Отбор с осложнениями
Шрифт:
— Эмма, — он все же сделал шаг навстречу и осторожно сжал ее плечи. — Никто не должен узнать. Слышишь? И ты не должна была. Это не игра. Меня выкинут из обора, и я уеду под видом леди Бригитты. Конец.
— Уедешь? — она нахмурилась. — А как же финал?
— Мне не важно, пройду ли я в него.
— Не важно?!
— Нет. Я просто тяну время, выясняя то, что нужно мне. И уже собрал кое-какую информацию. Еще немного, и миссия будет закончена, тогда…
— Стоп! — она уперлась ладошкой в его грудь. — Значит, ты не станешь ни в чем признаваться?
— Нет. Ни в коем случае. Иначе и моей карьере конец.
— И никто не узнает, что я тут… что мы…
— Никто, — кивнул он, ожидая увидеть на ее лице облегчение.
Не тут-то было.
Мимика Эммы и правда изменилась: ее губы медленно расползлись в зловещей улыбке, а глаза засияли нездоровым азартом.
— Эмма? — опасливо позвал ее Вейрон. — Тебе плохо?
— Было плохо, — кивнула она, теперь глядя на него оценивающе, словно примеряясь. — А теперь хорошо! Только бы еще лед ко лбу приложить. И, знаешь, я бы не отказалась наконец переодеться во что-то более… традиционное.
Дорн, заметив, что истерика отступила, счастливо улыбнулся:
— Вот и правильно, — заявил он. — А насчет кольца и тому подобного не волнуйся: как только это мучение с отбором закончится, я найду тебя и все компенсирую. Будут ухаживания, как мечтают девушки, подарки…
— Подарки? — Эмма посмотрела на него удивительно ясными глазами. Теперь в них не было и тени прежней ярости. Но и тепла тоже не было. — Вейрон, мне не от тебя ничего нужно. Кроме выхода в финал.
— Не понял.
— Ты обязательно обойдешь еще двоих невест, — сказала она железным тоном. — А потом делай что хочешь, Вейрон Дорн. Хоть в деревню езжай, хоть собак разводи. Мне нужна премия за проделанную работу и рекомендации от его величества. Кольца, цветы и прочие прелести оставь для других девиц.
С этими словами она развернулась и вышла из ванной, оставив Ястреба в недоумении. Он смотрел на закрывшуюся дверь и не мог осмыслить, что произошло. Его отвергли? Он так отлично все распланировал, а Эмма отказалась принимать предложение руки и сердца, еще и ультиматум ему поставила?!
Вейрон стремительно вышел из ванной, перебросив слишком длинный конец шторки за плечо, остановился перед девушкой, которая села в кресло и приложила ко лбу столовую ложку.
— Эмма, послушай. Действительно, предложение я сделал не очень удачно по форме.
Она фыркнула, бросив на него уничижительный взгляд.
— Просто ты застала меня врасплох. Я не ждал, что ты вот так вломишься.
На миг ему показалось, что Эмма смутилась, но она тут же собралась и невозмутимо пожала плечами:
— Ты же Ястреб. На секретном задании. Должен всегда быть начеку.
— Но суть от этого не меняется. Между нами столько всего было…
— Между мной и Бригиттой. Тебя я вообще впервые вижу!
— Не ври! Ты сама призналась, что командир Ястребов тебе нравится!
— Это было до того, как я узнала тебя лучше. А твое предложение… Такого ужаса даже в кошмарном сне не увидишь! Постой-ка… — она убрала ото лба ложку и ошарашенно уставилась на него. — Тогда был не сон! Ты поцеловал меня!
Эмма подалась вперед, сгребла со стола серебряный ножик, и Вейрон быстро отскочил, схватив с дивана подушку и прикрывшись ею, как щитом.
— Ты сама попросила!
Эмма глубоко вдохнула и приложила ножик ко лбу. И только Дорн позволил себе слегка расслабиться, как дверь распахнулась, и в гостиную вошла Тереза. Глаза ее расширились при виде Вейрона, замотанного лишь в шторку от душа, и служанка быстро прикрыла за собой дверь.
— Сдурела? — спросила она у Эммы, разглядывая при этом Дорна. — Мужиков водить… Хотя вкус твой я одобряю... Подмочишь репутацию леди Дракхайн, и все, пиши пропало. И почему ты в цветохроне? И что, ради всех святых, произошло в вашей ванной?! — воскликнула она, увидев картину погрома через открытые двери.
— Я все объясню, — собравшись, начал Вейрон.
— Сильно сомневаюсь, — проворчала Эмма.
— Репутация леди Бригитты Дракхайн вне опасности. Потому что она — это я, — готовясь к худшему, сообщил он.
Глава 14. Второй тур
— Что ж… — протянула Тереза. — Это многое объясняет.
Вейрон напрягся, готовясь к очередной истерике, но служанка лишь вытянула руку к входной двери, и раздался тихий щелчок.
— Заблокировала, — пояснила женщина, без спроса усаживаясь в свободное кресло. — Чтобы еще кто-нибудь не узнал страшную тайну леди Дракхайн. А теперь рассказывайте, что за маскарад?!
— Во-первых, сбавьте тон, — приказал Вейрон, полоснув по служанке предостерегающим взглядом. — А во-вторых, мне нечего вам рассказывать.. Я выполняю секретную миссию, важную для всего королевства, и этого вам более чем достаточно. И сейчас вы обе принесете клятву молчания, иначе никто из нас не выйдет из этой комнаты.
— Ух, какой командир, — то ли усмехнулась, то ли похвалила Тереза, однако послушно протянула раскрытую ладонь Вейрону.
Вейрон перевел взгляд на Эмму. Слишком большой для нее цветохрон расплескался у ног черной лужицей, и лицо и руки девушки казались совсем белыми. Зато глаза горели ярко, как у кошки.
— Я не могу раскрывать секреты своей подопечной, — буркнула Эмма. — Это нарушение профессиональной этики.
— Слабая надежда, — ответил Вейрон, — но я поверю. Не в твоих интересах портить репутацию будущего мужа.
— Ты опять?! Я не выйду за тебя! — выпалила она, сверкнув глазами.
— Все становится еще интереснее, — заметила Тереза.
— А если не выйдешь, то как я могу тебе доверять? — спросил Вейрон. — Это дело государственной важности. И я прошу всего лишь неразглашения!
Нахмурив брови, Эмма нехотя протянула руку. Вейрон накрыл ее тонкие пальчики своей рукой, второй взял чуть шершавую ладонь Терезы. Его магический поток легко перемахнул преграду Эммы, заструившись по ее телу, словно по родному руслу. С Терезой оказалось сложнее, но и служанка вскоре поддалась.
— Клянусь хранить детали этой операции в тайне, — сухо сказала Эмма.
— Клянусь хранить этот секрет строже, чем рецепт моих фирменных маринованных грибочков, — подмигнула Вейрону Тереза. — Я тебя потом угощу. Если захочешь.