Чтение онлайн

как я уходила с этим мужчиной?

Ой, ужас!

Натянув одеяло до шеи, я пару раз ткнула его в плечо. Он передвинул руку,

лежавшую на моей ноге с пальцами, непрочно разместившимися на передней части моего

бедра, как только я села, немного слишком близко к моей прилежности. Но не проснулся.

Я снова ткнула его, на этот раз двумя пальцами, а не одним. И снова. Услышала

ещё один стон, так что продолжила тыкать пальцем с розовым лаком в этого незнакомца.

Он отвернулся подальше от меня, одеяло упало со спины и обнажило верхнюю

часть загорелой попы. У меня пересохло во рту. Я крепче прижала одеяло, протянула руку

и снова ткнула его.

Он хмыкнул.

— Пожалуйста, не говори, что ты жаворонок, — подушка заглушила его голос, но

он был достаточно ясным, чтобы мой усталый мозг узнал его.

Этот голос, богатый, низкий и хриплый. Ошибиться было невозможно.

— Леви?! — я спрыгнула с кровати, пытаясь забрать одеяло, но он потянул его и

выиграл. Так что я схватила одежду, валявшуюся на полу, и использовала в качестве

брони. — Какого черта ты делаешь в моей постели? — как только я прокричала эти слова,

тут же пожалела об этом, опасаясь, что моя голова вот-вот взорвется. Я зажмурила глаза,

чтобы быть уверенной, что этого не случится, затем открыла их.

Леви сел, одеяло скользнуло вниз по его телу, открывая еще больше обнаженных

частей. И сейчас было утро. Было очевидно, что Леви, был таким же, как и любой другой

мужчина, если судить по натянутому одеялу. Я сглотнула и заставила себя посмотреть

куда-то в другое место.

— Вероника, пожалуйста, не кричи. О...моя голова. — Он поднял руки вверх,

закрывая глаза и половину лица, а потом уронил их на колени. Он прищурился,

осматривая комнату. Мою комнату. Мою спальню. — Почему здесь так светло? Ты не

веришь в шторы?

Я проигнорировала его вопрос.

— Просто скажи мне, почему ты в моей спальне? — потребовала я, топнув ногой

по полу.

Он покосился на меня уставшими глазами. Затем показалась его изумлённая

улыбка. Этот момент из не-очень-хорошего становился катастрофическим.

— Ты не помнишь?

— Стала бы я спрашивать, если б помнила? — огрызнулась я на него.

Он взглянул на меня, так что я сильнее вцепилась в доспехи из ткани. Почему я не

сбегала в ванную и не схватила халат? Мой здравый смысл покинул меня.

— Вероника, судя по тому, как сильно ты сжимаешь одежду, полагаю, ты голая и

я... — он кивнул, заглядывая под одеяло. Я отвернула голову. — Что ж, я тоже очень

голый. Что ты думаешь, произошло? — сказал он, находя забавное в ситуации.

Ох, вот фигня.

— Я...я не помню, — застенчиво сказала я. — Но, пожалуйста, оденься. — Я

тайком посмотрела на него сквозь завесу из моих волос.

— Забавно, — начал он, медленно опуская ноги с кровати, поднимая с пола брюки

и затем надел их, без нижнего белья, — я кажется, тоже многое не помню. Настоящий

позор.

Когда он повернулся, его брюки были застегнуты, но ещё на лице сияла

коварнейшая ухмылка.

— Может быть... — он неспешно побрел ко мне, обходя двуспальную кровать. Я

отодвинулась подальше от него, все ещё сжимая одежду поверх своего обнаженного тела.

— Может тебе стоит напомнить мне. — Леви пошевелил бровями и прикусил нижнюю

губу.

— Что? — удивившись, спросила я.

Он потянул на себя одежду, которую я держала в руках, словно она была моим

спасательным кругом, раскрывая моих крошек. Руки взлетели, чтобы прикрыть свое

достоинство. Он усмехнулся, вот сукин сын. Оказалось, предмет одежды, который я

использовала, чтобы прикрыть себя, был его белой рубашкой. Я заметила это, когда он

всунул руки в рукава. Он продолжал смотреть на меня, так что я быстро повернулась,

чтобы схватить футболку из своего комода.

Как только я натянула ее на тело, он схватил мою руку, развернул меня и опустил

свои губы на мои. Поцелуй был безжалостным, голодный и страстный, но у него были

мягкие губы. Это был вид поцелуя, заставляющий меня забыть, кого я целовала. Все, что

имело значение, это тёплое чувство, захлестнувшее мои внутренности и дрожь,

распространяющаяся вдоль моего позвоночника. Он дал понятию «Французский поцелуй»

иное значение. Я намеревалась оттолкнуть его, но глубоко во мне что-то зашевелилось -

зарождающаяся страсть, такая сильная - так что я закрыла глаза и позволила поцеловать

меня. Мои пальцы кружились над небольшим участком волос на его загорелой груди. Я

застонала напротив его рта, что позволило ему углубить поцелуй.

Когда его блуждающие руки начали двигаться вниз, и холодный воздух ударил по

моей голой попе, я разорвала нашу связь и оттолкнула его. Мне следовало залепить ему

пощечину, но это было уж слишком драматично. Он снова усмехнулся, высовывая язык и

облизывая губы, и пробормотал:

— Сладкая.

Я излишне демонстративно вытерла губы рукавом футболки.

— Что произошло? — потребовала я ответа. Я пыталась выглядеть не

сумасшедшей, не раскачиваться и не волноваться из-за поцелуя. Мои ноги чуть дрожали.

Под своей длинной футболкой я была очень даже обнаженной.

Он пожал плечами, застегивая рубашку.

— Куча выпивки. Ты, танцующая этот невероятно сексуальный танец в клубе... —

к сожалению, я знала, что он имел в виду. Чейз называла его моим «брачным танцем»,

исполняемым только в состоянии полного алкогольного опьянения. — Он был своего рода

милым. Потом ты попросила меня отвезти тебя домой, мы целовались, разделись... и