Чтение онлайн

Матрос медленно, даже как-то торжественно воздел вверх руку с ракетницей. Раздался хлопок, второй, третий… Три красные ракеты взлетели с крепостной стены и, оставляя дымные хвосты, зависли над наступающей армией.

В следующий миг движение копейщиков будто смялось, сбилось с ритма. Эти люди никогда не видели залитой огнями Пятой авеню в рождественский вечер, не видели, как полыхают фейерверки в ночь после Дня Независимости, даже обычная электрическая лампочка, наверное, показалась бы им чудом… И вот тысячи голов как по команде вздернулись вверх, тысячи ртов раскрылись, тысячи глаз завороженно наблюдали, как расцветают в закатном небе огненные цветы, а затем с убийственной неторопливостью осыпаются, осыпаются им на головы.

Кто-то с размаху упал на колени, кто-то застыл на месте, однако лошади — твари, не наделенные разумом и фантазией, — продолжали по инерции двигаться вперед, давя копытами упавших, подгоняя отстающих и толкая в спины остановившихся. И тут же заорали командиры — тоже твари, только разумные, для которых нарушение строя было страшнее любых небесных явлений и знамений. Человеческая масса, на мгновение запнувшись, дернулась раз, другой… и с криками и руганью снова пошла на крепость.

«Неужели конница нужна для того, чтобы не дать отступить пехоте?» — отстраненно подумал Маккойн. Он не был силен в средневековой военной стратегии. Но сейчас подобные тонкости не имели никакого значения. Он снова поднес ко рту рацию.

— Санчес, как меня слышишь?

— Слышу отлично, капитан! — ответил сержант, устроившийся на башне с крупнокалиберной снайперской винтовкой на сошках.

— Ставлю задачу: холм на юго-западе, дистанция тысяча четыреста метров, ориентир — два штандарта с крестами и третий чуть поодаль, там медведь какой-то намалеван, под ними шатер — видишь?

— Вижу, — после небольшой паузы отозвался Санчес.

— Скорее всего, командование ведется оттуда. Снимай там всех подряд!

— Задачу понял!

После этого Мако снова включил рацию на передачу.

— Салливан, Андерс! Вашим группам — товьсь!

На левом фланге Андерс, Миллер, Прикквистер, Фолз, Лягушонок и Крейч уже надели на свои карабины 40-миллиметровые «подствольники» и сейчас зарядили их осколочными гранатами. То же самое проделало отделение Салливана, рассредоточенное на противоположном конце стены.

Между тем лучники, идущие вслед за копейщиками и конницей синхронно наложили стрелы на тысячи тетив и подняли луки…

Прикквистер этого не видел, ибо в бою только командиры могут иметь представление о полной картине происходящего, потому они и командиры, простой солдат видит только свой участок ответственности. Уложив карабин на выемку в зубце стены, Прикквистер что есть сил вцепился в ложе и заглянул в окуляр оптического прицела. Это был его первый бой, раньше ни разу ему не приходилось целиться в живых людей.

Четырехкратное увеличение придвинуло заросшие щетиной и грязью лица пехотинцев-копейщиков, он увидел выпученные в лихорадке атаки глаза и открытые рты. Вот коренастый мужик, похожий на неандертальца, у него волосы растут почти от самых бровей — все поглядывает наверх с опаской, бормочет что-то, не переставая. Отвратная рожа. И рядом ему под стать — жирный, аж лоснится весь, рот искривлен в злобной гримасе. Дружки-товарищи, наверное… А вот рыжеволосый пацан, лет семнадцати-восемнадцати, не больше, под носом сопля повисла — от возбуждения, наверное, — а все лицо в молочно-розовых пятнах от солнечных ожогов. Не привык, видно, к южному солнцу. Откуда тебя занесло сюда, дурачок, с каких далеких берегов?..

Боже, подумалось вдруг Прикквистеру, а ведь здесь могут быть какие-нибудь наши предки. Мои предки. Вон тот, с соплей, хотя бы — что ж, положа руку на сердце, такой замухрон вполне может оказаться каким-нибудь моим прапрапрадедом, разве нет?..

— Гранатометы — огонь! — услышал он команду Андерса.

Прикквистер встрепенулся, громко выругался, сам не зная почему, и с силой надавил на спуск. Все мысли исчезли. Карабин подбросило вверх, «подствольник» выплюнул грязно-белую дымную струю, которая прочертила длинную дугу, похожую на загнутый коготь… Справа и слева нарисовались другие такие же дуги-когти — словно огромная когтистая лапища ударила в самую гущу наступающей армии. Почти одновременно рванули гранаты, огнем расшвыривая вражеских солдат в стороны. С визгом полетели осколки, отмечая свой путь взбрыкивающими, словно в экстазе, телами, оторванными конечностями и кровавыми ошметками человеческой плоти.

Прикквистер даже не понял, куда именно попала его граната. Он снова глянул в прицел, в надежде увидеть того, рыжеволосого, улепетывающего со всех ног… и тут же на затылок обрушился хлесткий удар, каска съехала вперед, на глаза, грохнула об затвор. Он не успел обернуться, как над ухом раздался рев Андерса, всегда такого спокойного и сдержанного:

— Стреляй, мать твою! Что мух ловишь!!

Прик дрожащими руками поправил каску и перезарядил гранатомет. В гуще нападающих опять вспыхивали разрывы — только что прогремел второй залп. Волна наступающих, разрезанная гранатами, будто разбилась о волнорез. Копейщики метались, вопили и стенали, но сзади на них напирали конные, им, похоже, было все нипочем, а за ними шагали лучники, которые, словно волки к овчарне, стремились к своей стоярдовой линии, натягивая луки и целясь, а потому плохо понимали, что происходит впереди. И гремело железо, и продолжали реветь адские трубы и волынки, заглушая крики раненых и умирающих…

Андерс пригнулся, прижимая к уху рацию и прикрывая ладонью свободное ухо, крикнул в трубку:

— Что? Не слышу!

Потом резко выпрямился, будто получив ногой под зад, и заорал во всю глотку:

— Сместить огонь назад, за конников!! По навесной траектории!!

Фолз и Лягушонок спокойно перезарядили свои гранатометы, задрали стволы. Фолз прищурился и неторопливо жевал жвачку. На недотепу Крейча боевая обстановка подействовала как-то неожиданно, словно оживила эту неповоротливую груду мяса — Крейч действовал быстро и четко, ни разу не переспросил и не растерялся. Прик достал из подсумка гранату, стал толкать ее в ствол. Лишь после второй неудачной попытки понял, что гранатомет уже заряжен. Тьфу ты! Он с грохотом уложил оружие в выемку, в последний момент вспомнил о смещении огня и опустил приклад.

На сей раз он отчетливо, во всех подробностях увидел, как его заряд вбился в землю перед первыми рядами уже изготовившихся к стрельбе лучников, под самыми их ногами. Граната упала, подняв фонтанчик песка, притянув к себе удивленные взгляды, и какие-то доли секунды словно раздумывала, что ей делать дальше. Потом превратилась в сгусток света и дыма. Звук взрыва Прикквистер не услышал. Только яркая вспышка. Добрый десяток человек взрывной волной расшвыряло по спирали, словно траву под лезвием газонокосилки. И тут же четко и ясно нарисовался очаг осколочного поражения, представляющий собой почти правильную окружность, внутри которой сильные, хищные, исходящие агрессией мужчины вдруг обратились по-детски беспомощными, жалкими полутрупами, взывающими о помощи или смерти.

Не успел он даже определить свое отношение к этой неожиданной метаморфозе, как мир перед глазами вдруг затянуло темной пеленой. Прикквистер подумал, что ранен и теряет сознание, а потом опять стало светло, и вокруг все густо засвистело, застучало, как в плотницкой. Это лучники дали такой залп, что затмили солнце.

«Во, гады!» — то ли испугался, то ли удивился Прикквистер.

В доску, рядом с правой ладонью, вонзилась стрела и какое-то время дрожала, словно в бессильной ярости. Потом что-то ударило по спине, он обернулся и краем глаза увидел яркое оперение, торчащее из рюкзака. Сунул руку за спину, выдернул стрелу, отшвырнул прочь. Кто-то вскрикнул — кажется, Миллер…

— Огонь! Огонь! — орал Андерс.

Прикквистер стрелял. Поворачивал к себе раскаленный, пахнущий гарью казенник, вталкивал очередную гранату и опять нажимал спуск. Человеческое месиво внизу кипело, визжало, хрипело в предсмертных муках. Вобрав в себя огонь и металл, который обрушивался на него сверху, оно в ужасе пятилось прочь, но, уступая напору сзади, повинуясь воле тех, кто еще не знал, с чем имеет дело, не почувствовал на себе страшные когти Железного Змея, оно снова подкатывало к стенам крепости. И снова летели стрелы.