Отец подруги. Я не буду твоей
Шрифт:
– Зачем ты так со мной? – вдруг не выдержала я. – Что я тебе такого сделала? Не согласилась тебя пригласить к себе в тот день? И что, ты всех девушек преследуешь после отказов?
– Да сдалась ты мне, шлюшка мелкая, – фыркнул он. – Только вот такие педофилы на тебя и западут. Больше ты никому нахрен не сдалась. Но если уж твой быдло-мужик наехал на меня, то я это так не оставлю. Пока он лично не принесет мне извинения, и ты в том числе, я сделаю все, чтобы вам жизнь медом не казалась.
– Что ты сделал?! – я сжала кулаки, желая поскорее закончить этот разговор.
– Во-первых, оставил предупреждение для всех остальных во внутреннем дворике, – ухмыльнулся он. – А во-вторых, я позвонил Яне. Сама догадаешься что я ей сказал, или хочешь отдельно от меня это услышать?
– Что?! – я в панике аж выронила телефон из рук, и он с хрустом упал на мраморный пол. – Кому позвонил?!
– Я жду публичных извинений, – напомнил Самвел. – И чем дольше вы оба будете тянуть, тем хуже будет тебе. Так что давай. Ты можешь извиниться передо мной уже сейчас.
Я уже не слышала последних слов Самвела. Меня накрыло паникой.
Какое предупреждение он оставил во внутреннем дворике, и что наговорил Яне?
Я должна сейчас это все выяснить, как бы страшно мне ни было...
Глава 47.
Не дослушав Самвела, я побежала во внутренний дворик. Как только я выбежала на улицу, то увидела стайку студенток, которые курили и смотрели на что-то на стене.
На негнущихся ногах я подошла поближе и увидела то самое послание.
На стене красовалась надпись розовой краской:
«Девчонки, берегите своих отцов. Анфиса Тереньтева из 101 группы трахается с ними за деньги!!!»
У меня все помутнело в глазах, а стайка девчонок тут же прыснула от смеха.
Это конец. И ведь я ничего не могу доказать. И вот почему мои сокурсницы отказались дать мне конспект. И главное: Самвел написал это розовой краской. Никто в жизни не догадается что это написал парень.
Какой позор! За что мне это?!
Но было еще кое-что: Самвел сказал, что позвонил Яне и все ей рассказал. И если это правда, я буду уничтожена под ноль.
Мне было дико страшно это сделать, но все же я достала свой мобильный и заметила лишь, что его защитное стекло все разбито в хлам. Тогда я просто отклеила его и набрала номер Яны.
Не в силах стоять, я дошла до лавочки и тяжело опустилась на нее.
– Да, – ледяным голосом ответила подруга, и я поняла: она точно говорила с Самвелом.
– Ян... – тихо начала я, – привет. Как у твоей мамы дела?
– Нормально, – буркнула она. – Что тебе нужно?
– Ты сердишься на меня? – я пока боялась спросить прямо, поэтому начала издалека.
– Да, – все так же холодно ответила она. – Скажи честно: это правда? Ты спишь с моим отцом?
Я закрыла глаза, понимая что не могу ни соврать, ни сказать правду.
– Я никогда не думала что ты станешь такой, Анфиса, – с горечью произнесла она. – И в какой момент! Тогда, когда мне очень нужна поддержка. Когда мне так тяжело. Когда мне было больнее всего узнать об этом...
– Ян... – всхлипнула я.
– Да если бы ты спала с ним до того как все это началось, мне было бы все равно, – продолжала она. – Я его знать не знала. Но ты решила ударить меня побольнее, да?
– Ян... – снова всхлипнула я.
– За что, Анфиса?! – воскликнула она. – Мне сейчас только этого не хватало! Какая же ты... Как я раньше этого не разглядела?!
– Ян, пожалуйста, – на этот раз я шмыгнула носом.
– Я не хочу с тобой разговаривать! – Яна вся была как комок нервов.
Я прекрасно понимала ее состояние: она наверняка перестала есть и спать из-за переживаний. Я понимала, что в более спокойном состоянии она бы поговорила со мной. Она бы дала мне шанс все объяснить. Но не сейчас.
– Я ненавижу тебя! – воскликнула она в сердцах. – Мне противно, что я дружила с тобой! Я тянулась за тобой. Всегда хотела заниматься столько же, сколько ты. Меня вдохновляло то, что ты пробиваешься сама, а не как наши эти девки крашенные. Ты была такой хорошей, Анфиса! И я любила тебя как подругу. Поэтому в миллион раз больнее, что именно ты так со мной поступила!
– Яночка, пожалуйста! – взмолилась я. – Дай мне все объяснить!
– Папочке моему объясняй! – огрызнулась она. – А знаешь что самое глупое? То, что я лично вас и познакомила. Более тупого поступка от меня сложно представить.
– Ян, прошу тебя... – совсем тихо попросила я, так как в горле у меня застыли слезы.
– Никогда мне больше не звони! – рыкнула она. – Ненавижу! Ты просто бросила меня! Растоптала нашу дружбу! А мне ведь еще вчера твоя мама звонила. Искала тебя. Я беспокоилась за тебя, но моей маме было плохо, и я так и не смогла тебе позвонить. А ты, оказывается, развлекалась с моим отцом, пока мне без тебя было так трудно!
Я уронила лицо в ладони, понимая что все эти слова я заслужила.
Я должна была вчера приехать к Яне. Должна была ее поддержать. Должна была объяснить все Ревану. Включить свою голову в конце концов! А вместо этого я все разрушила.
Если после разговора с Самвелом я хотела немедленно позвонить Ревану и все ему рассказать, то сейчас – нет. Они сам не подумал вчера о дочери. Он сам тащил меня в постель, пока его родному человеку было плохо. Да, пусть он ничего не чувствует к своей дочери, но ведь должны быть у него хоть какие-то моральные принципы!
Реван плохо на меня влияет, и он разрушает мою жизнь. А все для чего? Чтобы просто спать со мной какое-то время.
Но я больше не должна с ним общаться. Я получила жестокий урок.
Я лучше поеду к бабушке и буду ухаживать за ней вместо мамы. Все равно в универе меня сгнобят. Самвел так просто с меня не слезет.
Как же больно...
Я больше не могла держаться, поэтому разрыдалась. Меня не волновало то, что во внутреннем дворике еще были студентки. Что они смеялись надо мной, а может и злорадствовали.
Какая же я дура! Как могла променять дружбу на какого-то сомнительного мужчину с ужасной репутацией? Я ведь доверилась ему! Как же я могла так низко пасть?