Чтение онлайн

— Две серебрушки! Вот же... — с досадой проговорила Дерси, на голубом глазу подслушавшая разговор. — И все потому, что нас некому защитить. Даже слуг нет. И по виду вы, как есть, отказная. Кто ж законную жену одну отпустит? Без мужского сопровождения нам не стоит и носа из кареты высовывать. Кучер? Ему к послезавтрему нужно вернуться в замок. Потому, госпожа, надобно мальчишку отправить хозяину и самим поспешить к порталу.

Я скрипнула зубами от злости. Как назло Габби только заснул и спал с улыбкой младенца. Рядом на кровати прикорнула Алисси. Лисичка дремала, чутко двигая ушами.

— Неужели нет на него никакой управы? Габби ведь ему не раб!

— Не раб, — согласилась Дерси. — Но он согласился служить хозяину и может уйти только при его позволении.

— И договор такой есть?

— Договора может и не быть, — терпеливо пояснила служанка. — Но естьслово. Любой судья после проверки ведомственного мага подтвердит, что оно было сказано. Правда...

— Рассказывай, — нахмурилась я.

В голове зрела мысль: нужно забрать Габби с собой. Уж на зарплату я ему как-нибудь наскребу. Или заставлю Феникса платить за мальчишку, это ведь с его легкой руки (и лапы Эллис) я приобрела капризную зверушку.

— Письмовница, — деловито сообщила Дерси, — можно вызвать через нее вашего поверенного.

— Этого предателя? Разве он еще мой? Я думала, теперь, когда я нищая...

— Заплатить ему придется, — предупредила служанка, — но если вы господина эльфа не увольняли, так он до сих пор у вас на службе.

Под присмотром Дерси я написала пространное и жалобное письмо своему поверенному. Звали господина эльфа, как выяснилось, Николелем О'Дулли и явился он пред мои очи через несколько часов... виртуально, соткавшись в полупрозрачную фигуру посреди комнаты.

— Лично присутствовать не могу, — туманно извинился эльф. — Однако дело не стоит выеденного яйца. Я тут просмотрел архивы, — О'Дулли указал за спину, где громоздились толстые пожелтевшие папки, — и нашел несколько прецедентов.

При виде голограммы юриста, владелец гостиницы, вызванный на разговор, как-то сник и погрустнел.

— Что же вы не сказали, что... — полугном махнул головой в сторону законника, вдохновенно заносившего материалы дела во внушительных размеров гроссбух.

Что полугном имел в виду, я не поняла, только пожала плечами. Нужно было сразу предъявить ему собственного юриста, что ли?

Вопрос решился очень быстро. Оказалось, О'Дулли отыскал какой-то прецедент, лет триста назад поправкой внесенный в местный свод законов, по которому любой работник мог покинуть своего хозяина, если тот не выдавал ему в день кусок сыра и каравай хлеба.

О каравае и сыре Габриэль и слыхом не слыхивал. Никто уже давно этот закон не соблюдал. Однако поправка есть поправка, и вечером наш новыйфоксситтер (*)уже тащил Алисси на прогулку.

(* англ. – по аналогии с бейбиситтер и кэтситтер – нянька для ребенка/кошки)

Однако мне требовалось уладить несколько формальностей. Я все-таки заплатила хозяину гостиницы серебрушку, проведя ее в моем блокноте для ведения домашнего бюджета как взятку. В конце концов, нам не улыбалось искать другое место для жилья уже перед отъездом. Полугном вроде как признал нашу победу и смирился.

— Гонорар вам заплатит мой бывший муж, — заявила я О'Дулли. — Я тоже тут немножко почитала... посчитала… поспрашивала... навела справки. По Кодексу Измененных Гидеон должен был обеспечить меня слугами. Но не обеспечил.

— Слуги ждут вас в новом доме, — попробовал протестовать законник.

— Не вешайте мне вермишель на уши, — попросила я его. — Налицо разночтение условия. Нет слуг – есть нарушение. Мы можем спорить по этому вопросу сто лет и создать новый прецедент. В ваших же интересах немного ускорить процесс и получить оплату.

Голограмма кисло кивнула.

— И не спешите увольняться, — предупредила я. — Впереди еще столько всякого... интересного. Взять хотя бы наш с мужем спор. Это ведь тоже юридический случай, еще мемуары напишете.

О'Дулли вздохнул, поклонился и исчез. Кажется, это означало «А куда я денусь с подводной лодки»?

Деться юрист, конечно, никуда не мог. Но как-то слишком легко он согласился.

Утром внезапно выяснилось, что мне без моего законника никуда.

До голограммы, вернее, мемо-обскуры, как здесь называлась передача изображения и звука на расстоянии, эльф не снизошел, поэтому мы ограничились эмоциональной перепиской через письмовницу.

Для отправки и получения сообщений использовался особый лист плотного пергамента. Жаль, что каждое следующее послание стирало одно предыдущее – скриншот не сделаешь и ничего потом не докажешь. Хотя если тут у них фиксировались устные клятвы, то почему бы не предположить, что переписка тоже могла храниться на каких-нибудь магических серверах.

—Посоветуйте хороший ломбард, — написала я, проявив внезапно недюжинное умение вырисовывать у местных букв крючки и закорючки.

—Цель?

— Продать драгоценности.

— Смею напомнить, что по закону Измененных ни одна вещь, принадлежавшая супругу отказной жены, не может...

Сообщение еще писалось, но я подглядывала в щелочку шкатулки и выхватила пергамент до того, как О'Дулли окончательно осквернил его своими неприличными намеками.

—Да знаю я, знаю! Это мои украшения. Личные!

— Лавка Гогзли Смита, улица Пастухов.

В конце фразы эльф поставил крупную красочную точку, но намек прошел мимо меня.

—Вы можете за него поручиться?

— Я вам его посоветовал, этого достаточно, если знать мою репутацию.

— Я-то как раз знаю.

Хлопала крышка шкатулки, беседа продолжалась. Эльф начал что-то подозревать:

— На что вы намекаете?

— Ничего такого.

— Я вам только что помог.

— Но до этого позволили мужу обобрать меня до нитки.

— Я действовал по закону.

— Предположим. Если меня обманут в этой лавке, виноваты будете вы.

— Почему я?!

— Вы дали адрес. Откуда я знаю, может, у вас сговор с ее владельцем?