Чтение онлайн

Искал на форумах маршруты для сталкеров и даже говорил по телефону с одним из них. Он предложил провести меня в ЧЗО бесплатно и пешком, через сорок пять километров пересечённой местности. Но я вежливо объяснил, что столько ходьбы не переживу, и зашёл на сайт-организатор официальных экскурсий в Припять.

«Поселение в чернобыльскую гостиницу, фотосессии, смотровая площадка». Да только и шагу в сторону ступить нельзя. Я прикинул, смогу ли убежать от сопровождения, выждать момент и затеряться в высокой траве или между деревьями. Затеряться, может быть, и получилось бы, но потом меня бы огласили в розыск. На форумах в красках описывали, какими строгими и упорными бывают гиды (и Ваня тому пример).

Подвернулся, к слову, ещё один вариант проникновения: ежегодно 26 апреля руководство ЧЗО разрешало родственникам ликвидаторов возвращаться в Припять на поминки. Они приезжали на КПП, предъявляли документы, что жили раньше в ЧЗО или потеряли кого-то во время аварии на ЧАЭС. В теории пускали только их, но сталкеры писали, что уже к полудню проходили все желающие даже без бумаг. Но и тут ничего не выгорело! Попасть в ЧЗО разрешали на машине, не пешком.

Тогда я и нашел Славу.

Он молчал, и я стащил себя с одеяла, чтобы встать рядом. Украдкой рассматривал его руки, шею, из-под майки выглядывал край серебряного крестика.

– Ты бывал в парижских катакомбах?

– В парижских катакомбах? Первый раз о них слышу, – признался я, ловя взгляд Славы в отражении. – Они как-то связаны с Припятью?

– Нет, конечно. Но, как и в Припять, туда лучше идти одному.

– Расскажи, что там?

Он уселся на кровать, и я неуклюже переместился к краю своей, отзеркалив его позу.

– В восемнадцати метрах под землей хранятся кости шести миллионов, кажется, местных жителей. Их перенесли туда из кладбища.

– О господи, зачем?

– Чтобы освободить место для новых трупов.

Я представил Славу, бродящим по темным коридорам с костями, черепами и гнилостным запахом смерти. Если бы мне повезло поехать в Париж, я бы ни за что не отправился в такую экскурсию. Предпочел бы сомнительной компании мертвецов горячий кофе и фирменный французский круассан. Но до Припяти я даже за пределы Киева не выезжал. Все время планировал. О да, планировать у меня получалось шикарно. Да только дальше наполеоновских планов в голове я не продвинулся ни разу. А Славе… Что ж, стоило признать, ему даже шли рассуждения о местах, куда бы ни сунулся ни один нормальный человек.

– А где страшнее, тут или там?

– Тут.

То ли на моём лице отразился скептицизм (где Чернобыль, а где катакомбы с костями), то ли Слава умел читать мысли, но он положил локти на колени и перешел на тон человека, рассказывающего про привидений.

– Думаешь, не страшно? Давай по порядку, – он загнул большой палец. – Крупные хищники. Рысь, волк, возможно, медведи. Относительно последнего не уверен, но… Как минимум в белорусской части зоны они есть. Мало того, что животным под силу тебя банально сожрать, они могут быть носителями бешенства. Не будем забывать о типичных, но тоже опасных гадюках и шершнях.

– Слушай, я…

– Излучение, – второй палец. – Ранжирование зоны в принципе даёт адекватную оценку опасности, но случайно получить дозу можно в самых чистых местах. Кто-нибудь бросит деталь от техники на дороге, а окажется, что она находилась в грязном помещении с вещами ликвидаторов, – продолжал Слава. Я даже дыхание задержал, смотря в его глаза-угольки. – Полиция. Разумеется. Даже если ты обойдёшь КПП, можешь попасть на оперативное подразделение. Работа у них такая, ловить сталкеров. Есть вероятность познакомиться со спецназом поближе, если засветишься. А засветиться легко. Кажется, что никого нет, а потом в Иванковский районный суд через отдел МВД в Чернобыле.

– Слава.

– Нелегалы, всякий сброд, – он сжал кулак полностью. – О них тоже помни. От охотников за металлом до грибников и браконьеров. Как говорил Арсеньев, всегда надо рассчитывать на возможность встречи с дикими зверями. Но самое неприятное – встреча с человеком, – край его верхней губы приподнялся. Я скользнул по ней взглядом и вернулся к глазам. Я про себя молил бога, чтобы завтра Слава пошёл со мной. Просто идём со мной, пожалуйста. Не бросай меня. – Нелегалы непредсказуемы. Однажды они едва не сдали нас, а в другой раз целились в нас из винтовок…

– Кошмар, а почему они…

– И последнее. Видишь, мне даже пальцев одной руки не хватило. Зона – пустынная и незаселённая территория. Провалишься в колодец? Никто не поможет. Попадешь в выгребную яму? Никто не услышит. За столько времени все углубления так травой заросли, что и не увидишь сразу. Ну и капканы, петли и ловушки браконьеров тоже опасны. Трясины, болота… Перечислять можно долго.

– Спасибо, ты шикарно справился с заданием отбить у меня желание вообще выходить завтра в город. Слава, ты крутой, – нервно произнес я.

Впервые на моей памяти у Славы на лице появился намек на улыбку.

– Ты забываешь одну важную деталь. Ты будешь в безопасности с проводником.

– Ты не дашь мне попасть в неприятности?

– Нет, Александр, я тебе не дам, – посмеиваясь, он улёгся на кровать, включив над своей частью светильник.

Почему он называл меня Александром?

Что за странная привычка? Ваню-то он Ваней и называл, даже не Иваном. Я думал над этим, натягивая на себя темно-синие штаны и черную кофту.

Слава в мою сторону даже не смотрел.

Потянувшись к телефону, я зашёл в интернет. Со слабеньким вай-фаем написал парочку твитов («Попали под радиоактивный дождь в Чернобыле. Шучу, но погода всё-таки испортилась», «Тут дико жутко, я серьёзно») и загрузил несколько фоток в Инстаграмм. Я не скрывал от друзей, что отправился в зону. Более того, надеялся, что они будут долго и упорно расспрашивать меня об этой странной местности, и я похвастаюсь храбростью.

Конец ознакомительного фрагмента.