Чтение онлайн

– Почему?
– поинтересовался мужчина.

– В тот день Кристиан признался, что Бет не просто нравиться ему.

– Он все ещё любит ее, - это было утверждение, а не вопрос.

– Да, - тихо признался Кит.
– Но не это самое страшное для четырнадцатилетнего подростка.

– Тогда что же?
– мужчина не ожидал, что разговор будет таким откровенным, но его порадовало, что замкнутый и немного угрюмый Кит Дуранг, так жестоко избивший девушку, к которой питал не хилую такую симпатию и привязанность, пошел на контакт и начал рассказывать о своих переживаниях.

– В тот день я понял, что не могу без нее, и она мне очень дорога. Вы понимаете, о чем я говорю, Док?

– Вполне, - кивнул Док.
– Удивительно, но с точки зрения науки любовь - это химическая реакция. В Оксфордском словаре она описывается, как интенсивное чувство глубокой симпатии и привязанности к какому-либо лицу или вещи. Серотонин, норадреналин, заставляет нас волноваться, а допамин приносит неимоверное чувство счастья.

Кит оторопел и уставился на мужчину, а Док, будто не замечая удивления молодого человека, как ни в чем не бывало, продолжил:- Исходя из научной версии, есть три этапа любви. Причем у каждого из них есть своя особенность и научное объяснение. Первое - это похоть, то, что мы обычно называем влюблённостью. Пожалуй именно ее ты и Кристиан испытывали по отношению к Элизабет четыре года назад. Другими словами, это состояние, когда нами движут половые гормоны тестостерон и эстроген. Тогда возникает желание постоянно видеть объект обожания, внезапно пропадает сон и аппетит. При виде возлюбленной (го) ладони начинают потеть, дыхание учащается, а некоторые люди начинают даже заикаться. Все это можно объяснить очень простой цепочкой. Гормоны провоцируют мозг на выработку химических веществ, которых я уже упомянул, - мужчина вернулся за стол. Сел. Достал листок бумаги и взял ручку. Затем начал что-то быстро писать и рисовать.
– На втором этапе любви возникает чувство привязанности, сменяющаяся влюблённостью. Два разных гормона контролируют наступившую стадию любви – окситоцин и вазопрессин. Окситоцин усиливает взаимную связь влюблённых, закрепляет её. Он также является одним из веществ, отвечающим за схватки во время родов и процессом оргазма. Чем больше секса происходит у любящих друг друга людей, тем более крепкой является их связь, - Док поднял голову и, внимательно посмотрел на притихшего парня. Кит же напротив, неожиданно покраснел и засмущался.
– Вазопрессин контролирует моногамию. По статистике, лишь только около трёх процентов млекопитающих являются моногамными, то есть спариваются с одним партнёром всю свою жизнь. Люди не являются исключением и постоянно ищут нового партнёра. Количество вазопрессина в коре головного мозга неразрывно связано с верностью партнёра. Путем экспериментов доказано, что если искусственно подавлять количество вазопрессина в организме мужчины, то он быстро потеряет интерес к партнёрше.

– Что-то я сомневаюсь, что это все относится к нам, - Кит не хотел признаваться, но на самом деле ему было очень интересно узнать обо всем, что рассказывал Док.

– Третий этап любви - это выбор партнёра, - улыбнувшись, продолжил Док. Он очень надеялся, что все, что сейчас рассказывает, парень не пропустит мимо ушей, а примет к сведению.
– Как не странно, но он может даже не быть связанным с двумя первыми, или проходить параллельно. Правильный выбор партнёра, с хорошей иммунной системой и наилучшими генами, как известно, залог удачного потомства. При правильном выборе дети будут здоровыми и сильными, а значит, наверняка станут успешными в жизни людьми. Но при выборе вступают в силу уже феромоны. Они входят в состав человеческого пота. Аромат феромона у млекопитающих помогает им найти наиболее сильного и здорового самца. У людей этот процесс происходит практически одинаково. Феромон помогает найти в огромном помещении, в скопление людей единственного и нужного. Запах феромона является уникальным и неповторимым, как отпечатки пальцев. Он ни за что не даст ошибиться.

– Другими словами, - спустя некоторого время проговорил Кит, переваривая услышанное.
– Вы считаете, что Элизабет моя вторая половинка?

– Я не могу это утверждать, Кит, - Док улыбнулся.
– Факты говорят сами за себя. Смотри, - он протянул парню лист, на котором недавно что-то выводил. Кит наклонился и посмотрел на бумагу.
– Это ты, - Док показал на мини рисунок.
– Это Элизабет и Кристиан. Вы держитесь за руки. Как ты охарактеризуешь Криса?

– Как верного, отзывчивого, немного упрямого, но, несомненно, понимающего друга.

– А Элизабет?

Кит вначале побледнел, потом опять покраснел и, снова краска спала с его лица. Удивительно, но именно сейчас Кит вдруг отчётливо понял, о чем говорил Док. С трудом он мог сейчас описать то, что чувствовал тогда и сейчас по отношению к подруге.

– Твои ладони вспотели, дыхание участилось, - приподнял бровь Док, заметив, как изменился Кит в лице.
– Ты все ещё любишь ее, не так ли?

– Я не знаю, что сказать, - Кит развел руками в стороны.
– Я позволил сбежать им. Тогда. Четыре года назад, Док.

– Если не хочешь, - Док откинулся назад, прислонившись спиной к спинке кресла.
– Можешь не продолжать.

– Нет, - Кит прервал Дока.
– Я должен. Мне надо излить кому-то душу. Так почему бы это не сделать сейчас?

– В таком случае я тебя слушаю, - Док встал. Подошёл к двери, повернул ключ в замке и, вернулся в кресло.

– Начни сначала, - попросил Док, когда устроился в кресле.
– Чтобы я мог уловить суть рассказа.

– Док, - Кит слегка нахмурился.
– Перед тем, как начать, я хочу, чтобы все, что расскажу, осталось между нами. То есть об этом никто не должен знать.

– Я понял тебя, - кивнул мужчина.
– Обещаю.

– Я не все смог рассказать дяде, - начал говорить Кит.
– Главное передал вкратце.

– Продолжай.

– Все очень просто. Кода мы встречались, Элизабет всегда целовала нас с Кристианом в губы. Это больше походило на дружеский лёгкий поцелуй. Но этого вполне хватило, чтобы мы оба в нее влюбились. В тот день, - на минуту замолчал, - я не находил себе места. Чтобы самоутвердиться, что лучший и вполне достоин находиться рядом с Бет, решился на безумный поступок. Мысль проникнуть в самое охраняемое здание нашего города, показалась заманчивой. Она не давала мне покоя. А потом наступил тот момент, когда все, казалось бы, продумал до мельчайших деталей, - вновь посмотрел на рисунок Дока. – Проникнуть в «Техсильвер» оказалось проще пареной репы. Только выбраться оттуда стало проблематично.

– Что-то пошло не так? – поинтересовался Док.

– Несколько часов блужданий по многочисленным этажам корпорации ничего не дало, - усмехнулся белокурый парень. – Когда я попытался так же незаметно уйти, как и зашел туда, меня схватили люди Домингаса. Никогда не думал, что такое возможно. Меня допрашивали, как преступника. Пришлось рассказать про брата и подругу. Немного подумав, когда Энрико узнал, что Бет помешана на компьютерах и может сама написать любую программу, предложил спором заманить их с Крисом. Якобы это шутка.

– В чем заключался этот договор? – приподнял бровь Док.

– Мы с Крисом должны были поспорить на желание, - Кит вздохнул.
– Я мол забираюсь в здание корпорации, разведаю обстановку и устраиваю им с Бет путь к отступлению. Сама Элизабет должна была взломать сервер «Техсильвер» и временно его вывести из строя. Если все проходит гладко, Крис остается с девушкой, а я им не мешаю. Такое условие спора. Энрико пообещал, что отпустит нас, но он хочет увидеть, как Элизабет справиться со своей задачей. Посмотреть, так ли она хороша, как описал это.

– Если я правильно понял, Элизабет все-таки хакнула сервер Домингаса? – мужчина постучал ручкой по столу. Потом что-то записал в блокноте, который лежал рядом. Примерно так же, дядя Кита записывал показания парня, когда приходил к нему, желая знать подробности исчезновения племянника.

– Да, - Кит слабо улыбнулся. Четыре года назад это казалось ему маленькой детской шалостью.

– Почему ты согласился? – поразительно, но этот мужчина вполне мог служить в органах, если бы не носил белый халат. Эдакий следователь, психолог и просто врач, в одном флаконе.

– Мне пригрозили, если откажусь, убьют их, - признался вдруг Кит.
– Они пообещали: свалить всю вину на меня, им не составит никакого труда.

– Ясно, - Док задумался.
– Что было дальше?

– Потом провели в помещение, забитое оборудованием. Там сидел молодой парень, как Элизабет, он очень быстро нажимал на кнопки.

– Хакер? – Док оторвался от своих записей.

– Да. Только вот называл себя как-то уж больно мудрёно. То ли аналитиком, то ли как-то так.

– Ты знаешь, как его звали?