Отказавшийся от имени
Шрифт:
— Ты, правда, так думаешь? Может, ты перестанешь врать себе и всем здесь присутствующим хотя бы сейчас? Если нет, то ты рискуешь проиграть и не только ты.
— Тогда чего нам стоит убежать? Выбить окно или дверь? — Высказали такую же умную мысль «Рукавицы».
— Я бы на вашем месте сначала выслушал правила, а уже затем совершал необдуманные поступки.
Здесь точно что-то не так. Но я пока не знаю что.
С каждым его, словом становится не по себе, и думаю так не я один. Фигура не угрожает нам. Можно даже сказать, что если бы его не было, то ничего бы не изменилось, просто вместо этого мы слушали либо кого-то другого, либо его хозяина, а может даже просто запись с правилами. Но его голос… его голос создаёт впечатление того, что это он сам придёт по наши души как ангел-смерти. Я посмотрел на лица других. Их эмоции говорили сами за себя. Ярость, гнев, отчаяние, смятение, недовольство, замешательство. Но, все эти эмоции скрывают за собой лишь страх. Здесь просто сборище трусов. Все боятся за свою жизнь. Боятся настолько, что надевают маску смелости для того, чтобы себя обнадёжить.
Глупцы те, кто думают, что страх преграда, страх самый сильный мотиватор испокон веков. Благодаря страху люди и приобрели всё то, что у них есть сейчас. А надевая маску бесстрашия, они лгут другим, но ведь себя не обманешь. Сейчас главной преградой для них является именно это. В отличие от них, я прекрасно понимаю всю суть страха, но сейчас я не боюсь. Я сосредоточен и смотрю на всё со стороны. Я не принадлежу этой ситуации. Эта ситуация принадлежит мне. Не она ведёт меня. А я веду её. Самоуверенно скажите вы и окажетесь правы. Но, без уверенности в таких вещах иногда бывает трудно не сойти с ума. Будучи на эмоциях я лишь всё испорчу. Этим я также отличаюсь от других. Так что для меня, все здесь без исключения присутствующие, абсолютные…
— Хи-хи. — Тихий смешок послышался справа от меня. Обернувшись, я застыл в удивлении. Девушка, которая на вид казалась просто ребёнком, а на деле оказалась умной, но слегка грубоватой приставалой. Расплылась в идентичной той «Фигуре» на экране, улыбке.
Так. Не терять хладнокровия. Нужно подумать… Но я не в состоянии… Мои руки дрожат и не слушаются меня… Я застыл на месте… Я не могу отвести взгляд, все, что я сейчас могу это моргать… Я уже даже не могу посмотреть на экран, что бы на нём не творилось я не смог бы посмотреть туда, даже если бы захотел… Я смотрю лишь на эту улыбку… Она полностью захватила меня… Я чувствую, как моё дыхание учащается… Кажется, оно сбилось… В штатных ситуациях, в романтических фильмах главный задавала действа, сказал бы «Да ты кажись, влюбился», но, это, к сожалению не романтический фильм. Неужели это вижу только я? Но я не могу проверить, видит ли кто ещё. Я не могу оторвать взгляда. Сколько времени уже прошло? Долго я так пялюсь? Меня не заметили? Они не подумают что это жутко? Почему меня заботит, что они подумают? По ощущениям прошло минут десять, но думаю в реальности не так. Я потерял хладнокровие… почему? Почему со мной такое происходит? Что это? Неужели… Это страх… разве не я сам говорил, что страх это даже хорошо? Тогда почему мне так плохо? Я потерял самообладание… От сосредоточенности не осталось и следа… Её будто и не было… И только одно сейчас может мне помочь её вернуть.
Имя… Нужно назвать имя… Нужно… найти… имя…
Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя. Имя.
— «…»
Вот оно. Я нашёл его.
…
Вернувшись в реальность, я резко отвернулся от девушки и направил свой взор на экран. Похоже прошло несколько секунд после того как я «завис» на ней. Одно радует, меня никто не заметил. Но и ей тоже никто ничего не сказал, что значит, что её также никто не заметил. Что это было?
— Нус, что же, с вашего позволения я примусь рассказывать о правилах игры. — Всё с той же улыбкой на лице вежливо заговорила фигура.
— Постой, ты говорил, что у тебя есть хозяин. И где же он тогда? Если мы умрем, то дай хотя бы увидеть ту гадину что притащила нас сюда! — Хоть и грубо выраженную, но хорошую мысль высказали «Рукавицы», он прям генератор хороших идей. Прошу прощение за то, что оценивал вас по внешности, я свою ошибку понял.
— Ты узнаешь все, что нужно из правил и о моём хозяине тоже. «…». Вы слишком не терпеливы.
Если я хочу в этом разобраться нужно, избегать опасных моментов и внимательно расслышать и понять правила. Нужно сосредоточиться. Но почему я должен это делать? Разве я не заслуживаю наказания? Разве смерть не будет моим наказанием?
Нет! Надо откинуть эти мысли! Ещё не время!
Вдох…Выдох…Вдох…Выдох…Вдох…Выдох…Выдох…Вдох…Выдох…Вдох…Выдох…Вдох…Выдох…Вдох…Выдох…Вдох…Выдох…Выдох…Вдох…Выдох…Вдох…Выдох… «…».
Я готов… Что бы ни случилось… Я готов… Я. Сосредоточен.
— Итак…
Глава 4: День первый. Готов ли я следовать этим правилам?
Повинуясь правилу, я не выбираю. Правилу я следую слепо. Людвиг Витгенштейн
— …правила таковы…
Готовясь слушать правила, которым нам предстоит слепо следовать, все слушали настолько внимательно, насколько у них хватило сосредоточенности. Кто-то устремил свой взор прямо на экран, навострив уши и доведя мозг до режима полной боеготовности к выполнению размышлений. Другие же потеряли самообладание и склонили голову, наверняка думая, что им жить осталось недолго, но, уши они не закрыли, может они и сдались, но инстинкты твердят им:
«Ты должен выжить. Не смей закрывать уши. Ты не можешь умереть здесь, таким образом. Ты не знаешь, что будет потом. Ты ещё так много не сделал». Оставшиеся же, похоже, смирились с их участью, им не приказывают инстинкты, они не боятся за свою жизнь, им просто хочется вернуться домой и больше ничего их не заботит.
— У вас в распоряжении огромное здание, в нём двенадцать жилых комнат для каждого из вас. Есть зал, кухня, читальный зал, зал для собраний, две ванные комнаты, баня, подвал, чердак изолятор и комната палача, также кроме них есть и другие. Вы вольны перемещаться относительно свободно. С этого момента все закрытые двери, будут открыты. Вы пробудете здесь десять дней. Готовить вы для себя будете сами, никто за вами ухаживать не собирается, на эту роль уже выбран человек. Кстати об этом. У каждого своя роль. И это можно понять по вашей одежде. — В этот момент он посмотрел на «Подстилку» и неслышно цокнул языком. Если кто-то не знает своей роли я после того как объясню правила выведу их на экран. Также как вы заметили в ваших сумках лежат предметы. Они относятся к вашей роли и пригодятся вам, поэтому не теряйте их, за их утерю вам ничего не будет, но всё же ваши шансы на выживание снизятся.
Роли таковы: Палач, судья, детектив и его доверенное лицо, дворянин и полицейский, повар, прислуга, садовник, врач и секретарь. Кроме этих ролей есть ещё дополнительные, так называемые пассивные роли, они не афишируются, их знают только те, кто их исполняет, эти роли: Вор, лазутчик, заместитель повара, наследник, заместитель полицейского, ключник, заместитель палача. Все они действуют в определённый момент и при определённых условиях. Также есть пассивная роль убийца, думаю, её суть вам ясна. У каждой роли свои задачи и возможности о них вы узнаете, посмотрев на экран в своей комнате.
Как то это легко… Убийца… ДВОРЕЦКИЙ!
— Также в ваших сумках лежат игральные карты. Попрошу достать их.
После того как все достали свои карты я закончил свой список, он получился таким.
Валет пик — «Личность».
Червовая Дама — «Подстилка».
Десятка треф — «Рукавицы».
Восьмёрка пик — «Недотрога».
Червовый король — «Сорняк».
Бубновая двойка — я.
Червовая шестёрка — «Шестёрка».
Туз пик — «Принц».
Бубновая тройка — Девушка.