Чтение онлайн

Донован выпил взахлеб почти половину графина, отставил его и вытер губы рукавом, уточняя:

— Насколько ты доверяешь этим леди?

— Они дали клятву о неразглашении. Доверяю, — резко проговорил Вейрон.

— Что ж, хорошо, — Донни еще немного потеснился, совсем вжавшись в спинку кресла, и произнес скороговоркой: — Завтра на приеме король предложит красхитанцам руку леди Дракхайн.

— Что?! — взревел Вейрон.

— Вот именно такой реакции генерал и опасался, поэтому и прислал меня к тебе, — сокрушенно кивнул парень, выставляя руку в защитном жесте.

Дорн посмотрел на щуплую ладонь и, фыркнув, отвернулся.

— Пойми, Вейрон, в нашей ситуации надо пользоваться любой возможностью, тем более такой уникальной, — не унимался Донован.

Ястреб заходил туда-сюда по гостиной, сжимая кулаки. Цветохрон развевался за его спиной, как черные крылья.

— Войска красхитанцев группируются на северных границах королевства, — продолжил Донован. — Они быстрые и маневренные. Если они уже нашли подходящий перевал, то вскоре смогут напасть.

— Значит нужно расставить ястребов ярости в самых вероятных местах, каждый мой парень стоит сотни красхитанцев! — отрывисто выпалил Вейрон.

— Генерал сказал, решения его величества не оспариваются.

— Да что ты говоришь, в самом деле? — Вейрон обернулся, зло уставившись на него. — Я не могу… выйти замуж! И потом, кто этот рыжий такой, что ему отдают одну из лучших девиц королевства? И это я не о себе сейчас, а о настоящей леди Дракхайн, Тереза, не нужно так смотреть!

— Давай-ка я проведу тебе небольшой экскурс в традиции вражеской Красхитании, — примирительно предложил Донован, с благодарностью принимая из рук Терезы тарелку с разнообразными закусками. Выбрав канапе с ветчиной и придирчиво его осмотрев, парень сообщил: — Король Красхитании стар и немощен…

— Ему нет и пятидесяти, — возразил Вейрон. — Я видел его в бою. Он здоровый как бык.

— Тем не менее, кровный совет решил выбрать другого короля, — промычал Донован с набитым ртом. — У них там, как ты знаешь, проводят что-то вроде отбора. Только не невест, а претендентов на престол. На сегодняшний день уже десять кандидатов заявили о своем желании драться за огненный трон.

— Почему огненный? — полюбопытствовала Эмма, все это время стоящая чуть в стороне.

— Он сделан из бронзы, украшен рубинами. Красхитанцы очень уважают стихию огня, — ответил Доннован. — А рыжий цвет волос — эталон для них, ведь свидетельствует о пылкости натуры и избытке жизненных сил. Кстати, у вас, девушка, тоже заметен рыжий оттенок, и он так идет к вашим глазам… Я никогда не видел таких ярких глаз!

— И больше не увидишь, — угрюмо сказал Вейрон, заслоняя Эмму собой. — Это моя невеста.

— Ничего подобного! — возмутилась та из-за его спины.

— С тобой мы еще поговорим, — ответил он, обернувшись, а затем хмуро уставился на Донни, приказывая: — А ты давай ближе к делу.

— Так вот, одно из обязательных требований к будущему королю — он должен быть рыжим, — веско произнес Донован.

— Мордиш… — начал понимать Вейрон.

— Верно. Мордиш, или, точнее, Мордухай Зордак — один из наиболее вероятных претендентов на престол Красхитании. Он — сын двоюродного брата короля по отцовской линии. В расцвете сил, получил отличное по их меркам образование в академии Никарруха и, говорят, в бою на мечах ему нет равных.

— Повезло тебе с женихом, — завистливо вздохнула Тереза, — а с мечами, я так понимаю, у вас обоих порядок!

Вейрон яростно на нее глянул и отвернулся.

— По данным нашей разведки Мордиша взяли в эту миссию специально для того, чтобы он посмотрел на отбор невест, проходящий для принца, — продолжил Донни. — Наглер — один из членов кровного совета, а Кандида — специально обученная сваха, приставленная к Мордишу, чтобы тот наконец выбрал себе жену. Потому что еще одно обязательное требование для короля Красхитании — наличие жены. А если есть дети, то это дополнительный плюс.

— Мне еще и сына ему родить?! — вспылил Вейрон.

— Ради Зубастого Плеса мог бы и постараться, — пожал плечами Донни.

— Постойте, — вмешалась Тереза. — А при чем тут Плес?

— А при том, что за руку прекрасной Бригитты можно и поторговаться, — пояснил Донован, протягивая опустевшую тарелку служанке. — Ох, Вейрон, все же не создан ты для дипломатии…

— Погодите, — не унималась Тереза, — то есть на приеме наша Бригитта будет помолвлена с рыженьким?

— Если красхитанцы согласятся не претендовать на Зубастый Плес и подписать мирный договор хотя бы на, скажем, лет пять, — кивнул Донован. — Мордиша заставят подписать договор, а позже мы подменим нашего Ястреба на настоящую леди Дракхайн. Я, правда, не видел ее ни разу, но ее братья и отец — здоровяки как на подбор. Граф Сокх Дракхайн — верный подданный короля. Он легко дал согласие на то, чтобы его дочь заменили на этом отборе. Если ему объяснить всю серьезность ситуации, то он наверняка одобрит этот брак.

— То есть он в курсе, что на отборе вместо его дочери выступает другая… другой? — уточнила Эмма.

— В самых общих чертах, в детали операции его не посвящали, — кивнул Донни. — Я присутствовал при этой встрече. Граф сразу согласился. Впрочем, он сказал, что его девочка и не стала бы участвовать в отборе невест, который унижает женское достоинство.

— Сомневаюсь, что с такими моральными принципами настоящая Бригитта согласится выйти замуж за красхитанца, которого и в глаза не видела, — заметил Вейрон.

— Это уже не твоя забота, — сказал Доннован. — Главное — заполучить его подпись на договоре. Вот что передал тебе генерал: сидеть смирно и молчать.

— Я вам не собака! — рыкнул Вейрон.

— Я тоже против, — встряла Тереза.

— Что? — удивился Донни. — А вы тут вообще каким боком?

— А таким, что если нашу Бригитту обручат с Мордишем, то ее выпрут из финала. А этого допустить никак нельзя! — категорично ответила она.

— Мне нужно пройтись и все обдумать, — бросил Вейрон, поправляя на себе капюшон и направляясь к двери. — Донни, выход найдешь сам, и постарайся запомнить на будущее — в окна к невинным девушкам лучше не соваться!

— Погоди! — раздался голос Эммы у Ястреба за спиной. — Я пойду с тобой. Если ты не против.

Вейрон хотел ответить, что всегда рад ее обществу, но, вспомнив недавние слова Терезы, лишь пожал плечами.

— Ты идешь слишком быстро, — Эмма едва поспевала за Вейроном, направляющимся в сад. Он забыл о вынужденной конспирации и шагал быстро и размашисто, едва не срываясь на бег. — Бригитта! – окликнула она его, надеясь, что имя леди Дракхайн вернет его в чувство.

Так и вышло. Вейрон остановился и, глубоко вздохнув, потер ладонями лицо через ткань цветохрона.

— Прости, — сказал он. — Кажется, я задумался. Все сложно. И я так устал от этого маскарада.

— Понимаю, — тихо сказала Эмма, беря его под руку.

Они пошли рядом, медленно и неспеша, как две подружки, которые решили подышать свежим воздухом перед сном. Так должно было выглядеть со стороны. Но теперь Эмма знала правду, и ее не могла обмануть ни женская аура, ни цветохрон. Она видела перед собой мужчину, даже когда очень старалась забыть о разоблачении.

С некоторых пор изображать внешнее спокойствие стало сложно, но еще сложнее было справиться с чувствами, которые вызывал у нее Вейрон Дорн. Этот мужчина нравился ей и раньше, она восхищалась командиром ястребов, и вопреки тому, что говорила Бригитте, гордилась боевыми магами, защищающими страну. Эмма знала о подвигах воинов, а сколько слышала от своей соседки по комнате в общежитии! Та могла говорить о Ястребах часами, а их командир едва ли не причислялся ею к святым.