Чтение онлайн

– Он нам чужд по культуре, его мир отсталый и жестокий. И я полагаю, войдя в нашу семью, Олег Рыбаченко может оказаться пасынком - слабым звеном. Не лучше ли его отправить домой.

При этих словах ребенка передернуло, он тут же представил себе какие жуткие пытки и истязания его ждут с неизбежной расправой.

Мальчишка, по-видимому, местный академик рационально возразил.

– А где найдем его вселенную? Мы не знаем ее параметров, может, придется тыкаться туда-сюда, рискуя залететь в черную дыру или гиперплазменное мироздание с температурой в квинтильоны градусов.

Девчонка нахмурилась и проскулила:

– А суперквантовый разведчик - "Шапиро"?

Академик уже более эмоционально ответил:

– Иных вселенных многие триллионы, а точного числа не знает никто, а каждая переброска это колоссальные затраты энергии. Ты сама учила мультифизику.

Девочка-анион агрессивно заметила:

– Разумеется, учила. Но, переместившись из отсталой планеты, Олег Рыбаченко станет тормозом нашего содружества и братства.

Вечный мальчик-академик не успокаивался:

– Еще чего жизнь в условиях трудного мира закаляет, делает мудрее. И хотя по возрасту это мальчик он прекрасно уживется в нашем коллективе. Наоборот это так интересно жить рядом с представителем другой расы, кроме того, разум его мобилен, мы научим мальчишку нашим премудростям.

Девчонка недоверчиво проскулила:

– А если он не захочет учиться?!

Академик-пацан выпустив молнию, уверенно ответил:

– Такого еще ни разу не было, да и процесс получения новый знаний не обременителен. Надеваешь шлем, и они сами заполняют голову. Не говоря о том, что большинство анионов ими не пользуется.

Олег Рыбаченко встрял в разговор. Мальчик умоляюще проворковал:

– Если надо я буду прилежно учиться. Ведь - знания это жизнь, как воздух для легких.

– Мы тебе верим.
– Дружно скандировало большая часть присутствующих.

Девочка-скептик не желала успокаиваться:

– А разве ты сам не хочешь, чтобы тебя отправили обратно в твою вселенную на родную планету?

Мальчишка-попаданец взмолился:

– В своем мире я лишь несчастный зек. Что так меня ждет, смертная казнь или концлагерь. А здесь я могу жить в привычном мире со своими сверстниками.

Девчонка хихикнула и тоже испустила искры с волос:

– И жить практически вечно. А что ты натворил у себя, что тебя приговорили к смертной казни?

В голосе аниона женского пола умудренного не одним тысячелетием жизненного опыта звучал скепсис и подозрения.

Олег Рыбаченко вздохнул, на него нахлынули воспоминания, из детских глаз полились слезинки:

– Ничего один мой сверстник, хулиган и ябеда заслужено получил от меня по зубам. После чего настрочил донос, будто я покушался на Нерона ибн Тоталитарного, хотел убить императора императоров.

Теперь и в голосе недоверчиво настроенной девочки появилось сочувствие:

– А это такой ваш старший брат?

– Нет - Так называемый отец нации! Я раньше любил его думал что все чем мы обладаем получили благодаря ему. Но это заблуждение, посидев тюрьме, и увидев, как издеваются над невинными детьми, я понял, что Нерон чудовище - страшный деспот.

Анионы удивленным хором воскликнули:

– Над вами издевались?

Мальчишка, с трудом сдерживая рыдания, просипел:

– Да мучили, пытали, заставляли непосильно трудиться. Кроме того, арестовали моих родителей, их также истязали и сейчас, наверное, казнили.

Помимо воли слезы полились в три ручья, стекая по похудевшим щекам ребенка.

Старший брат обратился к нему.

– Не плачь. Так ревут только старики и старухи. А ты на вид полнозрелый парень и должен держать лучик.

Олег Рыбаченко неожиданно от радостной и забавной мысли, встряхнулся:

– У вас могущественная цивилизация и возможно вы сумеете воскресить моих родителей?

Анион с сожалением мотнул головой.

– Наукой доказано что после смерти души идут в другие вселенные для того чтобы продолжать жить в новых телах. Но поскольку количество вселенных бесконечно, а планет имеющихся в них почти невозможно сосчитать вероятность встречи с первоначальным индивидом - крайне мала.
– Видя расстроенный взгляд ребенка, глава анионов поспешил добавить.
– То есть смерть это не конец, бытие продолжается, но все вокруг тебя настолько меняется, что это подобно второму рождению. Утешься тем, что твои предки продолжают наслаждаться существованием и вполне может статься счастливее, чем в мире диктатора. Но вероятность найти их ничтожна - мизерна.

Олег Рыбаченко вытер щиплющие щечки слезы и простонал от отчаяния:

– Это конечно утешение, но очень слабое. Хотя у вас я уже взрослый и мне ни к чему плакать. Как звать тебя "мудрейший".
– В последнем слове свозила ирония.

Глава анионов воспроизвел восьмерку в воздухе и в пафосном стиле изрек:

– Меня зовут Волна Разума, но не стоит называть меня мудрейшим другие анионы тоже очень умные, а дураков и дебилов у нас нет по определению и, не может быть.