Чтение онлайн

— Ничего она не облезлая и не старая, а родная и красивая! — мой обиженный ответ.

— Ага, — заулыбался отец в дверях, — как тут родной-то не стать?! Уже более пятнадцати лет с нами Новый Год встречает.

Как же хорошо дома. Тепло, уютно, вкусно пахнет. И так сразу радостно на душе стало, что готова разреветься. Даже не представляю тот день, когда мне придется покинуть это гнёздышко, чтобы создать своё собственное. Хотя, если рядом со мной будет тот самый мужчина, то я с лёгкостью покину любимую трешку и маленькую родную комнатку, в которой, как никогда, чувствую себя защищённой от внешних бед.

— Раздевайся, и приходи на кухню мне помогать, если хорошо себя чувствуешь, — поступила мягкая команда от мамы.

Ма-а-ма. У неё долго не расслабишься. Красивая, сильная женщина с чуть проступающими морщинами, но от этого никуда не деться, поскольку ей в марте уже следующего года исполнится сорок один год. Она так сильно любит свою дочь, что сделала меня практически домашней девочкой, очень переживает, когда где-то задерживалась с сестрой. Иногда приходилось видеть, как открывая мне двери, из голубых волевых глаз скатывались слезы обиды и радости. Да, обижалась на меня, что я забывала предупредить её о позднем возвращении из кафе. И одновременно радовалась, что живая и здоровая дочь переступила порог дома.

Как, наверное, и многие подростки, часто я не замечала этого. Но вот совесть по отношению к родным у меня всегда просыпалась, и тихо заходя в родительскую комнату, поглаживая по коротким вьющимся золотисто-русым волосам рукой, извинялась за свою беспечность. Потом через какое-то время опять всё повторялось, за что неоднократно получала удары по психике в виде длинных чтений морали.

Вот как объяснить своей маме, что со мной ничего не может случиться? Я совершенно обычная девушка. Кожа чуть смугловатая (досталась от далёких предков отца, как в принципе и всё остальное, включая характер), серые глаза, длинные до лопаток темно-русые волосы с косой челкой, рост средний, фигура стройная, но не подтянутая, как у фитоняшек. Одевалась так, как нравилось мне, и прежде всего, чтобы было удобно. В основном для низа я предпочитала брюки, джинсы, шорты, бриджи, а верх — футболки, майки, кофты, свитера. Конечно для похода в кафе, на дни рождения и другие праздники надевала платья и каблуки. Я хотела выглядеть как девушки с обложек глянцевых журналов — красивой, с чистой бархатной кожей, стильно одетой, но современная мода мне не очень нравилась. Поэтому походы в магазины превращались в пытки для меня и мучения для родителей.

Исходя из вышеизложенного текста, приходим к выводу, что с такой среднестатистической девушкой вряд ли могло что-либо произойти. По крайней мере, я так считала.

Вот с такими мыслями уже помогала маме в подготовке к праздничному столу. Нарезка салатов всегда была на мне, а она занималась пирогами и мясом. Считаю, что это правильно, заранее вечером нашинковать овощи, а завтра перед подачей стола их заправлять. Экономия времени и сил непосредственно перед самим Новым Годом. А отец тем временем убирал квартиру перед встречей со сказочным бородатым дедом и его белокурой внучкой.

— Ох, доченька, — взмахнула мама руками, — фрукты-то мы с отцом забыли купить на стол! — она заметалась по большой кухне, скидывая с себя фартук.

— В чём вопрос, мам?! Давай я схожу завтра. Время уже восемь вечера, куда бежать!?

— Завтра уже утром ничего не будет, — паника уже охватила хозяйку. — Надо сегодня добежать, — начала писать на квадратном маленьком листе список продуктов. — Наш гипермаркет работает до десяти, — задумалась, — кажется. Сейчас быстро оденусь и добегу.

— Не беги. Я схожу, — улыбаясь, ответила, вставая из-за стола и уходя в свою комнату, чтобы собраться на улицу.

— Куда ты пойдешь? — В голосе звучало волнение и обеспокоенность. — У тебя же сотрясение…

— Но не перелом же, — шутя, перебила я. — Мам, давай список, я иду в магазин. Звонить буду каждые десять минут.

А сама в уме подсчитала: до гипермаркета идти пятнадцать минут, плюс неизвестное количество времени я проведу там, плюс пятнадцать минут обратно до дома. Да-а-а… Погорячилась, сказав про каждые десять минут. Ну да ладно, слово надо держать.

*

Стоя уже перед самим магазином, от которого громко играла новогодняя музыка, а народ волнами заходил и выходил, набрала маме и сообщила:

«Объект прибыл в пункт назначения, — и голос ещё пыталась сделать, как у военного, серьёзный и непоколебимый, а главное грубый. — Объект через три минуты будет готов атаковать продуктовые лавки».

В трубке раздался женский звонкий смех, а затем совершенно серьезно:

«Алина, ты взрослая уже. Через полгода восемнадцать лет исполняется, а детство никак из одного места не выйдет».

«Кто молод душой, тот молод и телом, — высказала я всеми известную народную мудрость».

«Не отвлекай меня. Покупай фрукты и домой иди, только не спеши, — хоть она и произносила слова серьёзным голосом, но я знала, что она улыбалась».

Пробираясь между столпившихся возле многочисленных касс людей, я снова стала размышлять на тему "неродовая дочь, странная девушка, жизнь в своём мире, и как с этим бороться?".

Прилавки с фруктами были в другом конце магазина, и предварительно взяв тележку для продуктов, двинулась вперёд, чуть расталкивая людей, кучей стоящих на моём пути. Конечно же, я ловила их гневные взгляды, но уж извините, я маленькая и после больницы, да и вообще у меня сотрясение. Так что, злостный предновогодний народ, не обессудьте.

Пока я шла лёгким тараном сквозь толпу к своим фруктовым рядам, решила заранее прочитать список нужных продуктов:

— мандарины (2 кг);

— виноград: красный(1,5 кг), зеленый(1 кг);

— апельсины (8 шт.);

— киви (по желанию);

— бананы (1–2 кисти).

И вот пока я шла, старательно запоминая весь список, то попала в магазинное ДТП, то есть столкнулась ещё с кем-то тележками.

— Извините, — не поднимая глаз от списка, машинально произнесла я.

— Так уж и быть, извиняю, — пронесся над моим ухом улыбающийся голос.

Я резко поднимаю-таки свои серые глаза и оборачиваюсь во всех направлениях, чтобы высмотреть того незнакомца, который так радушно согласился меня извинить, и чтобы взглянуть в его наглое лицо своим "волчьим" взглядом.

Немного отступим от рассказа. "Когда я вошла в класс и увидела тебя, то первой мыслью было — держаться от тебя подальше. Потому что ты смотрела так, словно была готова напасть в любой момент, если тебе слово поперёк вставишь", — именно такие слова каждый раз говорит моя единственная подруга Ксения, когда я всегда удивлялась тому, что парни стараются обходить меня стороной.

Ксюшка пришла к нам в десятом классе, так как наши учителя считались лучшими во всём провинциальном городке, а ей сулили карьеру с погонами, потому и надо было получить не только аттестат с хорошими оценками, но и с высшими знаниями. Она была ниже меня ростом, с белыми локонами до плеч, орехового цвета глазами, полноватая и очень добрая. Вот такой вот пухляш-добряш был единственным мне другом. Почему-то именно с ней я смогла раскрыться полностью, так как вообще человек замкнутый. Мне сложно заводить друзей. И я не из тех общительных девушек, которые уверенно и легко чувствуют себя в обществе. Все во мне видят серьёзную тихоню, на которую вряд ли кто захочет обращать внимание. Но родные и близкие знают меня с другой стороны: веселую, любящую похохотать, с кучей фантазией в голове и детством в одном месте, не замолкающую упрямую девчонку с острым языком. Вот такой я парадокс.