные сомнения и терзания. Ну какая из меня жена? Тем более речь ведь идёт не о простом человеке, а о принце. А значит, однажды он будет править королевством. Ну и какая же из меня королева?

У папы с мамой - настоящий тандем, даже симбиоз! Они понимают друг друга с полуслова, с полувзгляда, с полужеста. И дело не только в понимании, они принимают друг друга такими, какие есть. А мы с Рэем... умеем ли мы так?

Начало наших отношений - это были классические эмоциональные качели. Я всерьёз считала, что он нарцисс. Потом - бесконечные конфликты, доходившие до рукопашной...

Платон, Аристотель и Эпикур в один голос сказали бы, что мы - не зрелые личности с незрелыми отношениями.

Платон считал, что настоящая любовь - это вовсе не про страсти и бури чувств. Это стремление души к Красоте и Истине, а не вечные эмоциональные качели, в которых мы с Рэем так часто застревали. Аристотель, наверное, сказал бы: «Эти двое ещё не обрели умеренности, они действуют импульсивно, а не по разуму». А Эпикур вообще считал страсть главным врагом душевного спокойствия. Он, скорее всего, сказал бы: «Лада, ты теряешь свободу. Ты позволила эмоциям управлять собой - а это путь к страданиям». В общем, все любимые философы Дэма однозначно забраковали бы мои отношения.