Чтение онлайн

— Взгляни на меня.

Нет. Нельзя!

Тело будто оживает. Превращается в чувствительный комок нервов, реагирующим на воздух кондиционера и гладкую кожу подо мной.

— Что было за лекарство? — осторожно спрашиваю я.

— Виагра.

— Господи… что? Серьёзно?

Я поворачиваю голову и ошарашено смотрю на Хисанова.

— Да. Тебе становится хуже?

Я тяжело сглатываю и опускаю взгляд под ноги.

— Не молчи.

Температура резко скачет. По щекам хлестает жар.

— Ох… мне трудно дышать.

— Потерпи немного. Через двадцать минут будем на месте.

Мои пальцы непроизвольно сжимают край сидения, чтобы хоть как-то удержаться на месте.

— Остановите машину. Я хочу выйти.

— Так мы не доедем, Ангел.

Его голос и притягательный запах буквально сносит крышу. Огонь разгорается по венам и скользит к лону. Хочется потереться…

— Какой ужас, — слова вырываются против воли. — Лучше бы я лежала без сознания.

Хисанов закрывает шторку между нами и водителем. А затем добавляет низким тоном:

— Я могу помочь.

И чем же? Он врач? Нет.

Горько усмехаюсь и выставляю ладонь, которая упирается в его плечо. Электрический заряд проносится по всему телу. Огонь вспыхивает мгновенно.

Ладно. Ничего страшного. Пусть вырубит меня. Или что он хочет.

— Помогите, — говорю без задней мысли.

Он рывком усаживает меня на свои колени. Лицом к лицу. И прежде чем я успеваю осознать его намерения, его губы впиваются в мои.

Дыхание резко перехватывает. А сердце бьётся так сильно, что хочет вырваться из груди.

Я открываю рот и делаю спасительный вдох. Но он использует это, чтобы углубить поцелуй.

Требовательные губы выжигают всё, что осталось от моих мыслей. Он берёт напором и безумной властью, которая заполняет и разливается по телу.

Я не могу сопротивляться.

Его руки ласкают мои бедра, оглаживая кожу сквозь ткань юбки. Каждое прикосновение будто оставляет горячий след.

Каменная грудь прижимается к моей, и я чувствую, как соски мгновенно твердеют, отзываясь на его близость. Внутри меня всё дрожит.

И вот я уже сама извиваюсь, испытывая сладкое покалывание. Не могу думать, не хочу останавливаться.

Его жадные губы опускаются ниже. Захватывают шею. Язык ласкает чувствительную кожу, слегка втягивая её.

— Ты нежная девочка, Ангел, — хрипло заявляет он.

И его слова возвращают меня в реальность.

— Нет, — сбивчиво шепчу я. — Хватит!

Он цепляет мой подбородок и заставляет посмотреть в его глаза. В них играет что-то дикое, первобытное. Я чувствую себя крайне уязвимой.

— Тебе хуже?

Я дергаю носиком.

Его волнует лишь это? Почему я должна хотеть мужчину, которого вижу впервые? Я не давала повода считать меня доступной.

— Или ты боишься последствий?

Он слишком уверен в себе. Это чувствуется в каждом движении. Слове. И это невероятно злит.

— У меня есть жених! — шиплю я, пытаясь вырваться из его хватки.

Но Хисанов притягивает ближе.

— Почему сразу не сказала? — его голос звучит настороженно. — И где кольцо?

Я чувствую, как в животе разливается гнев.

— А почему в вашем элитном заведении для ценителей музыки и танцев меня опоили? — твердо бросаю, хотя внутри всё дрожит.

В синих глазах мелькает недовольство. Но, кажется, оно легко перетекает в уважение.

Убрав руку, Хисанов откидывается назад. Я быстро слезаю с него и поправляю юбку.

— Я разберусь, Ангел. Не сомневайся.

— Хватит звать меня так!

Молчание дает короткую передышку.

Подтянув к себе ноги, я утыкаюсь лбом в колени. Внутри борется желание. Тянет к нему… Мой разум кричит, что это неправильно. Я не должна хотеть мужчину, который ещё и похож на Стаса.

Но тело будто живет своей жизнью. Предательски дрожит из-за отсутствия касаний.

— Я подам на вас в суд! — выпаливаю с обидой.

И ругаюсь про себя, что вновь завела разговор.

— Буду ждать.

— Ждите! Ещё и полицию натравлю. Проверки всякие.

— Сначала нужно определиться: суд или полиция. Это разные инстанции.

Его фраза лишь подливает масла в огонь.

Я резко поворачиваюсь и бью его ладошками. По груди, рукам — куда попадает. Мои удары слабые, отчаянные, но я не могу прекратить.

Он сводит брови к переносице и никак не реагирует. А когда я замахиваюсь, чтобы дать ему пощёчину, Хисанов цепляет моё запястье.

— Не заигрывайся, девочка, — строго заявляет.

— Я не просила целовать меня. И отвозить в больницу тоже. Вы мне противны! — холодно бросаю я, но мой тон звучит неуверенно.

И он слышит это.

— Как скажешь. А теперь сядь ровно. Или мне придется успокоить тебя.

Неужели заставит силой? Внутри накатывает теплой волной… Нет! Хватит.

Словно пугливый зверёк, я отползаю дальше.

Да, он остановился. Не стал принуждать. Но лучше не бросать ему вызов. Добром это не кончится.

Я закрываю глаза и стискиваю пальцы. Его голос, его прикосновения — все это остается со мной. Запускает фантазии, от которых пульсирует жар.

Мы приезжаем в частную клинику, и доктор назначает анализы, ставит капельницу. Всё закручивается, как в калейдоскопе.

Я медленно пробуждаюсь в палате. Осматриваюсь. Никого нет. Свет приглушен.

Зато на тумбочке лежит моя сумка. Я вытягиваюсь и достаю телефон.

Час ночи. Уже так поздно?

— Стас, наверно, волнуется, — тихо шепчу я.

И отправляю ему сообщение, что скоро буду дома.

Быстро переодеваюсь, оставляя дурацкие крылья, венец и наряд.

Джинсы с толстовкой приятно закрывают всё тело.

У выхода из клиники я замечаю машину Хисанова. Черный, блестящий внедорожник, который перекрыл выход.

Я бросаюсь в сторону, но потом замечаю его. Он стоит в метрах десяти и разговаривает по телефону.

Голос звучит жестко, почти яростно. Не завидую его собеседнику.