Чтение онлайн

863. Во время болезни святого Космы Афонского орел принес ему рыбу

Однажды преподобный Косма Афонский сильно заболел, и во время болезни, по человеческой немощи, ему очень захотелось рыбы. Что же? Бог, питавший Илию "чрез вранов," утешил и святого Коему отеческим Своим промышлением. Святой Косма вдруг видит орла, который, спустившись с высоты, положил у его пещеры свежую рыбу. А надобно сказать, что в соседней пустыне, рядом со святым Космой, подвизался духовный старец Христофор, который, приготовляя для собственной трапезы доставленную ему рыбу, мыл ее в воде. Во время мытья налетел орел, схватил из рук его рыбу и скрылся с ней из виду. Тогда как святой Косма, поблагодарив Бога за чудесное о нем попечение, приготовил для себя рыбу и только хотел было ее есть, вдруг доносится до него таинственный голос: "Оставь часть приготовленной рыбы для Христофора, потому что это — его собственность." На следующий день Христофор, действительно, явился к святому и едва только сотворил молитву перед его пещерной дверью, как преподобный сказал ему: "Добро пожаловать, отец. Я ожидал тебя, и часть твоей рыбы оставлена для подкрепления постнических твоих сил." Когда Косма рассказал Христофору, каким образом Бог даровал ему рыбу, и когда Христофор передал ему о хищничестве орла, они возвеселились духовно и прославили Бога, так дивно пекущегося о них. (Афонский патерик. Ч. 1. С. 312).

864. Господь попускает страдания праведникам, чтобы они получили большую награду

См. также: Награда ; Страдания

Однажды преподобный Нил Постник, бывший сподвижником святых отцов, в Синае и Раифе избиенных, память которых совершается 14 января, видя избиение и страдания их от варваров, спрашивал себя, за что они страдают. "Где, — думал он, — блаженные отцы, труды воздержания вашего? Где награда за терпение скорбей? Где венец многим подвигам? Это ли воздаяние вашему иночествованию? Или всуе вы текли на предлежавший вам подвиг? Есть ли справедливость в том, чтобы за добродетель принимать скорбь и чтобы убиваемых вас оставил без помощи Промысл Божий? И вот скверна возымела силу над вашими святыми телесами, и злоба хвалится, что одолела вас." Так в глубокой скорби задавал себе подобные вопросы преподобный Нил. Но он, к своему утешению, вскоре получил на них ответ. "Чего ради, — сказал ему и бывшим с ним спасшимся от меча злодеев инокам израненный и едва дышавший старец Феодул, — чего ради смущает вас пришедшая на нас напасть? Неужели вы не знаете, для чего Господь предает подвижников Своих сопротивным? Не ради ли того, чтобы величайшими воздаяниями вознаградить претерпевших до конца, как и сугубо воздал Иову за то, что он потерял? Но нам, конечно, несравненно больше воздаст, ибо…не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2, 9) и терпящим до конца." (Прот. В. Гурьев. Пролог. С. 152).

865. Добродетельная жизнь флейтиста, которому преподобный Пафнутий уподобился по святости

См. также: Милосердие ; Ревность

После продолжительного подвижничества Пафнутий молил Бога открыть ему, кому бы из совершенных по святости он был подобен. Ангел явился ему и сказал: "Ты подобен одному флейтисту, который живет в городе." Поспешно отправился Пафнутий к этому флейтисту и расспросил у него об образе жизни и его делах. Музыкант сказал ему, что он (как и в самом деле было) человек грешной, нетрезвой и развратной жизни и что недавно перестал разбойничать и сделался флейтистом. Когда же Пафнутий стал выпытывать у него, что доброго сделал он когда-либо, флейтист отвечал, что не знает за собой ничего доброго, кроме того, что однажды, будучи еще разбойником, ночьдо избавил от бандитов одну христианскую деву, которую они хотели обесчестить, и проводил ее до селения. "В другой раз я встретил красивую женщину, блуждавшую по пустыне. Она бежала от служителей градоначальника и от судей из-за того, что муж ее был должен казне, и оплакивала свое странствование, Я спросил о причине ее слез. "Не спрашивай меня ни о чем, господин, — сказала она, — и не любопытствуй о несчастной, но отведи, куда хочешь, как свою рабу. Ибо после того, как моего мужа много раз били в продолжение двух лет за то, что он должен казне триста златниц, и заключили в темницу, а трех моих любезнейших сыновей продали, я скрываюсь бегством, переходя с места на место. Так как меня часто ловили и каждый раз били без пощады, то я брожу теперь по пустыне, и вот уже третий день без пищи." Я сжалился над ней, привел ее в пещеру, дал ей триста златниц и проводил до города. Так я освободил ее с детьми и мужем." Пафнутий сказал ему: "Хотя я не знаю за собой, чтобы сделал что-нибудь подобное, но ты, без сомнения, слыхал, что я славен подвижничеством, ибо не в беспечности провел я свою жизнь. И вот Бог открыл мне о тебе, что ты нисколько не ниже меня по добрым делам. Поэтому, когда Бог так печется о тебе, брат, ты не оставляй своей души в пренебрежении, на волю случая." Флейтист тотчас же оставил флейту и, променяв благозвучие музыкальной песни на духовное сладкопение, последовал за этим мужем в пустыню. В продолжение трех лет подвизался он, сколько мог, проводя свою жизнь в пении псалмов и в молитве. Наконец, почил и перешел на Небо, сопричисленный к ликам святых и чинам праведных. (Лавсаик. С. 189).

866. Добродетельная жизнь старшины селения, который был подобен преподобному Пафнутию по святости

См. также: Ревность ; Страннолюбие ; Целомудрие

Преподобный Пафнутий молил Бога открыть ему, кому из святых он подобен. Был к нему глас Божий: "Ты подобен старшине ближайшего селения." Пафнутий немедленно отправился к нему. Когда он постучал в дверь, тот по обычаю вышел и принял гостя. Омыв ему ноги и предложив трапезу, он просил его вкусить пищи. Когда Пафнутий стал у него расспрашивать о его делах, просил рассказать об образе жизни, поскольку превзошел он многих монахов, как открыл ему Бог, тот отвечал ему, что он человек грешный и не достойный и имени монаха. Когда же Пафнутий настоятельно стал расспрашивать его, он отвечал так: "Я не собирался рассказывать о своих делах, но поскольку ты говоришь, что пришел по повелению Божию, то расскажу. Вот уже тридцатый год, как я разлучился со своей женой, прожив с ней только три года и прижив от нее троих сыновей, которые служат мне по моим делам. Я до сих пор не оставлял страннолюбия. Никто из поселян не похвалится, что он принял странника прежде меня. Бедный или странник не выходил из моего дома с пустыми руками, не получив прежде нужного в дорогу. Не пропускал я бедного, удрученного несчастьями, без того, чтоб не подать ему достаточного утешения. Не был я лицеприятен к своему сыну на суде. Чужие плоды не входили в мой дом. Не было вражды, которой бы я не примирял. Никто не обвинял моих сыновей в неприличных поступках. Стада мои не дотрагивались до чужих плодов. Не засевал я первым своих полей, но, предоставляя их всем, сам пользовался только тем, что оставалось. Не допускал я, чтобы богатый притеснял бедного. Во всю свою жизнь никого не огорчал, никого никогда не осуждал. Вот что, как помню, сделал я по воле Божией." Услышав о добродетелях этого мужа, Пафнутий облобызал его голову и сказал: "Да благословит тя Господь от Сиона, и узриши благая Иерусалима. Тебе недостает еще главной из добродетелей — многомудрого познания о Боге, которого не можешь ты приобрести, если не отвергаешься мира, не возьмешь креста и не последуешь за Спасителем." Услышав это, тот немедленно, не сделав даже никаких распоряжений касательно своего имущества, последовал за святым мужем. (Лавсаик. С. 191).

867. О добродетельной жизни купца, которому был подобен преподобный Пафнутий

См. также: Милостыня

Продолжая неусыпно молиться Богу и еще более подвизаясь в посте, Пафнутий опять молил Бога открыть ему, кому он подобен. И опять сказал глас Божий: "Ты подобен купцу, ищущему хороших жемчужин. Встань же и не медли, — с тобой встретится муж, которому ты подобен." Он пошел и увидел одного александрийского купца. Он был мужем благочестивым и христолюбивым, торговал на двадцать тысяч златниц, имея сто кораблей, и теперь возвращался из верхней Фиваиды. Он все свое имущество и все свои прибытки от торговли раздавал бедным и монахам. С сыновьями своими он нес Пафнутию десять мешков овощей, "Что это, любезный?" — спросил его Пафнутий. Тот отвечал: "Это плоды торговли, приносимые Богу для подкрепления праведных." — "Что же, — сказал ему Пафнутий, — и ты не примешь нашего имени?" Когда же тот признался, что очень желает этого, Пафнутий сказал ему: "Доколе ты будешь заниматься земной торговлей и не примешься за небесную куплю? Предоставь это другим, а сам, когда время так благоприятно, последуй за Спасителем, к Которому немного погодя придешь и ты." Купец, нисколько не отлагая, приказал своим сыновьям разделить между бедными все, что у него оставалось, а сам отправился в гору, заключился в том месте, где до него подвизались двое, и постоянно молился Богу. Прошло немного времени, и он, оставив тело, сделался небожителем. (Лавсаик. С. 194).

868. Лицо у аввы Памво сияло, как молния

Говорили об авве Памво, что, как Моисей получил образ славы Адамовой, когда лице его стало сиять лучами от того, что [Бог] говорил с ним (Исх. 34, 29), так и у аввы Памво лицо сияло, как молния, и он был, как царь, сидящий на своем престоле. Таковы же были и авва Силуан, и авва Сисой. (Достопамятные сказания. С. 228. № 12).

869. Желая быть незамеченным, старец вышел из затвора вечером, но ему предстали два Ангела с факелами и освещали его путь; весь народ сбежался на это зрелище

Поведал авва Иоанн. Некий духовный старец жил в затворе, был знаменит в городе и в окрестностях имел великую славу. Ему было открыто, что один из святых приблизился к кончине: "Пойди простись с ним прежде его отшествия." Старец сказал самому себе: "Если я пойду днем, то стечется ко мне народ и окажет мне великую почесть, лучше пойду вечером, тьма скроет меня от всех." При наступлении вечера с намерением утаиться он вышел из келии, и вдруг явились два Ангела с пылающими светильниками, посланные от Бога, чтоб освещать путь старцу. Сбежался весь город на это зрелище. Сколько думал старец избежать славы, столько был прославлен! Исполнились над ним слова Писания:…всякий… унижающий себя возвысится (Лк. 14, 11). (Еп. Игнатий. Отечник. С. 292. № 28).

870. Чудесный огонь исходил из келии отшельника

"Сделай милость, отче, скажи нам, зачем, по каким побуждениям принял ты иночество?" — спросили авву Палладия. "В моем отечестве (старец был из Фессалоник), — сказал старец, — за три версты от городской стены жил отшельник родом из Мессопотамии по имени Давид. То был муж весьма добродетельный, любвеобильный и строгой жизни. Он провел в затворничестве около семидесяти лет. Однажды ночью стража охраняла стены города от варваров. Воины стояли на стене, обращенной к той стороне, где в затворе жил старец. Вот и видят воины как-то ночью, что огонь исходит из окон келии. Вообразив, что варвары подожгли келию старца, они бросились к нему и, увидев, что старец невредим и келия цела, остановились в изумлении. В следующую ночь воины снова заметили огонь в келии старца, и это повторялось потом не раз. Необычайное явление стало известно всему городу и всей той стране, так что многие проводили ночи на стене, чтобы увидеть дивный свет. Явление продолжалось до кончины старца. Я сам видел это чудо не раз и не два, а много раз. И сказал сам себе: "Если еще в этом мире Бог прославляет Своих рабов столь великой славой, что же будет в грядущем веке, когда лица их просияют, как солнце?" Вот, чада мои, это и было поводом к тому, что я принял иноческий образ." (Луг духовный. С. 85).

871. Авва Силуан был восхищен на Небо и видел Славу Божию

См. также: Слава Божия

Однажды вошел к авве Силуану его ученик Захария и нашел его в состоянии исступления: руки его были простерты к небу. Захария вышел. Потом он приходил в шестом и девятом часу, опять пришел и нашел его погруженным в молчание. "Отец, что с тобой?" — спросил его Захария. Старец отвечал: "Сегодня мне нездоровилось." Тогда Захария пал к его ногам, обнял их и так говорил ему: "Не оставлю тебя, доколе ты не поведаешь мне виденного тобой." Старец сказал ему: "Я был взят на Небо и созерцал Славу Божию. Там стоял я до сих пор, а теперь отпущен." (Еп. Игнатий. Отечник. С. 354. № 3).

872. Посмертная слава праведника

Пришли мы (преп. Иоанн Мосх и Софроний. — Ред.) в селение за шесть миль от Росса. Два мирских старца приняли нас в храме. Селение стояло у подошвы горы. В храме они указали нам каменную плиту. "В этой гробнице, христиане, покоится великий отшельник," — сказали старцы. "Откуда вы знаете об этом?" — спросили мы. "Семь лет тому назад жители этого селения стали замечать по ночам на вершине горы свет как бы от огня. Не звери ли это? — думали мы. Несколько дней мы наблюдали. Однажды поднялись на вершину и не обнаружили никаких признаков ни огня, ни чего-либо опаленного в лесу. Снова ночью видим тот же свет. Так продолжалось в течение трех месяцев. Как-то собрались мы несколько человек ночью с оружием в руках на случай встречи со зверями поднялись на вершину горы, на место, где появлялся свет, и остались там до утра. Утром видим небольшую пещеру: оттуда и появлялся свет, В ней мы нашли умершего отшельника. На нем была влясяница из козьей шерсти и плащ из пальмовых листьев. В руках у него было серебряное распятие. При нем — хартия, на которой было написано: "Я, смиренный Иоанн, скончался пятнадцатого индикта." Выходило, что кончина последовала семь лет назад, а он был точно скончавшийся только сегодня. Мы, подняв его, принесли в церковь и похоронили." (Луг духовный. С. 107).

873. Старца, скончавшегося 15 лет назад, не коснулось тление

В Феополе один из старцев поведал нам: "Однажды по некой надобности взошел я на гору Аман и увидел там пещеру. Войдя в нее, нашел отшельника, склонившегося на колени, с руками, простертыми к небу. Волосы, ниспадая с головы, касались земли. Полагая, что он жив, я поклонился ему со словами: "Помолись обо мне, отче!" Ответа не было. Тогда я приблизился к нему, чтобы приветствовать, но, дотронувшись, увидел, что он уже мертв. Отойдя немного, вижу другую пещеру, вхожу и нахожу в ней старца. "По добру ли пришел, брат? Заходил ли в другую пещеру к старцу?" — "Да, отче." — "Получил ли что-нибудь там?" — "Нет." — "Да уж пятнадцать лет прошло, как старец скончался." А между тем он был в таком состоянии, как-будто почил не более, как за час. Старец совершил обо мне молитву, и я удалился, славя Бога." (Луг духовный. С. 109).