Чтение онлайн

— Ну, вас еще многое удивит, — тихо говорю я, и делаю шаг к лестнице. Хочу к себе в комнату, потому что находиться рядом с этим мужчиной подобно тому, как ходить по раскалённым углям. Опасно, больно, но очень хочется. А лгать ему — нет. Надо бы признаться в том, что мне вчера рассказала Элиза, но сейчас не самое подходящее время и место, да и не решила я все ещё как правильнее поступить. Слишком многое на кону, — Спокойной ночи, мистер Митчелл, — делаю единственное, что сейчас в моей власти — сбегаю.

Кевин поднимается следом за мной на второй этаж. Я чувствую буквально каждый его шаг за спиной. Мое тело вибрирует от напряжения. Иду по мягкому ковру к своей комнате, а когда дохожу, мужской голос вдруг спрашивает:

— Скажи, у тебя с этим Ноа серьёзно?

Кевин выглядит сдержанным, рука в кармане чёрных брюк, а верхние пуговицы рубашки расстегнуты, открывая моим глазам вид на крепкую шею и редкие волосы на груди. Отвожу взгляд.

— Пока не знаю. Это было наше первое свидание, — даю честный ответ, — но он хороший.

— Тебе нравится?

Пожимаю плечами, потому что Ноа действительно нормальный парень.

— Да.

Снова встречаюсь глазами с Кевином и не дышу. Настолько тёмный у него стал взгляд и отчего то опасный.

— Спокойной ночи, малышка Эль.

Разворачивается и тяжёлой походкой отправляется в комнату, расположение которой ему наверное успели показать, пока я была с Ноа. Мое сердце только сейчас начинает биться. Так громко и отчётливо, что его удары доставляют почти физический дискомфорт. Как он меня назвал? Малышка Эль?

Захожу в комнату и падаю на кровать. Странное прозвище. Не отцовское. Вот совсем ни капельки не отцовское. Его "малышка" звучит в ушах как возбуждающая музыка, и вот уже второй вечер подряд я чувствую, как тело сводит истомой. Малышка…

Кевин

Чёртова подушка. Они гири туда что ли нашпиговали? Спать совсем невозможно.

В очередной раз бью кулаком по подушке, но понимаю, что дело совсем не в ней. Я не могу уснуть не потому, что первый раз ночую в чужом доме. Обычно у людей возникают трудности с засыпания на новом месте. У меня таких проблем нет. Работа обязывает часто летать в командировки и сон в отелях стал привычным. Здесь же совсем другое.

Я четко осознаю причину адской бессонницы и мне она до чертей не нравится. Картинка того, как в губы Эль всосался тот молокосос выедает мозг серной кислотой. И все бы ничего, если бы она сопротивлялась. Я тогда бы смог просто вышвырнуть малого за шкирку с крыльца и приказать ему больше здесь не появляться. Он бы точно в штаны наделал и послушался. Проблема в том, что она не пыталась извернуться или оттолкнуть пацана. Не сказать чтобы и отвечала с большой отдачей, скорее просто позволяла ему себя целовать, но от этого блядь как-то не легче.

Сажусь на постели и тру лицо. Пиздец, Кев. Вот только этого не хватало. Я всю жизнь прекрасно жил холодным разумом, не позволяя женщине встать на своём пути и запудрить мозг своим женским обаянием. На каждую их выходу у меня был заготовлен щит, поэтому если я и был влюблён когда-то, то это было очень давно. Настолько, что я даже с ходу и не вспомню. А сейчас я чувствую, как в душе творится полный раздрай.

Мало того, что весь вечер пришлось терпеть фальшивые улыбки Элизы, висящей на моей руке и представляющей всем окружающим меня, как своего молодого человека, так потом еще и этот спектакль с Элизабет в главной роли. Нравится он ей. Если нравится, то на кой хрен вчера лезла целовать меня, маленькая обольстительница?

Нет, никакая она не обольстительница. В Эль нет ни капли фальши и именно это бесит еще больше. Так я хотя бы мог спокойно трахнуть ее, забив на то, что в скором времени мы породнимся, а из-за того, что девчонка такая искренняя у меня мозги набекрень сдвигаются.

Резко встаю с постели и выхожу из спальни. Дом наконец провалился в тишину.

Истеричка Дженни выла еще примерно пол часа, пока мать отмывала ее волосы. Люси хорошо постаралась. Даже переборщила я бы сказал, но не мне ее осуждать. Девчонка честно зарабатывала свои пятьдесят баксов. Благодаря ее усилиям я смог увидеть, что в действительности представляет из себя свободная сестра малышки. А точнее чего она не представляет. Полное ничто. Шуршащая обёртка. Да и мать ее не лучше. Правда эта змея умнее в разы. На вечере ни один из присутствующих не смог отозваться о ней плохо. Так, словно они все сговорились. Хотя было видно, что Элиза действительно владеет языком и натаскана в бизнесе. Она легко вела беседы на коммерческие темы и так же непринуждённо болтала о моде с жёнами бизнесменов. Эдакая идеальная невеста, только мне все равно что-то подсказывало, что все это фальшь.

То, как она общается с Эль, как будто она пустое место, выводило из себя. Это же надо чуть не отправила девчонку мыть кухню среди ночи. Рехнуться можно.

Прохожу мимо спальни Элизабет и невольно притормаживаю. Зачем и сам не понимаю, поэтому ускоряю шаг и иду вниз. Только спустившись понимаю, что свет на кухне горит. Интересно это кому не спится в два часа ночи?

Заглядываю в арку и застываю, чувствуя как вся кровь от мозга отхлынула в пах. На полу спиной ко мне сидит Эль в одних коротких атласные шортах бледно розового цвета и таком же топе. Малышка наклоняется, и край топа задирается, открывая моему взгляду две аппетитные ямочки на пояснице. Большие пальцы зажгло от желания провести по ним, погладить, потом пробежаться по позвоночнику и спуститься снова вниз, чтобы сдвинуть резинку шорт и обхватить ладонями ягодицы.

Во рту тут же стало сухо, а язык прилип к небу. Хорошо хоть не в боксерках сюда спустился, хотя и спортивное трико не сильно прячет подскочивший член.

Я как сквозь призму желания наблюдаю за тем, как Элизабет протирает тряпкой пол, вынимает ее, а потом поднимается, чтобы вымыть руки под краном. Поворачивает голову и наконец замечает меня.

— Мистер, Митчелл, почему вы не спите?

Зря она повернулась передом. Теперь я отчётливо вижу маленький пупок и два торчащих соска из-под тонкой материи. Она такая воздушная и лёгкая. Улыбается одними кончиками губ, а я себя убить готов за то, что хочу стащить с нее эти короткие шорты и разложить прямо на обеденном столе.

— Не спится, — сам пугаюсь своего хриплого голоса, — ты полы мыла?

Эль кивает головой и от меня не скрывается, как ее взгляд исследует мое тело. Она очень старается не смотреть на мой живот и грудь, но не получается. Не зря в тренажёрном зале провожу три раза в неделю. Один ее взгляд стоит годового абонемента.

— Да. Подумала, что до завтра молоко здесь завоняется.

— И часто ты выполняешь то, что должна делать прислуга? — продолжаю свой путь глазами по стройным длинным ногам и опускаюсь к босым ступням.

— Я привыкла, не переживайте.

— Вот именно это мне и не нравится. Ты не должна привыкать у подобному.

— Так уж сложилось, — без тени улыбки тихо отвечает Эль.

Мне кажется, или ее соски стали еще острее?

— Может вы хотите воды, или сока? Давайте я налью вам.

Элизабет дёргается в сторону холодильника, а я отчётливо понимаю, что она так пытается чем-то себя занять, чтобы просто не выдавать себя тем, что смотрит на меня. Ей неловко, а мне нет. Перехватываю ее за запястье и прижимаю собой к барной стойке.