Чтение онлайн

В тот день я проснулась лишь к полудню. Меня никто не беспокоил. Только накрыли легким покрывалом. Когда я проснулась, то день был в самом разгаре. Солнце припекало. Но я не чувствовала жара. Тело отзывалось болью. У меня болело между ног, болела задница. Вчера я вела себя совсем неправильно. Неподобающе. Но совесть больше не мучила. Я лежала и думала, что для меня это не так уж все прошло болезненно. И пришли мысли, что скоро все закончится. Мне придется вернуться домой к родителям. Как-то придется посмотреть им в глаза. Но при этом я не уверена, что почувствовала бы вину за свое поведение.

Тогда во мне что-то изменилось. Жизнь разделилась на до и после. И в этом после не было девчонки, которая бы смущалась тому, что я делала и как жила. А ведь это все могло стать образом жизни. Такое поведение могло плотно войти в мою жизнь.

— Выспалась?

— Голова стала яснее, — ответила я. Володя сидел на соседнем лежаке. Выглядел он лучше, чем утром. — Ты тоже спал?

— Надо было восстановить силы, — ответил Володя. — Чего улыбаешься?

— У тебя вид такой помятый. Щетина на щеках. Выглядит мило.

— Мило? — он скривил лицо, что вызвало у меня улыбку. — Небритый мужик с перепоя вызывает у тебя милоту? Странные у тебя понятия о прекрасном.

— Кирилл с Томой?

— Он ее пошел провожать, но похоже еще вернет. Она тебе не нравится?

— Мне как-то все равно. У нас с вами не такие отношения, чтобы друг другу претензии предъявлять.

— Скандалить не будешь, если мы с ней вечером тесно пообщаемся?

— Нет. Мне все равно. Я же сказала. Могу и к себе уйти.

— Зачем? Дом большой. Места на всех хватит, — ответила я. Он посмотрел на меня, но ничего не ответил.

Пока мы готовили обед, вернулся Кирилл с новой порцией алкоголя, переодетой Томой и шашлыком, который планировали приготовить на мангале. Володя включил музыку. Тома рассказала, что работает косметологом. Жаловалась на парня, с которым она встречалась, но при этом она не была готова к близким с ним отношениям. Как я поняла, Тома была из тех женщин, которые не спят с мужчинами до свадьбы. Хотя я бы по ней так не сказала. Впечатление она производила как легкодоступная женщина.

— Потанцуем? — предложил мне Володя. Я согласилась. — Руки положи мне на плечи. Чего смеешься?

— Странно это, — ответила я.

— Так ты сама же хотела научиться танцевать. Вот и давай учиться.

Мы медленно топтались на месте. Он был близко. Я чувствовала запах одеколон смешанный с запахом пота. Дымок от мангала смешивался с запахом мяса. Все было таким необычным, что опять стало напоминать фильм.

— Что-то я не вижу ничего интересного в танцах, — сказала я. — Мы же просто топчимся на месте.

— Так и есть. Чтобы красиво танцевать, надо много учиться. И учиться долго. Упорно. А без учебы мы можем разве только на месте топтаться.

— В последнее время я себя глупо чувствую. Ожидания не оправдываются. Сказка становиться грубой, — ответила я.

— Мир и есть: грубый и жестокий. Мы его стараемся украсить в книгах и фильмах, но на деле он всегда остается таким, какой есть, — Володя крутанул меня вокруг себя вновь прижал к себе.

— К этому сложно привыкнуть, — ответила я.

— Ты открытая и добрая. Немного наивная. Но это все временно. Скоро станешь такой же жестокой и циничной, как и Тома.

— А мне кажется она довольно милая.

— Еще та пиранья, — хмыкнул Володя, опрокидывая меня к себе на руку.

— Красивое небо.

— Ты на небо любуешься, а не на меня? Я глубоко обижен, — сказал он, ставя меня на оги.

— Но оно правда красивое. Пойдем отсюда.

— Куда?

— Хоть в траву завалимся. Пойдем.

Я взяла его за руку. Повела в сторону выхода с террасы. Не знаю чего я хотела. Может свободы и легкости? Может, чтобы Володя перестал быть таким напряженным?

Мы подошли к воде. Остановились около нее. Я села на траву. Затем легла. Володя наблюдал за мной, явно не торопясь присоединяться.

— Давай. Вот тут точно как в фильме.

— Валяться в траве и смотреть в облака?

— Да. Попробуй.

Он сел рядом со мной. Потом лег.

— Правда, красиво?

— Красиво, — ответил Володя. — Ты в детстве смотрела на облака?

— Нет. Все было как-то не до них. А ты?

— Вот по той же причине. Я жил в городе. Много учился. Спорт. Все такое.

— И никаких заброшенных домов, крыш и облаков? — спросила я.

— Ты слишком много смотришь фильмов.

— Может быть. Мне всегда казалось, что я чего-то упускаю. Учеба, братик, потом сестренка. До рождения братика мама все со мной бегала. Пыталась уберечь от плохой компании. Мы с ней ходили на фитнес, в бассейн, на маникюр и за покупками.

— Как две подружки.

— Только у нас не было безумств. Самое дикое, что мы с ней делали — это на юге катались на банане. Вот это было диким. А так подруга была строгой.

— Это не нормально, — сказал Володя.

— Почему?

— Потому что теперь тебе не к кому прийти поплакать, когда случаются проблемы.

— А тебе есть к кому прийти?

— К Кириллу. Для этого и есть друзья. Но если мы поругаемся, то я могу спокойно приехать домой. К родителям или к брату и сестре.

— Но ты не выглядишь отдохнувшим, — ответила я. — Мне кажется, что тебе все время тяжело.

— На работе много проблем. Повышение должно было обрадовать, а вместо этого оно меня загоняло, — ответил Володя. Он сорвал травинку. Пощекотал меня по щеке этой травинкой. — Даже не знаю, как смог сюда вырваться. Кирилл заставил выбраться.

— Облака, белокрылые лошадки…

— Скорее уж корабли. Хочешь сегодня покататься на мотоцикле?

— Нет!

— Весело же будет.

— Тебе.

— Слушай, на облака полюбовались, так пойдем теперь мои желания исполнять, — сказал он. Повернулся ко мне. — Мы здесь. По кругу покатаемся. Давай.

— Я боюсь. Володь, не сегодня.

— Трусиха, — усмехнулся он.

— Даже не спорю.

— И все же я тебя еще затащу на мотоцикл.

— Зачем тебе это?

— Чтобы отдых проходил веселее, — сказал Володя.

Мы с ним лежали еще какое-то время, только разговор крутился о том, что безумства на отдыхе должно быть в меру. Он настаивал, что надо отдыхать на максимум. Кирилл общался с Томой. И все было как-то хорошо. Даже слишком хорошо. Пусть и не как в фильме, но явно не как в жизни. Должно было что-то произойти. Но плохое обычно происходит вечером. Так было и в этот раз.