Чтение онлайн

Кора сосредоточенно кивает, на её лбу появляется вертикальная морщинка.

– Что не так?

– Погоди, я думаю, с чего начать. Давай так, скажи, как ты по всем этим слухам и легендам представляешь себе канахов.

– Дикари, - я спотыкаюсь, понимая, что образ в моей голове из детских сказок. Я просто никогда не задумывалась, может ли такое быть в реальности.

– Ну?
– подбадривает меня Кора.

– Они нападают на населённые пункты, воруют женщин.

– Волосатые, бородатые и с дубинками?

– Угу, - подтверждаю я, уже понимая, что несу бред.

Но Кора не смеётся.

– Есть такие, но только ты канахов с чампами перепутала. Чампы - дикари с востока, проклятые Асхаром. Их женщины рождают только мальчиков. И когда те вырастают, приходится добывать жен набегами. У них нет поселений, кочевники.

– Честно говоря я думала, что это одно и то же. Только канахи - это чампы, наделённые магией.

Кора закатывает глаза.

– Жуть какая. Ты словно пришла из другого мира. В общем, слушай: всё просто. Канахи -это стихийные маги, их ещё называют дикими. Заметь, дикими, а не дикарями. Их не очень много, и живут они в Предгорье и высоко в горах. У них, как и у нас поселения. Их сила как-то связана с огненной горой Асхара, изрыгающей пламя раз в несколько лет. Пастухи, охотники, свободные воины.

Кора замолкает, подбирая слова:

– Империи нужны маги. Дети канахов почти всегда получают часть искры в наследство. Поэтому четыре раза в год устраиваются празднества, на которых состязаются лучшие из диких магов. Победители остаются при дворе императора, а остальные возвращаются к себе. Но не просто так. После окончания состязаний канахи ещё день живут в городе. Семьи, в которых много дочерей и нет приданного, выставляют девушек на центральной площади. Канахи выбирают на одну ночь приглянувшуюся. Девушка должна быть непременно девственницей, только в этом случае она сможет принять искру для будущего ребёнка.

– Но... это же отвратительно.

– Для некоторых это выход. Они избавляются от лишних ртов. Понёсшая от канаха забирается в обитель, её содержит Император. А её ребёнок, если в нём проявляется дар, получает шанс учиться в магической академии.

– Но девушке уже никогда не выйти замуж.

– Никогда. Поэтому я не хочу такой судьбы.

– А как тебя это может коснуться?

– Всех может. Если в Академии ученик проявит слабые способности, то девчонок отдают туда же, а парней в войска. Девушка даже со слабыми магическими способностями лучше, чем обычная простолюдинка. И может родить ещё более способного ребёнка.

Я чувствую, что меня сейчас стошнит.

– У нас в обители так коров скрещивали.

Кора грустно улыбается:

– Вот я и есть такой телёнок, - она встряхивает головой, и выражение лица меняется. Глаза прищуриваются, и в них разгорается злость:

– Но я не хочу вырасти и стать коровой. Не хочу повторить судьбу матери.

Ей больно. И я хочу отвлечь её. А ещё сильнее хочу понять, кто я сама.

– А кто тогда я? И почему я никогда не слышала о том, что ты рассказываешь?

Кора переводит взгляд на меня.

– Скорее всего, твой отец из высших магов. У высших кроме жен бывают наложницы. И для них существуют более закрытые обители. Вот скажи? Часто ли у вас рождаются дети с даром?

Я задумываюсь.

– Иной год двоих увозят, а порой ни одного.

– А из наших почти всех. У высших редко рождаются дети с даром. Но если такое случается, то их ценят больше. Они сильнее.

– На детях магов природа отдыхает, - вспоминаю я слова тёмно-вишнёвого.

– Точно, вот видишь, кое-что тебе известно.

– Нет, случайно услышала эту фразу, когда меня проверяли.

– Интересно, что ты им продемонстрировала?

– Ничего. Я старалась скрыть. Не хотела уезжать. У меня, - мой голос дрогнул, - мама осталась одна.

Мы молчим. Все эти дни я старалась не думать о том, что теперь не изменить. А сейчас чувствую дикую тоску, такую, что темнеет в глазах. Кора утешающе гладит меня по руке.

– Ты не думай, если станешь магом, то заберёшь её к себе.

– Но почему никто за все годы не вернулся, никто не забрал.

– Возможно, они ничего не достигли, и повторили судьбу других одарённых. Но ты ведь очень сильная. У тебя получится.

– Да, - я беру себя в руки и говорю жёстко, - у меня... у нас получится.

– Мы вместе, да?
– светлеет лицом моя новая подруга.

– Прорвёмся, - я улыбаюсь, загоняя тоску куда вглубь. Она не исчезнет, но и ослаблять себя я не позволю.

– Смотри, Тея!
– зовёт Кора, отдёрнувшая занавеску: - Легки на помине. Вон они канахи. Тоже в город едут.

– А как их отличить от людей?
– я двигаюсь к окну, чтобы взглянуть на тех, кого ещё недавно считала страшными волосатыми дикарями с дубинами на перевес.

– Никак, - хохочет, Кора, - они же люди. Но канахи обязаны носить в столице знак на одежде.

Я выглядываю в окно и в группе всадников, обгоняющих нашу колонну, вижу его. Того самого наглеца. Прежде чем я отшатываюсь от окна, он поворачивается и замечает меня. На его губах появляется довольная улыбка.

Какой стыд. Он подумает, что я за ним наблюдаю. И это после всего. Будь у меня время подумать, я бы приняла равнодушный вид, скользнула бы по нему небрежным взглядом и уставилась на что-нибудь другое. Но моё движение выдало меня с головой. Кровь стучит в ушах.

– Ух какой!

– Ты о ком?

– Вон тот тёмненький хорош.

Ну да, тёмненький там один.

– Кора, ты же вроде не хотела связываться с канахами.

– И не хочу, но посмотреть-то можно. Они все такие мощные, не видела ни одного толстяка или дохляка, - она облизывает губы, как Несси после плошки молока.
– Кажется, он меня заметил, - Кора принимает изящную позу и делает именно такой равнодушный вид, о котором я сожалела пару минут назад. Боже, как нарочито и смешно это выглядит. Нет уж, я лучше отсижусь в глубине кареты.

– Кора, а где ты могла на них насмотреться?

– Так у нас рядом с обителью торговый тракт проходил. В соседнем городке ярмарки каждый выходной. Пока несовершеннолетняя, канахи не опасны. А вот потом, лучше им не попадаться.

– Почему?

– В определённые дни они имеют право взять на ночь любую понравившуюся девушку или даже замужнюю женщину. И никто не может им воспрепятствовать. Таков закон.

Из всего разговора я поняла главное. Дикие не канахи, дикая я со своим полным отсутствием знаний. Вот почему этот тёмненький вёл себя со мной так нагло и уверенно. Ну уж нет, девкой на одну ночь я ни для кого не стану.