Отдалённый участок
Шрифт:
– А на то я и Ядро… Истощусь, – перейду, к примеру, в Шестнадцатые. …Хотя, конечно, я выдал лишь версию…
Снова далёкий от дома космос. Странно, тогда, в первый раз, он буквально рвался на участок, а сейчас Пятнадцатый явно сожалел, что понежиться в своей уютной ячейке ему довелось совсем не долго. Впрочем, лететь не одному – это уже дискомфорт, а рядом с ним, подпитанные тонкой энергией Седьмые. Многозначительно выглядят… Надеются Тёмного где-нибудь подметить… Всё бы это ничего, да вот, если Тёмный вдруг явит себя перед ними, не выдаст ли он своё родство с Пятнадцатым…
– Что-то, ты, Пятнадцатый, какой-то не такой. Не отдохнул как надо, или же что беспокоит?
– …И не отдохнул. А что, встреча с непонятым беспокоить не должна?
– Всё будет в порядке. Даже если его найдём.
– Мне бы вашу самоуверенность.
Поняв, что вежливых импульсов от Пятнадцатого не дождаться, Седьмые вновь обратились к окрестному космосу. Ничего чужого, вроде бы. О! Что-то движется! Корабль! Не плохо, молодцы… Значит, у местной цивилизации дела на соседних звёздах появились! Только вот источник энергии на корабле опасный, но может там всё продумано?
– Не подсказать им, насчет топлива-то? – Пятнадцатый участливо вытянулся к звездолёту.
– Вряд ли это стоит. Во-первых, мы не знаем – кто они, и может для них это безопасно; во-вторых, в этой галактике Ядро не рекомендует кого-либо учить, иначе – гости отсюда и к нам смогут пожаловать.
– …М-да. Уж, лучше пусть – мы к ним…
Точно, что с корабля их даже не заметили, и стройная блестящая стрела гордо удалилась своим курсом. Что ж, не пострадай от своего топлива…
А напоследок эта обжитая галактика подарила им ещё одно событие. Впереди сами собой появились несколько звёздочек и, также непонятным образом, поплыли навстречу! Седьмые переключились на это диво, но их настороженность быстро сменилась удивлением. Мимо них проплывали пять плазменных комочков! Мини-звёзды?! Но нет же, там разум! Обращение к себе нельзя не почувствовать! Такая форма жизни в Центре, кажется, ещё не известна. Пять мохнатеньких сгустков кротко остановились возле трёх пылевидных спиралей, которые, застыв, изучали их, стараясь не спугнуть неосторожным движением. Но контакта не получалось: да, друг друга чувствуем, но чтобы найти общение – нужно время… В недрах какой же звезды вы зародились, малютки? Впрочем, состав ваш уже знаем, значит и колыбель вашу потом найдём. Как же вы умудряетесь, при такой ничтожной массе, оставаться по всем параметрам плазмой? Тут стоит обменяться информацией! Ну, ждите в гости. Вы-то, уж точно, долгожители – значит, дождётесь. Но у нас дела, спасибо за встречу! …Пять точек-звёздочек были всё также мягко обращены вослед посланцам центра, но те уже, растянувшись, покидали эту галактику.
– Что-то нет нигде твоего Тёмного… Может, он уже отправился восвояси?
– А я, Седьмой, здесь его и не ждал.
– Так вон, впереди, твой диск.
– Почему мой? А ваши участки?
– Мы от этой расплющенной галактики отказались.
– Молодцы! Одного меня оставили…
В самой галактике их, всех троих, уже просто захлестнуло беспокойство. Возможность встречи с неведомым порождало неуверенность, а неуверенность, незнание своих сил – это уже прямая дорога к давно позабытому страху. Ни о каких поисках Тёмного речи не шло, поскольку галактическое пространство они пронзили на максимальной скорости и перевели дух только возле самого Солнца.
– Ну… Где же Тёмный?.. Да не цепляйся ты! Убери свой шлейф!
– Я не цепляюсь. Это ты, что-то, слишком рассеялся. Прячешься, что ли?
– Я… Я тонкую энергию берегу! А вот ты за мной укрыться хочешь!
– С чего бы это? Я на своём участке!
Но время шло, а ничего странного не происходило. Постепенно они вновь вошли в гармонию и извинились друг перед другом за неестественное поведение. Пятнадцатый замерил скорость вращения планеты вокруг Солнца. Получалось, что за время его отсутствия планета совершила около пяти тысяч своих витков. Много ли это для двуногих? Сейчас узнаем. Пока мы здесь – наши координаты совпадают, но всё равно: разве за такой период можно ли преуспеть в развитии?
Пятнадцатый по-прежнему опасался, что Тёмный, появившись, выдаст его, особенно во время визита на планету, поэтому он решил подниматься к Седьмым почаще.
– Узнай хоть, как эти двуногие себя величают, – почувствовал он импульс вслед. – А то твои хвостатые питомцы тоже были двуногими!
Пятнадцатый пролетел над материком и увидел каменные нагромождения. Это жилища?! Совсем невдалеке сияли две тонкие нескончаемые железные нити, а по ним двигалось дымящее чудо! Что же здесь произошло?.. За такое-то время! Версия о причастности Тёмного к двуногим перерастала в уверенность. Естественным путем у нас так быстро не развиваются! Да, надо заняться вами основательно… А сколько суеты! А что за искусственные шкуры на вас?
Переполненный недоумением и вопросами Пятнадцатый скользнул в дом, где было особенно много двуногих, откуда лился свет огня, и где атмосфера была заполнена множеством производных молекул.
Эге… Тут не голодают. А сколько всего придумали, лишь только чтобы удобнее есть было… В кого бы заскочить? А! Какая разница…
– Джордж! – собеседник напротив теперь смотрел Пятнадцатому в глаза. – Ну, зачем тебе моя корова? Мало своих?!
– Опять ты за старое! – мозг рядом прямо-таки зашевелился. – Ты подумай сам, куда я её смог бы так спрятать!
– Ладно… Давай ещё по одной. – Сосед по столику взялся за бутыль, но затем повернулся к двуногому, возвышавшемуся над всеми в самой гуще выдыхаемого дыма. – Цыплёнка на наш столик! Только, без корицы!
Прибежал детёныш и поставил перед хищниками требуемое угощение, а мимо Пятнадцатого понеслись молекулы из бутыли, которые заставили его сжаться. Да… Пять тысяч витков назад самочка не то пила; тогда всё было легче…
– За что я тебя уважаю, Джордж, – сосед напротив вновь смотрел в самые глаза. – За то, что ты – Джордж, так же, как и я… Мы, Джорджи, – не животные, которых можно легко взять и зажарить.
И он повертел в руках горячего цыплёнка. …Вот оно что! Хоть мозг ваш и не свеж, информацию вы сами выдаёте! Только это надо проверить. Пятнадцатый без сожаления покинул этого субъекта и полетел к тому, возвышавшемуся, чьей волею раздавались здесь еда и бутыли. Прямо напротив того полулежало существо, испускавшее особо обильные клубы дыма. Набравшись мужества, Пятнадцатый заскочил в дымящего, чтобы самому задать только один вопрос. Ой-ой! Эти глаза видели стоящего с трудом…
– Джорджи здесь всегда едят и пьют?
Пятнадцатый ждал ответа, но возвышавшийся лишь покосился, равнодушно взбалтывая что-то в вычурной ёмкости.
– Здесь все Джорджи? – недоумевая, Пятнадцатый немного сник.
Но ответ, наконец, всё же последовал:
– Сможешь привести сюда всех Джорджей, – я тебя утоплю в бесплатном виски. Вот только Джорджи те пусть будут с деньгами!
– С чем? С деньгами? А это что?
– А это то, чего у тебя уже не осталось! Иди-ка, проветрись.
И, прежде чем Пятнадцатый успел отсоединиться от мозга, чьи-то руки подхватили тело и вместе с ним вытолкали его на улицу.
Выбраться удалось не сразу. Его субъект прямо за дверью рухнул и тут же издал могучий храп. Однако, как быстро они засыпают… Покрутившись на месте, Пятнадцатый заметил, как двуногие-джорджи эксплуатируют животных. По дороге, выложенной камнем, лошадь везла сразу четверых! Те, весьма довольные собою, сидели в приспособлении на четырёх же гладких окружностях. По одному кругу на каждого? Или это просто совпадение? …Только, как эти круги напоминают саму галактику! И это тоже совпадение?!
Пятнадцатому хотелось побыстрее наверх, но полученная информация всё же требовала уточнения. И он метнулся туда, куда вели, подмеченные ранее, тонкие железные нити. Влетев в вокзал, он, не раздумывая, заскочил в одиноко сидящую самочку. О, тут прекрасно! И мозговых импульсов не много, и дурманных молекул почти нет. Теперь, у кого бы спросить-то?