Чтение онлайн

ФИНИТА ЛЯ...

Еще больше смерзелось. Над темными крышами тянулись погасшие тучи. Мы с "альтер эго" лежали на мягком, но колком. И пахло почему-то опять помойкой. Ну и страна! Сплошная помойка!..

Соображение вливалось в меня по частям, отрывистыми толчками, словно водка, если пить ее из горла. На небе мерзели зловонные черные тучи, меж ними рыгала луна, как бездонная яма... Хорошо все-таки быть поэтом! Ответы на все жизненные ситуации давно готовы.

И виноват во всем конечно же я. Входя в последний раз, забыл замкнуть дверь. А может, у Толика был свой ключ. С чувинки-картинки все станется! Короче, это не важно, а важно то, что пора сползать с колкого и расходиться по домам. Занавес опущен. Финита ля...

Я сполз, и оказалось, что мы лежали у мусорки в углу дворика чувинки-картинки. То-то пахло помойкой! А я думал опять от меня. Был я почему-то в плавках, но сила в них иссякла. На свете счастья нет...

У ног захихикал вдруг мой знакомец. Я наклонился к нему. Судя по светлеющему и белеющему, он тоже был голый.

– Что это тебя разобрало?

– Да знаешь... А он ее муж, - выдавило между приступами мое "альтер эго".

– Кто? И чей?

– Да мордатый этот... Толик... Эллочкин муж, разумеется, не твой же... А я его облевал.

– Опять?
– изумился я способностям "альтер эго".

– Да нет, в машине еще.

– Тогда ты не его облевал, - разочарованно вздохнул я.
– Ты любовь мою облевал... А чувинка-картинка, к своему сведению, не замужем.

– Замужем, - уперлось "альтер эго".
– Они на прошлой неделе свадьбу сыграли. Теперь развод, наверное, сыграть придется. После сегодняшнего...

Я чуть не сел. Да, отбилась от рук чувинка-картинка, любовь моя платоническая. На две недельки забросил всего - и уже отбилась. Ладно. С этим мы потом разберемся. И с ее Толиком тоже. Сейчас же пора по домам.

– Пора по домам, - пробурчало мое "альтер эго", вставая на четыре кости.
– Поздно уже... Меня Любка потеряла.

– Меня потеряла любовь, - ответил я.
– Или я ее - поди разберись. Пошли, пока поздно, а то скоро будет совсем рано.

– Пошли, - согласилось "альтер эго", ткнулось мордой в кучу мусора и захрапело.

Будить я не стал. Пусть себе спит. На дворе лето и очень тепло. Все равно я чувствовал, что мне с ним не по пути. И с чувинкой-картинкой тоже, пока у нее этот Толик. А может, и потом. На вечные времена.

Выйдя на середину двора, я вдруг понял, что жизнь прекрасна и удивительна. И стоя посреди двора-колодца, глядя на спящие окна, я крикнул с самого темного дна:

– Люди! Я вас люблю!

Мне никто не ответил. Видно, и эта моя платоническая любовь не страдала взаимностью. Платонические любви, как я давно заметил, взаимностью вообще не отягощены. В наш нервный век никто не хочет любить платонически.

И я пошлепал босиком к себе домой, а в голове вертелись дурацкие смешные строчки: "Вот намяли мне бока - отелок у котелка..." Но повторяя их, я все больше чувствовал, что отелок случился не у какого-то там котелка, а у меня самого.

Финита ля... Занавес!