Отчаяние бессмертных
Шрифт:
– Лерех, – выплюнул Ивирион, раскрывая ладонь.
Огненные стрелы ударили в плечо Сиптуага, заставив его покачнуться.
– Герион, Аррас, Хоммас, Луффирий! – Ивирион сокрушил еще одну стену за спиной Сиптуага, прокладывая им путь в этом танце смерти.
– Мои друзья. Мои товарищи. Мои братья!
Сиптуаг ускользнул от удара огнем и попытался сократить дистанцию, но обломки раскаленного камня ударили его в лицо, помешав рывку.
– Скольких ты убил, Сиптуаг? Скольких?
Архиерей молча шагал назад, позволяя Ивириону выплескивать давно копившуюся ненависть.
– Скольких?! – рев некроманта заполнил разрушенный коридор. – Скольких некромантов сразил твой посох? Сколько жрецов смерти лежали в крови по твоей вине? Сколько слуг было похоронено по твоему приказу? Сколько дворцов ты разрушил? Сколько знаний уничтожил?!
Ивирион внезапно оказался всего в полуметре от священника. Кулак некроманта обрушился на меч, выставленный в защитном жесте плоской стороной. Белая кожа пошла трещинами, сквозь которые лился мягкий зеленый свет.
– Скольких, Сиптуаг?! Ответь мне!
Зеленое пламя ударило архиерея в грудь, заставив покачнуться. Сиптуаг быстро перекатился, свободной рукой подхватил с пола камень внушительных размеров и с силой метнул свой импровизированный снаряд в голову некроманта. Он попал в лоб Ивириона, но тот даже не заметил этого.
– И все почему? За что ты убивал нас? Чем мы заслужили эти страдания? По приказу богов? Твоих богов?!
Огонь принял форму клинка и начал кружить вокруг священника, изредка совершая выпады и удары. К чести Сиптуага ему удалось отразить каждый из них и даже немного приблизиться к Ивириону.
– Твои два бога, что они сделали для нашего мира? Чем они заслужили такую веру? Вы возводите храмы в их честь, создаете монументы и памятники. Что они сделали для вас, Сиптуаг? Что?!
– Они подарили нам надежду на покой! Они дали нам силу!
– Для чего? – Ивирион вновь подобрался к Сиптуагу и швырнул его по коридору. Их битва уже велась на всех уровнях мироздания, что не могло не сказываться на окружении и поэтому где бы они не проходили, все обращалось в руины.
– Зачем нужна власть, если ты лишь порождаешь хаос? Зачем нужна сила, если ты не контролируешь ее? Зачем нужен покой, если ты желаешь войны?
– В том нет нашей вины! – Сиптуаг ступил в следующий коридор, быстрым взглядом выцепляя нескольких испуганных слуг, затаившихся в углу. – Вы сами вырыли себе яму. В своей гордыне вы решили, будто вам подвластно все. Вы осквернили жизнь, извратили смерть, надругались над человечеством! Вы создавали мертвецов, а затем заставляли их бросаться на ваших врагов!
– Фанатичный идиот!
Если Сиптуаг считал, будто раньше Ивирионом двигала ярость, то сейчас он понял всю глубину своей ошибки. Нет, Ивирион был в гневе, но старался его контролировать. Он мог презирать священника, ненавидеть, желать ему смерти, но лишь сейчас он позволил всему этому полностью охватить его душу и тело. Теперь им двигала лишь ненависть.
– Мы жили в мире с вами, нам было плевать на людей, что живут по ту сторону леса! Нам было плевать на ваши войны и религии, ваши ярость и презрение, ваши радости и желания. Мы лишь брали ваши страдания и пытались облегчить их! Мы хотели изменить этот мир! Спасти его!
– Вы пытались его уничтожить! Ваши монстры десятилетиями терзали наше королевство, и мы пришли положить этому конец.
Излучаемая Сиптуагом вера была абсолютна и столь тверда, что ее можно было практически коснуться. Она столь яростно боролась с магией Ивириона, что страдало само мироздание, а воздух пошел рябью.
– Ваши монстры уничтожали деревни, вырезали целые семьи! И все это ради вашей забавы!
Пламя швырнуло священника на пол, но он ударил в ответ, оставив на предплечье некроманта глубокий порез. Плащ за спиной архиерея начал тлеть, не выдерживая яростного пламени.
– Вы швыряли их к нам так, словно мы ваши игрушки. Словно мы часть ваших экспериментов, которые вы ставили над нами. Люди не живут для того, чтобы вы над ними издевались. Они свободны!
Сиптуаг ударил Ивириона кулаком в лицо, заставив некроманта оступиться. Следующим движением он вонзил свой меч с его плечо, а ногой провел подсечку. Ивирион ударился спиной о стену и быстро метнулся в сторону, уворачиваясь от метящего в его голову клинка. Рана в плече не доставляла ему никаких проблем, лишь слегка задела его эго.
– Вы издевались над нами, хоть мы были так далеки от вас. Издевались и забавлялись. И все это ради вашей Смерти? Ради нее вы приносили тысячи людей в жертву?!
– Смерти не нужны жертвы, идиот. Все мы в ее власти. Все мы живем и умираем, и госпоже достанутся наши души в любую секунду, стоит ей лишь пожелать.
Ивирион швырнул горсть огня в лицо Сиптуага, одновременно разворачивая за спиной четыре гигантских пылающих крыла. Фигуру некроманта подчеркивало легкое зеленое сияние, усиливающееся с каждой секундой. Слуги бросились в другой конец помещения, спасаясь от столь ужасающей дуэли.
– Смерть – госпожа этого мира. Она повелительница мертвых и властительница жизни. Думаешь, ей есть дело до наших с тобой битв? А твоим богам? Что ты значишь для них? Первосвященник? Величайший воин? Лучший жрец и убийца некромантов? Им плевать!
Ивирион ударил рукой о стену. Мгновение, и камень пошел трещинами, а затем разрушился. На противников обрушился шум битвы, мощный ветер заставил развеваться их одеяния, а дождь окропил лицо. Ивирион разрушил стену, надеясь показать Сиптуагу, с чем тому приходилось бороться. Сотни мертвецов по-прежнему продолжали сражаться против тысяч людей, не отступая ни на шаг перед превосходящей армией врага.
– Вот с чем ты борешься, Сиптуаг. Каждая смерть твоих воинов, лишь на шаг приближает к победе моих. Нет такой армии, что может сразить мертвецов. Нет людей, что не боятся смерти. Страх, ненависть, отчаяние – все это эмоции, которые испытывают люди.
Ивирион встал спиной к пролому, расправляя огненные крылья, которые шипели при попадании на них капель дождя.
– Подойди если осмелишься, Сиптуаг! Подойди ко мне, и я покажу тебе страх. Я помогу тебе испытать отчаяние, подобного которому ты еще не знал. Я вырву твою душу из тела и преподнесу твоим богам. Их первосвященник, их надежда в этом мире – ты станешь символом неудачи, которую потерпели твои люди. Люди, которых ты вел сюда с верой в двух богов! Они увидят твое истерзанное тело и поймут всю правду этого жестокого мира. Смерть – властитель всего сущего, а мы обращаем ее желания в реальность!