Чтение онлайн

– Не волнуйся, Алексий.

– С чего вы взяли, отец, что я волнуюсь?

– Ты стучишь ногой по земле. – Бевз осекся и понял, что и вправду стучит ногой и неизвестно, как долго. Слишком задумался.

– Да это я так… Просто думаю. Сами понимаете, в каком мы с девочкой положении. Прикидываю варианты, – похоже, старик был просто не способен не лезть не в свое дело.

– Оно понятно. Знаешь, я ведь на хорошем счету у людей. Обычно ничего не прошу. А могу и подсобить вам с малюткой. Замолвлю словечко, попробую пристроить вас куда. Меня послушают. Вот ты что умеешь делать?

– Да все помаленьку, – приподнялся он на локте. Надо же было показать хоть какую-то заинтересованность. – И с конями умею работать, ну и по хозяйству всякое… Где что потащить, куда что приделать…

Бевз рассматривал пустой лес с его рядами бесконечных стволов. Почему-то ему показалось, что за ним кто-то следит, чей-то придирчивый, невидимый взгляд. Бевз передернулся. И почудится же такое.

– Она тут, – указал рукой Радомир на девочку, которая устроилась рядом со стволом и завороженно разглядывала листочек, временами поглядывая в пустоту, будто играла с кем-то в прятки. Видно, старик решил, что он искал взглядом эту малявку.

– Да, конечно. Знаете, мы очень вам благодарны, святой отец …

– Не стоит меня так звать! – отмахнулся тот, но Бевзу было все равно.

– Это очень здорово, но у меня уже есть план. Не волнуйтесь за нас. Мы пройдем подальше на восток с вами, знаю я там одно селеньице, там нам будет хорошо.

– Что ж, как скажешь. Но вот за Аленку боязно. Не хочется ее по лесам таскать, раз тут так опасно. Да и путь для нее не особенно близкий.

– Она справится. Сильная. Вся в папку. Да, Алена?

«Пусть только попробует не справиться, я ее за волосы потащу…»

Девочка не отвечала. Каждый раз, когда он обращался к ней напрямую, она покрывалась предательским румянцем и затихала. Ее и так нельзя было назвать особенно говорливой.

– Есть хочу, – наконец выдавила она из себя.

– Ты же недавно только яблоко скушала. «И закапала меня своими мерзкими слюнями».

Алена просто пожала плечами и выжидающе взглянула на него. Это начинало раздражать. Так на нее никакой еды не напасешься.

– Держи, – бросил он ей последнее яблоко. Девочка тут же радостно на него набросилась, начиная чавкать от удовольствия. – И с дедушкой поделись.

– Ой, не надо, – только отмахнулся тот, доставая флягу – Я не хочу есть.

«А я хочу, старый хрен» – думал он, с сожалением наблюдая за тем, как яблоко постепенно исчезает из небольших ручек. «Это было мое яблоко, маленькая засранка».

– Вот и славненько, – сказал Бевз, поднимаясь, лишь бы не видеть, как последние куски яблока скрываются в этих пухлых, мерзких губах. – Думаю, можно идти дальше. А то как бы в темени не шагать. Места все-таки дикие.

– Алена, ты готова? – спросил старик, девочка смущенно опустила глаза.

– Конечно, готова. Идем, девочка. – но мелкая почему-то не двигалась, расправляя свое жалкое платьице. – Ты же не хочешь гулять в темноте, да? В темноте выходят медведи. Надо успеть до темноты. Медведям нравятся маленькие девочки.

Ее глаза округлились, и она тут же встала. Встретив не очень одобрительный взгляд старика, он просто пожал плечами. Дети.

Весь остаток дня прошел довольно мирно. Они сделали еще пару привалов, с каждым из которых Бевз ощущал все больше усталости. Еды не было. Временами приходилось сажать маленькую пиявку себе на шею, да еще и идти медленно. Он привык действовать быстро, стремительно. Если шаг, то на пол-лиги, если удар, то быстрее ветра, а тут приходилось идти как на прогулке. Это раздражало, а натёртая шея, только усугубляла впечатление, напоминая о виселице, что его ждала. Благо, старик хоть для своего возраста шел весьма бодро. Вот, что с людьми бродячая жизнь делает. Большую часть пути он лишь временами задавал всякие мелкие вопросы, и рассуждал о местных порядках, что Бевз слушал вполуха.

После полудня им дважды попадались небольшие повозки с хмурыми людьми, которые явно не были рады встретить путников, однако, каждый раз, когда незнакомцы замечали девочку, лица их постепенно разглаживались. Один даже бросил ей яйцо.

– Ух ты! – говорила она, жадно разглядывая подарок.

– Дай-ка сюда, – ловко выцепил Бевз яйцо. – А то разобьешь ненароком. Вечером дам, это нам на ужин.

«Мне на ужин».

Поневоле, подумалось, что с девочкой он может, не расстанется так быстро. Ее можно было выгодно использовать, люди жалостливы, могут и еды какой подкинуть или несколько медяков, а то и на ночлег взять. А уж у них в домах точно найдется, чем разжиться.

День клонился к своему завершению, поднялся сильный ветер, и Бевз в своем простецком мешковатом одеянии поневоле поежился. Девочка тоже начала ныть, все время говоря: «Я устала», «Я хочу спать», «Долго нам еще идти?»

Он каждый раз отвечал «Скоро придем», лишь бы она заткнулась. Хотя он и сам надеялся оказаться где-нибудь в теплом месте, где можно спокойно поспать. Старик же словно не нуждался в отдыхе, да еще пуще того, становился все более мрачным и молчаливым. К счастью, вскоре впереди лес начал расступаться, а за деревьями показался дым из труб.

– Кажется, пришли. Вот они – Дровки.

– Да, мы на месте, – старик как-то чудаковато принюхался к воздуху и поморщился. Бевз ничего не почувствовал, но у блаженных странников свои причуды.

– Может на ночлег к кому попроситься?

– Да, вон как раз к тому дому и пойдем, – указал Радомир на небольшой домишко, стоящий на отшибе. Вся деревушка была поделена пополам небольшой речкой, а домики расположились по краям ее склонов.

Бевз не стал спрашивать, почему тот хочет именно в этот дом, выбор показался ему подходящим, потому как показываться в деревне ему не хотелось. Он посмотрел на свои замотанные в ткань руки. Чем меньше людей, тем лучше.

Когда они подошли ближе к дому, то старик внезапно остановился.

– Вам лучше подождать снаружи. Я поговорю с хозяевами. Как дам знак, входите. Но не раньше. Все понял?

– Чего уж не понять, – буркнул Бевз, совсем не радостный от такой неожиданной смены тона старика. Из доброго дядюшки он превратился в какого-то строгого командира. «Ладно, пусть пока задирает нос, коли считает, что я рожей не вышел».

Скрестив руки на груди, так было теплее, он следил за тем, как старик постучал в дверь. Потом быстро что-то сказал, когда ему отворили, и скрылся внутри.

– Я замерзла.

– Не канючь.

– Что это такое?

– Значит, не приставай ко мне. Видишь, старикан пошел разбираться.

– Тут холодно, – пожаловалась девочка, будто совершила какое-то открытие.

– Терпи, – мрачно ответил он, ощущая, как сумерки наползают все сильнее, а воздух, который раньше был теплым, начинает кусать за руки его самого. Где-то в деревне начали зажигать огни внутри домов. Никто в округе, к счастью, не шатался, чтобы заметить его.

Он просто уставился на дверь, ожидая, когда их позовут. Но время шло, а старик так и не появлялся. «Ядрена вошь! И что он там может делать? Уж не забыл ли обо мне, старый хрен?»