ЖАНРЫ

Отец Александр Мень отвечает на вопросы слушателей

Мень Александр

Шрифт:

Расскажите о книге “Невидимая брань”. Возможно ли эту книгу приобрести?

Книга “Невидимая брань” несколько раз издавалась до революции. Это книга о духовной борьбе человека, индивидуальной борьбе против зла. Ее перевел святой епископ Феофан Затворник с греческого текста, написанного тоже святым, Никодимом Святогорцем, умершим в 1800 году. Сам Никодим Святогорец перевел эту книгу с латинского, так что первоначальным автором был латинский писатель XVII века Лоренцо Скупполе, католик. Святой Никодим не упомянул в предисловии, что автором был католик, чтобы не смущать своих читателей. А святой Феофан даже не знал, кто был настоящим автором. Но книга эта показывает, что духовность католическая и православная – при всей разнице, которая между ними, естественно, существует, – имеет и общее поле.

У меня был разговор с одним священником московской церкви о художниках Нестерове, Васнецове, Рерихе. Он сказал, чтобы я не заикался о них, потому что им, этим художникам, сейчас ох как скверно на том свете. Ибо они, по его словам, не имели права расписывать церкви. Они не художники Церкви, они писали не лики, а личины. Объясните, пожалуйста.

Этот мой неведомый коллега, который, очевидно, побывал на том свете и выяснил, каково там покойным Нестерову, Васнецову и Рериху, высказывал свою точку зрения. Я ее не оспариваю. Я вам могу сказать, что многие люди не любят Рериха как художника, считают Нестерова манерным, слащавым и истеричным, а Васнецова подражающим немецким образцам. Не думаю, чтобы это было вполне справедливо, но тем не менее что-то в этом есть. Но если брать общее мнение Церкви, то в таком случае руководство церковное никогда не заказывало бы этим людям расписывание соборов. Это же были не какие-то партизанские росписи – это заказывали церковные власти, Синод, епископат. А раз так, то что тут говорить? О вкусах не спорят. Кому нравится, кому – нет. Конечно, иконопись, с точки зрения искусства, выше, чем живопись Нестерова, но для каждой эпохи должны быть свои стили.

Какая из самых древних икон сохранилась до нашего времени и где?

Ну, если можно называть фрески иконами, то самые древние изображения находят в конце II века в катакомбах, в окрестностях Рима.

На иконах и в богослужении в числе пророков упоминаются Давид, Соломон, Аарон и Иессей. В месяцеслове они идут в чине царей, праведных или вообще не упоминаются. В чем здесь дело?

На иконах часто изображают всех вместе ветхозаветных праотцев, праведников и неправедников. Трудно называть царя Соломона, у которого было семьсот жен, праведником. Можно тружеником его назвать, но праведником – нет. Однако это традиция. Это ветхозаветный мир, со своими обычаями. Он является тем историческим фоном, на котором явился Новый Завет. Этот фон для нас священен и важен. Кроме того, там закодированы важнейшие богословские и нравственные истины. Но, конечно, нельзя считать Давида, Аарона, Иессея святыми в христианском смысле слова. У них были вообще другие нравственные представления.

Если человек родился в день определенной иконы, например, Божией Матери Знамения, имеет ли это для человека значение как символ?

Я думаю, что здесь есть какая-то таинственная связь, и каждый должен ее понять и задуматься над направлением и смыслом своей судьбы.

Изображение на иконах Бога-Отца в виде старца – не нарушение ли канона?

Нарушение, конечно.

Расскажите об иконе “Нечаянная радость”.

“Нечаянная”, или неожиданная, радость. Название это происходит от следующего сказания. Жил человек, разбойник или какой-то еще злодей, который каждый раз, выходя “на дело”, становился перед иконой Божьей Матери и молился Ей. И вот однажды он увидел, что Младенец поднял руки и руки у Него кровоточат. И Мать спрашивает Его: “Дитя, кто Тебя ранил?” А Он отвечает: “Вот этот человек. Он заслуживает наказания”. Но Мать сказала: “Он все-таки каждый день приходит к нам молиться. Может быть, Мы его помилуем – в последний раз?” И этот человек, разбойник, проснулся. Этот сон или видение так его поразило, что он резко изменил свою жизнь. И на иконе “Нечаянная радость” мы всегда видим этого человека на коленях и икону Божией Матери. Наиболее чтимая икона “Нечаянная радость” находится в Москве, в храме пророка Илии в Обыденском переулке.

Где можно получить информацию о символике христианской иконы?

Сегодняшняя наша литература по иконописи очень богата. То, что вас интересует, вы можете прочесть в книгах Алпатова, Вагнера, в произведениях Деминой о “Троице”. Несколько лет назад вышла антология “"Троица" Андрея Рублева” – там все это есть. А кто хочет получить сведения сразу, в готовом виде, возьмите словарь Конрада Онаша, который вышел в ГДР. Это словарь христианского православного богослужения и иконописи – там кратко обо всем.

Если найдена икона, оставить ее у себя или отнести в церковь?

И то, и другое будет хорошо.

Как научиться понимать и чувствовать икону?

Только настоящая любовь учит этому, а не искусство. Допустим, у вас умер любимый человек, а у вас нет его портрета, сохранилась только маленькая карточка старенькая из паспорта, но она вам все равно очень дорога, потому что это тот, кого вы любите. Поэтому для меня даже плохая икона Христа имеет значение.

Почему на иконе Рублева изображены три ангела?

Потому что Рублев не дерзнул изобразить Бога. Он изобразил Его в виде иллюстрации к библейскому сказанию о том, как три странника, вестника Бога, пришли в праотцу Израиля Аврааму. И вот дан Авраам, дерево Авраама, гора Авраама и три странника, и на этом библейском историческом материале он развернул тайну Святой Троицы.

Заповедь Божия – “не изображать!” – как все-таки с этим быть?

Заповедь неотменима, и это правильно. Для чего была дана эта заповедь? Чтобы люди помнили, что Божественное превышает всё природное. Дело в том, что человек всегда склонен ограничивать, уменьшать Божественное, доводить до каких-то своих размеров. Поэтому всегда разрешалось изображение Христа как Богочеловека, воплотившегося на земле, святых, апостолов, но Бога-Отца изображать было запрещено. Имеющиеся изображения Бога-Отца были сделаны в обход этого канона. Это было нарушение. Образ Христа и есть образ Бога, явленный нам.

Не считаете ли Вы столь обильное количество икон в церквах своего рода язычеством?

Существуют различные традиции, и Церковь не диктует количество икон. Иногда это происходит просто в силу того, что храмы закрывались, люди уносили иконы домой, а потом возвращали в новооткрывшиеся храмы. Посмотрите, в половине церквей наших иконы из домов. Но, конечно, можно почитать иконы и с языческими чувствами.

Поделиться с друзьями: