Чтение онлайн

– Щенки! – вопила на улице ведьма, обстреливая избушку ведьмовскими чарами и пытаясь снять железную петлю с шеи. – Вы сдохнете там! Вы все сдохнете в этой избе!

Рома изогнулся дугой, заорал не своим голосом, забился в судорогах; Игорь не удержал и ослабил хватку, и Рома съехал по полу к боковой стене. Снаружи что-то ударило по избушке, вниз, туда, где чары оказались слабее. Куриный домик сделал тихое «Кудах», не упал, но сильно качнулся. Даша повисла на подоконнике, а вот Белла отпустила руки.

– Беллс!!! – Даша попыталась ухватить подругу, но та уже упала прямиком в Ромины объятия.

– Даша! На печке! – крикнула Белла, стараясь убраться от Ромы подальше. – Сок цветов вервольфа за трубой, в склянках!

Новая вспышка магии снаружи вновь качнула домик. Игорь выдернул зажатую дверью ладонь, оставив там добрый лоскут кожи, скатился вниз, а потом поймал съехавшую к нему по наклонной поверхности Дашу. Подсадил девушку к печке.

Даша бесцеремонно наступила парню на плечо, потом на голову и влезла наверх. За трубой действительно обнаружился отсек; Даша сунула туда руку, но тут же отдёрнула: пара бутылочек уже успело разбиться от танцевальных «па» куриной избушки – осколки немилосердно воткнулись в пальцы, и алые разводы поплыли вдоль серебристых пятен на Дашиной ладони.

Внизу уже слышалось рычание.

– Быстрее! – закричала Белла, тщетно пытаясь магией скрутить звереющего друга, пока Игорь, обернувшись псом, держал того зубами за горло.

Даша схватила две уцелевших склянки и хотела бросить их Белле, но новая вспышка магии снова качнула избушку. Одна бутылочка выскользнула из рук и разлетелась об бревенчатую стену. Осталась вторая, но в ней так мало…

– Даша!!! – Белла не просто закричала, она завопила от ужаса.

Решение созрело мгновенно. Даша вынула пробку и бросила открытую склянку в своих друзей, обрызгав их светящейся жидкостью, а затем выскребла из-за трубы сок из разбившихся бутылочек. Щедро зачерпнув вязкую субстанцию в ладони вместе с осколками, Даша спрыгнула с печи верхом на почти превратившегося Рому, размазав сок и стекло по его лицу и руке.

Снадобье, кажется, подействовало. Тело Ромы понемногу перестала сотрясать судорога, голубые глаза утратили безумный блеск, изрядно порванная одежда перестала натягиваться на огромных волчьих мышцах. Бобик разжал челюсти, и Рома с шумом вдохнул воздух – человек. Он снова был человеком, хотя полночное «Ку-ку» захлебнулось горьким зельем уже довольно давно.

– Охренеть… – прошептал Рома, вытерев серебристо-ртутное пятно с глаза и смахнув со щеки кровь от порезов. – Так просто…

– Это отсрочка, олух! – заорала на него Белла, перепачканная липким соком. – Беги в коттедж, это всего на десять минут! Изба! Ровно! – скомандовала девушка, и куриный домик принял нормальное положение.

– Осторожнее, ведьма! – Даша задержала рванувшего на выход друга.

Рома выпустил из кольца защитную сферу, зажав её в руке, и пинком ноги выбил дверь, едва не ударив в лоб непонятно откуда взявшуюся Шольцеву. Парень осмотрелся: вспышек магии больше не было. У озера стоял Мамонов, и он насылал на Вайрэт последние фиксирующие чары.

– Что тут происходит?! – Глаза замдиректора метали молнии.

– Да не сейчас, чёрт возьми, дорогу! – крикнул Рома, оттолкнув преподавательницу с пути.

Он спрыгнул с порога и телепортировал, не долетев до земли. Переместился до окраины территории замка, потом триста метров пешком или, как в Ромином случае, бегом, и уже после – непосредственно в коттедж, где парень и должен был превратиться окончательно.

_____

* Седьмая серия советского мультсериала "Ну, погоди!", выпущенная в 1973 году.

Остолбеневшая Шольцева осмотрела погром, царящий в куриной избушке, взглянула на громадную чёрную псину, сидевшую на полу с перебитой передней лапой, и на сопли Оборотнического зелья, капающие зверю на загривок с кукушки сломанных часов. Сделала шаг вглубь комнаты – под ногами затрещали осколки разбитой посуды, и тапочки с помпонами поехали по рассолу из разбитой кадки с огурцами.

– Осторожнее. – Белла откинула от себя ножку сломанного стола и вынула из слипшихся от сока волос пучок сушёного зверобоя. – Здесь не прибрано…

– Не прибрано? – Шольцева круглыми глазами посмотрела на Беллу. – Не прибрано?! Аванисян, это единственное, что вас смущает?! Воронцов, вылезайте немедленно из собачьей шкуры, пока вас кто-нибудь не увидел! Голубева… Голубева!

Даша выплюнула перья от разорванной Ромой подушки. Порезанные ладони горели и чесались от сока.

Преподавательница попыталась, впрочем, безуспешно, взять себя в руки:

– Скажите мне на милость, почему именно ваша компания всегда вляпывается в какой-то ужас, связанный, если не с чудовищами, так обязательно с тёмной магией?!

Проректорша явно готовилась ко сну, перед тем, как попасть сюда: белый халат, длинная шелковая ночная рубашка, волосы, заплетённые в косу. Даша уже видела однажды подобное зрелище, но сейчас вид Шольцевой был скорее испуганным, чем сонным или, уж тем более, смешным.

– Почему, когда я смотрю в окно, чтобы насладиться лунным пейзажем, я вижу дом Рады и ведьму, обстреливающую его проклятьями? – продолжала кричать Шольцева. – Что тут вообще происходит?!!

– Марина Вадимовна. – Игорь обратился человеком. – Вы не поверите.

Эта ночь будет долгой, Шольцева так просто не отстанет.

***

– Тшшш, полегче!

– Ох, и любишь ты жаловаться! – Даша не отдёрнула руку от Роминой спины, когда парень зашипел от боли. Только зачерпнула из баночки ещё немного тёмной, пахнущей дубом и можжевельником мази, осторожно, но уверенно растирая её по обожжённой коже.

– Легко тебе говорить, – глухо пробурчал Рома, вжавшись лицом в подушку. – Не тебя вчера ночью утюгом прижигали!

– А что, нормальная отсрочка! – Игорь сидел на соседней койке в Роминой больничной палате и магией чистил апельсин. Регенерирующие заклинания сработали на нём, как бешеные, и переломанная кисть левой руки почти срослась, но вот ободранные пальцы отекли и всё ещё оставались до ужаса неловкими. – Можно практиковать периодически.

– Только через мой труп! – Рома поднял от подушки лицо. Оно было в красных пятнах, мелких волдырях и коротких, но глубоких порезах, а правый глаз, в который ночью попал сок, скрыла повязка. На шее парня багровели синяки от клыков. – Никогда больше, только вот если реально кому-то будет грозить смертью! Вервольф без сознания – смешно просто!

Полнолуние редко проходило легко, но в этот раз парню досталось по полной. До коттеджа в лесу он добрался вполне успешно, запечатал дверь и даже успел снять кольцо и куртку. А потом рухнул на пол прямо в коридоре и начал превращаться. Да как! Серебристые пятна на коже жгли калёным железом, их невозможно было стереть, а глаз, залитый соком, пузырился и кровоточил. Боль была такой, что едва превратившись, Рома тут же отключился, так и пролежав на полу всю ночь, в обличье большого белого волка, и не придя в себя даже во время утреннего превращения.