Чтение онлайн

– Вы вернетесь. Я все улажу.

– А если с этим человеком произойдет несчастный случай и он погибнет?

– А вот это ни к чему. Его идентифицируют, и проделка не сойдет нам с рук.

Сару явно огорчила подобная перспектива – так явно, что мне стало не по себе и от ее реакции, и от намечаемой сделки. Я с неприязнью смотрел на этих людей и с отвращением думал об их затее. Но желание добраться до корабля и рвануть на нем в космос не пропало, а наоборот – стало непреодолимым. Земля уже стремительно утрачивала свою прелесть. На ней теперь можно было лишь гостить, но никак не жить. Я задыхался здесь и почти умирал. Насквозь пропитанный космосом, я не мог находиться вне его. Усыпанное звездами одиночество, тишина, возможность отправиться куда угодно в любой момент – все это было там. И что-то еще, невыразимое…

– Подумайте о вознаграждении, – наседала Сара Фостер, – а затем удвойте свою сумму. Заранее согласна.

– Но почему?! – изумился я. – Неужели деньги ничего для вас не значат?

– Значат. Но у меня выработалась привычка платить за то, что я хотела бы получить. В данном случае мне нужны вы, капитан Росс. Как человек, никогда не следовавший безопасными маршрутами – с разметкой и указателями, и потому всегда опережавший других. Вы как никто подходите нам, капитан.

В дверях показался робот:

– Можно ли подавать обед, мисс Фостер?

Она смотрела на меня с вызовом.

– Надо подумать… – сказал я.

Подумать мне действительно следовало. Только чуть подольше. Чтобы не лететь куда попало. И не стоять теперь посреди этой пустыни, залитой лунным светом…

Смит по-прежнему ползал на четвереньках и хныкал. Его белые глаза светились, как у кота. К нему торопливо, путаясь в сутане, ковылял Тук.

Что же притягивает этих двоих друг к другу? Гомосексуализм отпадает: в походной тесноте он давно обнаружил бы себя. Вероятно, какая-то иная связь… Смит, конечно, признателен за то, что его опекают. Тук, возможно, рассматривает приятеля, а вернее, голос в его голове, как своего рода ценную бумагу… И все же они связаны чем-то более прочным. Может быть, двух беспомощных недотеп сблизили их слабости, вызвавшие взаимное сострадание и понимание?..

Было светло, как днем. Кроме луны на небосводе светилось бесчисленное множество звезд, крупных и необычайно ярких. Казалось, их можно сорвать, как яблоки с дерева, лишь протянув руку…

Сара уже поднялась и стояла теперь с ружьем наизготовку.

– Я удержала его дулом вверх! – гордо сообщила она.

– Я горжусь вами, – сказал я.

– Ружье в таких случаях нужно держать дулом вверх, чтобы не засорилось. Это первое правило. Если б я не последовала ему – ствол был бы полон песка.

Джордж все еще стонал, но его междометия уже переросли в слова.

– Что происходит, Тук?.. – надрывисто выкрикивал он. – Где мы?.. Что случилось с моим другом?.. Он исчез!.. Я не слышу его голоса!..

– Ради всего святого! – заорал я на Тука. – Поднимите его, отряхните, утрите ему нос и объясните, что тут происходит!

– Я не смогу объяснить, – пробурчал Тук. – Пока кто-нибудь не объяснит этого мне.

– Тогда слушайте… – сказал я. – Нас обвели вокруг пальца, мой друг! Как котят!

– Они вернутся! – истошно закричал Джордж. – Они вернутся за нами! Они не оставят нас здесь!

– Конечно! – Тук поднял его на ноги и отряхнул. – Они непременно вернутся! Как только взойдет солнце.

– А оно уже всходит, да?

– Нет. Сейчас на небе только луна и звезды…

Так здорово влипнуть! – подумал я. Угодить неизвестно во что, причем в компании двух чокнутых и рыжей Дианы, только и знающей, что держать дуло кверху!..

Я огляделся. Вокруг нас к небу тянулись величественные барханы. А в небе, кроме луны со звездами, не было ничего. Ни даже крохотного облачка. Как не было ни деревьев, ни кустов, ни живой былинки – внизу. Песок, песок, песок… Легкая прохлада должна была исчезнуть с первыми лучами солнца. Нас, скорее всего, ожидал долгий и жаркий день. У нас ни капли воды…

Борозды от наших тел шли по склону вниз. Нас, получалось, сбросили прямо над соседним барханом. Я быстро взобрался на него и прикладом начертил на песке глубокую линию, а также несколько идущих от нее стрелок.

Сара, внимательно следившая за моими действиями, спросила:

– Вы полагаете, что можно будет вернуться назад?

– Держать пари не рискнул бы, – сухо ответил я.

– Там был проем, вроде дверного. Он исчез, как только мы сквозь него пролетели.

– Пролетели мы уже тогда, когда сели на эту планету! С той самой минуты с нами выкидывают фокусы! И не спрашивают – хотим мы этого или не очень!

– Так или иначе, – сказала она, – но теперь нужно как-то выбраться отсюда…

– Если вы присмотрите за этими клоунами, чтоб они ничего не натворили, – я немного пройдусь…

Она хмуро посмотрела на меня:

– Вы что-то задумали, капитан? У вас уже есть конкретный план?

– Нет… Просто не мешает ознакомиться с местностью. Было бы также неплохо обнаружить воду. Днем без нее придется туго.

– А если заблудитесь?

– Я вернусь по своим же следам. Если только не поднимется ветер и их не занесет… В таком случае я выстрелю вверх, чтобы вы видели луч, – и приду на звук вашего ответного выстрела.

– Вы не думаете, капитан, что эти лошадки вернутся за нами?

– А вы – думаете?

– Кажется, нет… – тихо сказала она. – И все же мне непонятно… Мне непонятно, для чего это сделано! Наши вещи не могут представлять для них особой ценности!

– Они просто избавились от нас.

– Но ведь был наводящий луч! Если бы не луч, то…

– Не исключено, что все дело в корабле. Что их интересовал только он. Ведь там, на поле, до черта кораблей, заманенных, скорей всего, тем же манером!

– А люди? Они тоже здесь? Или на других планетах?

– Не знаю… Пока что нам следует поискать местечко поприятней, чем эта песочница. И если таковое существует – немедленно туда перебраться. У нас нет ни пищи, ни воды.

Поправив на плече ружейный ремень, я двинулся по бархану вверх.

– Что я могла бы сделать? – крикнула Сара вслед.

– Следите, чтобы эти двое не затоптали мою черту. И чтоб ее не засыпало.

– Вы придаете ей такое значение?

– Ориентир какой-никакой…

– Сомнительный ориентир, – сказала она. – Нас, по-моему, зашвырнули сюда через некую пространственно-временную дыру, весьма условную. И вряд ли существенно – где мы шлепнулись…

– Да, но это единственное, за что мы можем ухватиться.

Увязая ногами в песке, то и дело съезжая по склону, я наконец добрался до гребня и, отдышавшись, посмотрел вниз. Все трое стояли, задрав головы… И тут, к собственному великому удивлению, я почувствовал нежность к этой троице! К беспомощному, тихо помешанному Смиту, к липовому монаху Туку, к Саре, черт бы ее побрал вместе с ниспадающими локонами и допотопной пищалью! При всех своих нелепостях, они были сейчас просто человеческими существами, которые надеялись, что я смогу вытащить их отсюда. Они видели во мне человека бывалого, избороздившего космос вдоль и поперек, способного выпутаться из любых передряг. Они полагали, что с таким мудрым капитаном не пропадешь ни в жизнь… Бедные доверчивые дурачки! Я сам ни черта не понимал в происходившем! У меня не было никакого плана действий! Я был озадачен и пришиблен ничуть не меньше, чем они! Только не обнаруживал этого, продолжая вести себя так, словно имел в запасе какой-то безотказный трюк…