Чтение онлайн

Контейнер с ПТУР «Штурма» на внешнем пилоне вертолета Ка-29

Время перехода комплекса в боевое положение – 15 с, в походное -12с. Экипаж – 2 человека.

В 1979 г. самоходный противотанковый комплекс «Штурм-С» с ракетой 9М114 был принят на вооружение частей армейского и фронтового звена.

Комплекс обеспечивал поражение целей с толщиной брони до 560 мм на дальностях от 400 до 5000 м. Скорость ракеты составляла 350… 400 м/с.

При наличии более массового комплекса «Конкурс» ПТРК «Штурм» рассматривался как средство пресечения прорывов танковых частей противника в глубь обороны наших войск наподобие противотанковой артиллерии Резерва Верховного главного командования периода Великой Отечественной войны.

Спустя несколько лет был создан вариант ракеты 9М114Ф с фугасной, – а точнее, термобарической, т. е. объемно-детонирующей, боевой частью. Эта модификация предназначена в основном для поражения объектов типа ДОТов и ДЗОТов, живой силы противника в зданиях и других помещениях ограниченного объема.

Кроме того, комплекс обеспечивает и поражение воздушных целей типа низколетящих вертолетов в режиме зависания и полета на малых скоростях. Допускается применение ракеты как по наземным, так и по воздушным целям на высотах до 3 км от уровня моря.

Ракеты вертолетных комплексов «Штурм» успешно применялись в ходе войны в Афганистане и вооруженных конфликтов на территории бывшего СССР.

Как известно, отмеченное еще лесковским Левшой мещанское пренебрежение англичан к блеску каналов ружейных стволов наряду с внедрением в их поверхность винтовых нарезов позволило королевским стрелкам за компанию со столь же обуржуазившимися воинами Французской империи и Сардинского королевства спокойно, как в тире, избирательно перебить русских офицеров с большой дистанции, оставаясь практически недосягаемыми для пуль защитников нашего Отечества. Тем самым была решена судьба сражения при Альме, да и Крымской кампании в целом. Отголоском этого кошмара бессилия перед дальнобойным оружием противника едва не стала ситуация на фронтах Великой Отечественной войны, когда с появлением «Тигров» гитлеровцы поучили возможность с расстояния до 2 км поражать «тридцатьчетверки», оставаясь вне зоны эффективного огня наших 76-мм танковых пушек.

На протяжении всех послевоенных лет советские конструкторы прилагали все силы к обеспечению огневого превосходства отечественных танков над зарубежными. В середине пятидесятых годов открылась новая возможность поражения танков противника на больших дальностях: началась разработка танковых управляемых реактивных снарядов – ТУРС.

Для начала уточним, что ТУРС – это неуправляемые артиллерийские снаряды типа «Коперхид» или «Краснополь», получающие основное приращение скорости непосредственно в стволе орудия. В пятидесятые годы еще не существовало малогабаритной аппаратуры бортовой системы управления, способной выдержать перегрузки в десятки тысяч единиц, действующие на снаряд при выстреле из классического артиллерийского орудия.

На первом этапе в роли танкового управляемого вооружения пытались использовать обычные пехотные ПТУР самоходных и даже носимых комплексов – французские SS-10 и SS-11, наши «Малютки». Однако само боевое назначение танков как в первую очередь наступательного оружия определило специфическое требование, не предъявлявшиеся к первым комплексам ПТУР, – обеспечение возможности ведения точного огня в движении. В комплексах с ручным управлением этого достигнуть не удавалось.

Танки Т-64 на марше

Т-64

Первый образец специально разработанного отечественного комплекса танкового управляемого вооружения – «Дракон» – отличался от современных ПТРК наличием полуавтоматической системы управления, а его ракета – применением складывающихся консолей крыльев.

Следующим этапом развития танковых управляемых комплексов стало создание танков со специальными орудиями – пусковыми установками, способными осуществлять пуск как управляемых, так и неуправляемых ракет. Эта идеология была близка к американской системе «Шиллела» со 155-мм орудием – - пусковой установкой. В отличие от американских вооруженных сил, принявших на вооружение танки М60А2 и М551 «Шеридан», Советская Армия не ушла по этому тупиковому пути дальше создания экспериментальных образцов.

Наконец, во второй половине шестидесятых годов у советских полководцев сформировалось представление о том, что танковые управляемые ракеты (ТУР) являются дополнением к обычному неуправляемому вооружению и должны подстраиваться под мощную гладкоствольную 125-мм танковую пушку, ставшую к тому времени основным вооружением отечественных танков четвертого поколения, по возможности соответствуя по массе и габаритам неуправляемым боеприпасам. Положение усложнялось тем, что пушечное вооружение советских танков уже перешло от унитарных выстрелов к боеприпасам раздельного заряжения. Требовалось также обеспечить совместимость ТУР с танковыми автоматами заряжения. Большая дальность пусков – основное преимущество перед обычным танковым снарядом – определила сверхзвуковую скорость полета ракеты и, соответственно, применение полуавтоматической системы наведения с радиокомандной линией.

Разработка нового управляемого танкового вооружения с 1968 г. велась на конкурсных началах коллективами коломенского КБМ и московского Конструкторского бюро точного машиностроения (КБТМ, ранее ОКБ-16) возглавляемыми, соответственно, С.П. Непобедимыми А.Э.Нудельманом. С начала семидесятых годов заказчик сделал выбор в пользу разработки КБТМ – комплекса управляемого танкового вооружения 9К112 «Кобра».

Исходя из требования совместимости с штатным вооружением танка Т-64А, предназначенная для комплекса «Кобра» ракета 9М112 была выполнена в виде двух блоков, размещаемых раздельно в танковом автомате заряжения. Стыковка блоков происходит автоматически в процессе заряжания орудия. При этом для повышения надежности конструкторы стремились по возможности исключить стыковку электрических сетей, для чего сосредоточили в хвостовом блоке все элементы бортовой аппаратуры – приемник радиокомандной линии, блоки системы управления и органы управления. Это определило выбор компоновки ракеты по нормальной аэродинамической схеме. Головной блок 9М43 образовывали кумулятивная БЧ (1) и твердотопливный ракетный двигатель (2). В хвостовой блок 9Б447 включались аппаратура системы наведения (3) с рулевым приводом (6), а также поддон и метательное устройство 9Д129. Консоли четырех аэродинамических рулей (5) раскрывались после выхода ракеты из ствола орудия. На хвостовом блоке размещены и дугообразные прямоугольные в плане крылья (4), в транспортном положении прижатые к корпусу ракеты и раскрываемые специальным устройством после старта. Плоскости крыльев и аэродинамических рулей сдвинуты друг относительно друга на 45°. На хвостовом торце маршевой ступени размещались источник светового излучения (7) и антенна радиокомандной аппаратуры (8).

Стремление обеспечить требуемую длину головного блока определило размещение четырех косонаправленных сопл твердотопливного двигателя в «утопленном» положении в передней части камеры сгорания. Сопла располагались в тех же плоскостях, что и аэродинамические рули. Жесткие габаритные ограничения по размещению в ранее созданном танковом автомате заряжения не позволили применить оптимальные для сверхзвуковой ракеты заостренные обводы – оживальный контур носовой части ТУР начинается с развитого сферического притупления.

Предусмотрены три режима наведения ракеты.

В основном режиме старт ТУР осуществлялся при угле возвышения танкового орудия 3°, что практически исключало образование пылевого облака, закрывающего цель. После захвата ТУР на автосопровождение на удалении до 100 м от стреляющего танка начинался ее вывод на линию прицеливания, завершавшийся на расстоянии до 900 м. Маршевый двигатель работал до 9-10 с, после чего управляемый полет ракеты продолжался до 17с, когда излучение танковой аппаратуры автоматически прекращалось.

Компоновка ракеты 9М112 комплекса "Кобра»

Второй режим применялся для стрельбы над пыльным грунтом. На основном участке траектории ТУР летела с превышением над линией визирования цели на 3..-5 м. Вывод на линию прицеливания осуществлялся на конечном участке полета за 1,5…2 с до попадания. Этот режим использовался и для ночной стрельбы – засветка от ракеты не мешала наводчику удерживать перекрестие прицела на цели.