Чтение онлайн

Три вопроса, которые по-разному касаются детей и потомства.

1. Как понимать страдания и болезни невинных детей, как с этим смириться?

2. Ваше отношение к абортам?

3. У нас в определенных слоях населения и в определенных возрастных категориях количество женщин намного превышает количество мужчин. Не все женщины могут найти себе мужа, однако каждая хотела бы быть матерью. Как Вы относитесь к матерям-одиночкам, имеют ли они право на ребенка?

Вопрос сложный, трудный, мучительный вопрос. И для Церкви мучительный, потому что нам важно нормальное душевное состояние этих женщин, а мы не можем им дать этого. Мы не можем создать им семью, когда у них семьи нет. Поэтому, вы меня простите, но у меня ответа на этот счет нет. Во всяком случае, если у женщины есть ребенок и нет мужа, я никогда не вмешиваюсь.

В отношении абортов. Безусловно, я считаю это убийством детей, безжалостным и хладнокровным. И преступным, как всякое убийство человека. Никаких не может быть оправданий. Зачавшееся существо – это человеческое существо, и жизнь его священна. Я говорю женщине, как Господь нам сказал: если не можешь его вырастить, роди и отдай его другим. У многих нет детей. Но не убивай его, как ты комара убиваешь! Это ребенок, это твой ребенок, это человек. Может, он не будет Пушкиным, не будет Шопенгауэром, но он человек. И это смертельный, непереходимый барьер! И это надо не только нам внушать, но и подрастающим поколениям.

Насчет страдания детей. Вот у Альбера Камю, в его романе “Чума”, есть такая сцена: ребенок болеет, и герой говорит, что Бог страдает в нем. Ведь Он присутствует в мире и страдает в каждом из нас. Страдания в мире – это Его страдания. Бог распят в человеческом роде. Это Его ответ на наши страдания. Он страдает вместе с нами, с тем чтобы и нас всех вывести на свет из тьмы. А малые дети, которые страдают, – это призыв! Это не какая-то теодицея, а это вопрос Божий: как мы поступим здесь? Вот это будет настоящий наш ответ. Милосердие – то, к чему мы призываем. Когда самарянин из Христовой притчи проехал по дороге и увидел лежавшего иудея, он не стал философствовать над ним: откуда зло? Не стал спрашивать: “Какого ты рода-племени? Какого ты вероисповедания? Какой у тебя пятый-шестой пункт?”, а просто помог ему, и Господь Иисус говорит фарисею: “Иди и ты поступай так же”.

Ваш взгляд на проблемы современной семьи: непрочные браки, дети-сироты, массовые аборты?

Я думаю, что причины здесь не социальные и даже не экономические, а все-таки в основе своей – нравственные. Мы просто разучились жить должным образом, разучились по-человечески относиться друг к другу. Эгоизм стал главной чертой современного человека. А как могут жить два эгоиста? Это все равно что двух дикобразов засунуть в одну нору. Это очень трудно. И из этого вытекает все остальное.

Насчет абортов. Люди уже не хотят ничего отдать, они хотят только взять. Между тем Христос говорит нам: “Блаженнее давать, нежели брать”. Каждый может проверить истинность этих слов. Потому что когда человек отдает, он приобретает. Когда же он гребет все под себя, возникает та модель, которая описана у Стругацких в известной повести “Понедельник начинается в субботу”. Там описан робот, который старался насытить свои материальные потреб-ности, он все в себя всасывал, а потом – взорвался. Эгоизм безграничен.

Если Сталин и Гитлер были безумными, значит ли это, что их злодеяния можно как-то оправдать?

Я думаю, что они были не в такой степени безумными, чтобы не отвечать за свои поступки. Думаю, что врачи не сняли бы с них ответственности.

Допустимо ли физическое наказание детей, если при этом сохранять в душе любовь к ребенку?

Когда человек приходит в состояние злого возбуждения, тут и любовь улетит, и все остальное. Вообще лучше физически не наказывать детей. Но это не абсолютное правило. Видимо, речь может идти не о наказании, а о некотором воздействии, которое гасит возбуждение в ребенке. Но это вопрос сложный, его надо рассматривать всегда в индивидуальном ключе. Об этом нельзя говорить вообще: есть конкретные дети, конкретные ситуации.

Чернобыль, СПИД, землетрясения, гражданская война, события в наше время – это расплата за человеческие грехи?

А вы подумайте – и увидите. По-моему, это все похоже. Только не надо думать, что это расплата уголовная. Суд Божий – это не уголовный суд, а так создано в мире: Бог создал такой порядок, что камень, брошенный в Небо, падает на того, кто бросил.

Ведь если поискать причины Чернобыля, – это триумф безответственности! Нравственной безответственности, трудовой, безответственности во многих аспектах. И все остальное – тоже.

У человека, не до конца приобщенного к Церкви, может вызвать определенный протест догмат христианства о каре за греховное поведение, то есть страх наказания.

Страха не должно быть. Двигателем должна быть любовь. Разумеется, когда мы имеем дело с током высокого напряжения, нарисованы череп и кости. Многие вещи могут быть опасными. Зло разрушительно, и мы с вами свидетели этого.

Объясните, пожалуйста, разницу между гордостью и гордыней.

Трудно объяснить. Если мать гордится успехами своего сына, это не так уж плохо, это нормальная гордость. А гордыня – это самомнение и ложное самоутверждение. Это надо почувствовать, как музыкальным слухом.

Стремление к познанию – это есть гордыня?

Нет, стремление к познанию есть дар Божий, но всегда надо иметь смирение при этом, понимать, как Сократ понимал: “Я знаю, что ничего не знаю”.

Я всегда вспоминаю свой студенческий опыт. У нас был преподаватель, который говорил: “Это известно, и это известно…” Пришел академик и говорит: “Тут белое пятно, и тут белое пятно…” Я понял: большое знание – оно смиренно. Настоящая наука обладает скромностью, и только в популярных брошюрках все вопросы решены – за всю Вселенную.

Соотношение добра и зла в мире? Неужели есть зло в чистом виде?

В чистом виде нет. Даже темные духовные силы – это просто искаженные духовные силы. Бог зла не создал.

Скажите, пожалуйста, о разводе.

Это зло. Иногда необходимое, но зло. Что ж тут говорить? Может быть, это связано с тем, что у нас непродуманно вступают в браки. И второе: сходятся два эгоцентрика, а два эгоизма, как два медведя, в одной берлоге не живут.

Огромное большинство людей совершают преступления и не испытывают стыда и раскаяния. Они не богоподобны, они бесы?

Зло не может быть рационально объяснено, зло коренится в безумии твари, которая стремится уйти от истины и Бога. Поэтому рационально объяснить его нельзя. А вот что касается людей, то я поостерегся бы говорить огульно о всех. Тайна человеческой личности очень сложна, и надо брать конкретные случаи. Человек может себя извратить настолько, что у него не будет раскаяния, но однажды оно может прийти к нему.