Чтение онлайн

Гинеколог захотела меня осмотреть, что я позволила ей сделать. Осмотр нужен был больше ей, чем мне: я и так знала, что всё хорошо. Она сердилась, что я не ходила на последние консультации и на УЗИ перед родами, и была очень раздосадована, что у меня всё в порядке и что некоторые рожают как кошки. Ей было совершенно невдомёк, что мною для этого была проделана определённая душевная работа. Уходя, она ещё раз пригрозила сепсисом. На самом деле, ею двигал инстинкт самосохранения. Она прекрасно понимала: когда все начнут рожать дома, её профессия в том виде, в каком она есть, и она со своим мировоззрением станет не нужна. Мне самой однажды было страшно услышать от коллеги, что мы можем оказаться не у дел в тот прекрасный день, когда абсолютно все станут здоровыми. В то время я ещё не могла представить себе другого образа жизни и пыталась как-то оправдаться, понять, чем я смогу заниматься и на что жить, если болезни вдруг исчезнут. Сейчас я вижу постепенный переход, где врачи и остальные люди помогают друг другу самосовершенствоваться, взрослеть и становиться счастливыми. От врачей это требует переосмысления своей роли, но и люди не должны смотреть на врача так, как будто он должен взять да и выложить им здоровье на блюдечке с золотой каймой. Есть очень много поистине хороших врачей, спасающих жизни. Пока мы зависели друг от друга – и это тормозило наше развитие. Со временем все научатся самостоятельности.

Зачатие, роды и дальнейшая жизнь полностью перестанут быть объектами медицинского наблюдения и вмешательства тогда, когда все родители научатся любить друг друга, станут жить в единстве с природой, потому что все живущие в пространстве Любви здоровы. До тех пор, пока не закончилось формирование этого пространства, люди могут помогать друг другу советом или действием. К кому в таком случае обратиться за помощью – врачу, психологу, подруге или духовному акушеру, каждый выбирает сам, с учётом своего внутреннего состояния. Среди моих предков были повитухи, и, анализируя то, что мне рассказывали, я пришла к выводу, что даже самые известные акушеры только приближаются к пониманию того, что знали и умели эти женщины. В детстве я воспринимала рассказы бабушек и тётушек как какие-то волшебные сказки, не до конца веря в то, что это было на самом деле. За короткое время родовспоможения они помогали матери и ребёнку, укрепляли семью, включая в родовой поток всех её членов, помогали изменить к лучшему судьбу и мировоззрение родителей, будущее их чада. Не все врачи признают возможность подобных явлений. Но там, где бессильна сухая наука, всегда выручает любящее сердце. А самыми лучшими целителями, людьми, которые могут гармонизировать отношения в семье и наладить родовой поток, являются сами родители. Кто как не они могут лучше всего понять, что им нужно для полного счастья и как этого достичь?

С огромной радостью могу вам поведать то, что и в наше время есть семьи, которые создали гармонию, своё пространство Любви. С каждым годом их становится всё больше. Уверена, что вы тоже относитесь к их числу (или успешно движетесь в этом направлении – иначе не держали бы сейчас эту книгу). И пусть некоторые из этих семей пока живут в городских квартирах – настанет день, когда и у них будет своя земля, своя малая Родина. Главное – уже есть семечко Любви, которое они посадят на этой земле и которое расцветёт пышным цветом. Уже сейчас в этих семьях растут здоровые и счастливые дети.

Мы распрощались с делегацией врачей и вздохнули. Но оказалось, что первую атаку мы выдержали для того, чтобы буквально через час встретиться с завпедиатрией. Общение на этот раз было мирным и доброжелательным, я написала все нужные отказные: от введения противостолбнячного анатоксина и всего того, что вводят тем, кто рожает не в больнице, от вакцинации, разрешив проводить все запланированные на дому осмотры. Она пообещала, что выдаст справку, и мы распрощались.

Справку мне так и не выдали… Она была не нужна!!! Согласно существующему в ЗАГСе правилу № 14 п. 3 для регистрации ребёнка, «рождённого вне медучреждения», достаточно заявления матери и одного свидетеля, подтверждающего, что сие дитя действительно ею рождено, а вовсе не украдено где-нибудь.

С врачами детской поликлиники, женщинами очень милыми и симпатичными, у нас установились хорошие взаимоотношения. Они сказали, что мой сын был вторым младенцем в Новоалтайске за последние десять лет, рождённым дома и не отправленным в больницу. Им действительно было интересно наблюдать, как развивается домашний ребёнок. Медсестра Мария Ивановна забегала на мой пятый этаж даже тогда, когда официальный патронаж был закончен. Она женщина опытная, светлая, и мы с удовольствием с ней общались.

Если многие врачи не знают, как должен выглядеть новорождённый, тем более они не знают, как он должен себя вести. Они видят детей только в изменённых, неестественных условиях. Это то же самое, что наблюдать жаворонка в клетке и делать вывод, что эта птица петь не может. Даже у Аршавского, думающего, талантливого педиатра, я читаю: «Чем громче крик, тем полноценнее первые внеутробные дыхания, а значит, тем сильнее выражен рефлекторно возникающий мышечный тонус» [7] .И много подобного бреда. В книге французского акушера Фредерика Лебойе наряду с потрясающе красивыми описаниями есть места, вызывающие у меня такое неприятие, что тошнота подступает к горлу: там, где он пытается воспроизвести чувства ребёнка при рождении и перед ним. И опять же про крик: «Важно даже, чтобы крик был, что мы называем хорошим. Звонким и сильным…» [8] Придумывается масса объяснений, почему дети орут при рождении, одно другого неправдоподобнее: начиная с того, что так раскрываются лёгкие или голосовая щель (можно подумать, что до этого она была застёгнута на «молнию»)…

Ни один новорождённый зверёныш не издаёт истошный вопль в момент своего рождения. Во всяком случае я за всю свою многолетнюю практику не слышала. Как не слышали и те ветеринары, с которыми я разговаривала на эту тему, в их числе работавшие на фермах. Зверята сопят, попискивают, а кричать начинают много позже, ощутив чувство голода, если рядом нет мамы. Для ребёнка же вопль ужаса считали обязательным. Как и чем можно напугать маленького Человека, чтобы он кричал от страха, лишь только увидев свет? Наверное, холод и бездушие больничной атмосферы дети чувствуют намного острее взрослых.

Саша закричал сразу, не успев даже до конца родиться. Тогда для меня было большой радостью и облегчением услышать его крик: закричал, значит, живой, значит, всё в порядке. Но что это за порядок, где Человек испытывает страх уже в свои первые мгновенья? Ваня, как и другие домашние дети, щебетал, как птичка, и это совсем не помешало нормальному раскрытию лёгких. Сейчас он при желании перекричит оперных певцов, когда его посещает муза и он проводит свои «распевки». Нормальному раскрытию лёгких препятствует раннее перерезание пуповины, когда резко прекращается поступление крови из плаценты, малыш вынужден делать судорожный вдох, и лёгкие «обжигаются». Дитя, рождённое в радости, чувствует блаженство. Об этом говорили и в древнем Китае: «тот, кого переполняет неиссякающая благодать, святой, совершенный, – похож на новорождённого ребёнка». Если роды прошли в гармонии, схватки и потуги были естественными, младенец улыбается с первых мгновений. Его улыбка и взгляд совершенно осознанны, полны божественной мудрости. По этому признаку можно в одну секунду отличить ребёнка, рождённого естественно, в любви и радости. «Младенческий», обращённый внутрь себя, незаинтересованный взгляд у ребёнка свидетельствует об отсутствии гармонии в родах и после них, возможно, у таких детей просто не хватает сил на то, чтобы сфокусировать взгляд и проявить интерес к жизни. Домашние дети – живчики, активные и жизнерадостные.

Пока ещё существует очень много мифов насчёт новорождённых, вызванных тем, что в последнее время врачи наблюдали их только в неестественных больничных условиях. Ну, во-первых: у домашних детей не бывает желтухи, они не теряют в весе в первые дни после рождения, а если и теряют, то очень незначительно. На мой взгляд, это происходит потому, что у ребёнка сохраняется нормальный ОЦК (объём циркулирующей крови, есть у врачей такое понятие), от сохранения этого объёма зависит очень многое, работа всех органов, мозга, его устойчивость к физическим и психическим раздражителям. Ребёнок, которому рано перерезали пуповину, недополучает больше 100 мл крови, а это всё равно, что 1,5–2 литра для взрослого человека, ведь он весит около трёх килограммов, раз в двадцать меньше взрослого. Малышей вынуждали обеспечивать этот объём за счёт внутренних резервов организма, как верблюдов, вынуждая расставаться со своими запасами и терять в весе. Но за счёт жировых отложений можно восполнить в основном запасы жидкости, а такая вещь, как форменные элементы крови, восполняется намного труднее, впоследствии могла возникнуть анемия. Когда не торопятся отделить малыша от его детского места, он не только сохраняет нормальный цвет кожи, но и становится устойчивым к внешним воздействиям.

Второй миф – что всех детей нужно держать столбиком, чтобы они отрыгнули воздух после кормления. Сколько в своё время я ни пыталась держать Сашу столбиком, он не отрыгнул воздух ни разу. Ваня – несколько раз за всё время. Сперва я думала, что может как-то не так держу, раз они не отрыгивают, потом поняла, что это связано с определёнными привычками при еде и развитием брюшного пресса. Позже прочитала у Виилмы, что малыш заглатывает воздух во время кормления только тогда, когда мать или кто-то из присутствующих низводит любовь к оцениванию ребёнка. Если учесть роль Души и мыслей в состоянии физического тела, это очень даже вероятно. Кроме того, привычка заглатывать воздух может выработаться тогда, когда мама куда-то спешит и не даёт ребенку достаточно времени для того, чтобы он смог наесться, когда мама и малыш излишне напряжены. Мне кажется неудобным для обоих, если малыш заснёт сладким сном у маминой груди, а она будет вынуждена его будить, чтобы освободить от воздушного пузыря. Когда Душа матери здорова, с животиком у ребёнка полный порядок.

Аршавский сотрудничал с семьёй Никитиных, помог огромному числу детей, и всё равно многого не знает. Не знают другие талантливые врачи… Так кто же знает? Родители – когда они доверяют своей интуиции. Конечно, интуицию нужно развивать.

Когда Ваня успел пописать первый раз, мы не поняли – долго были в ванне. Скорее всего, сразу после рождения. За сутки он успел это сделать раза два или три, меконий (первородный кал) отошел к вечеру. Первые несколько дней кал был с примесью мекония, консистенции и цвета густого дёгтя, день ото дня становясь всё светлее. Отстирывался он трудновато, пелёнки нужно намылить, залить горячей водой и дать постоять – всё отойдёт само.