Чтение онлайн

Не теряя времени, Эцио подкрался к толстому солдату и выхватил ключ за мгновение до того, как солдата окликнули по имени.

«Николосу придется многое объяснить», — подумал Эцио, поднимаясь обратно на второй уровень, а оттуда по тоннелю, из которого исходило зловоние. Тоннелю, который вел к западным воротам.

— Ты не спешил, — сердито прошипела Диляра, когда Эцио открыл ворота и впустил ее внутрь.

— Пожалуйста, — мрачно огрызнулся Эцио.

Как он и ожидал, Диляру чуть не вырвало.

— Aman Allahim! — воскликнула она, закрывая лицо рукой. — Что это?

Эцио отступил в сторону и молча указал на кучу мертвых тел, брошенных в нише у ворот.

— В плен взяли не всех.

Диляра бросилась к куче, но остановилась.

— Бедняги! Храни их Аллах!

Плечи ее опустились, девушка явно упала духом. Маска ожесточенности спала с нее, и теперь девушка казалась более человечной.

— Это сделал туркменский отступник Шах-Кулу, — вздохнула она.

Эцио кивнул.

— Я убью его! — крикнула девушка и сорвалась с места.

— Подожди! — попытался остановить ее Эцио, но было поздно. Девушка убежала.

Эцио последовал за ней и вскоре отыскал в безлюдном уголке города, откуда открывался вид на небольшую городскую площадь. Эцио осторожно приблизился. Диляра стояла спиной к нему, смотря на что-то происходящее на площади. Эцио пока что не видел, на что именно.

— Помощи от тебя немного, — проговорил он, подходя ближе.

— Я здесь, чтобы спасти своих людей, — холодно ответила она, повернувшись. — А не для того, чтобы заводить друзей.

— Не обязательно быть друзьями, чтобы помогать друг другу, — приблизившись, вздохнул Эцио. — Но это бы помогло мне узнать, где твои люди, и я бы смог помочь тебе.

Снизу донесся чудовищный крик, и Эцио встал рядом с агентом Тарика. Лицо у девушки было мрачным.

— Они здесь, — указывая вниз, проговорила она.

Эцио посмотрел, туда, куда она указывала, и увидел, что на площади, прямо на земле, сидят пойманные османы со связанными руками. На глазах Диляры и Эцио византийцы толкнули одного из заключенных на землю. Рядом стояла импровизированная виселица, на которой уже висел турок, руки которого были связаны за спиной. Рядом с виселицей стоял Шах-Кулу, легко узнаваемый даже в маске палача. Когда туркмен стал избивать пленника, тот закричал.

— Это Янос, — сообщила Диляра. — Мы должны ему помочь!

Эцио внимательно осмотрел на происходящее.

— У меня есть пистолет, но я не смогу им воспользоваться, — сказал он. — Эту броню пули не пробьют. — Он помолчал. — Мне нужно подойти ближе.

— Времени мало. Это не допрос. Шах-Кулу замучает Яноса до смерти. А потом следующего. И следующего…

Диляра вздрагивала при каждом крике, каждом звуке удара, доносившемся снизу.

Эцио услышал смех и издевки людей Шах-Кулу.

— Думаю, я знаю, что нам делать, — выдохнул Эцио, срывая с пояса дымовую бомбу. — Когда я ее брошу, забеги с правой стороны и попытайся освободить своих людей под прикрытием дыма.

Она кивнула.

— А Шах-Кулу?

— Предоставь его мне.

— Убедись, что прикончил его.

Эцио сорвал чеку с бомбы, дождался, пока от нее повалит дым и, тщательно прицелившись, кинул в сторону виселицы. Византийцы полагали, что поймали всех повстанцев и не ожидали нападения. Бомба застала их врасплох.

В поднявшейся суматохе Эцио и Диляра спустились по склону на площадь и разбежались в разные стороны. Эцио сбил с ног ближайшего византийца и разбил тому челюсть защитной пластиной на левом запястье. Потом, выхватив скрытый клинок, ассассин бросился на Шах-Кулу, который, обнажив тяжелую саблю, стоял на месте. Он вращал оружие в руке, не зная, откуда последует атака. Когда Шах-Кулу отвлекся, Эцио прыгнул вперед и вонзил клинок в щель между броней и металлической маской. Лезвие вошло в челюсть туркмена, темная кровь хлынула по руке Эцио.

Шах-Кулу упал. Эцио, вцепившийся в него, тоже повалился на землю, но потом встал рядом с противником на колени. Туркмен закрыл глаза.

— Те, кто наслаждается убийством, не заслуживают жалости, — прошептал Эцио, склонившись к уху Шах-Кулу.

Глаза туркмена широко распахнулись, в них вспыхнул огонек безумия. Рука в тяжелой перчатке схватила Эцио за горло и крепко сжала. Шах-Кулу безумно рассмеялся. Кровь еще сильнее хлынула у него из раны, Эцио глубже вонзил клинок и без жалости провернул. В последнем спазме Шах-Кулу отшвырнул от себя Эцио, ассассин упал на пыльную мостовую. Спина Шах-Кулу изогнулась в агонии, из горла вырвались хрипы, и он упал без движения.

Эцио поднялся, вытер клинок о плащ Шах-Кулу. Диляра уже успела освободить часть своих людей. Эцио увидел, как она перекатилась в сторону, уходя от удара последнего оставшегося в живых византийца, свалила противника с ног и резким движением перерезала ему горло. Словно кошка, отскочив в сторону, она повернулась к спасенным повстанцам.

Эцио пнул тело Шах-Кулу, чтобы убедиться, что на этот раз он действительно мертв. Диляра помогала своим людям подняться.

— Спасибо, Диляра, — сказал Янос, когда Диляра перерезала веревку, на которой его повесили.

— Ты сможешь идти?

— Думаю, что да.

Эцио подошел к ним.

— Это твои люди привезли Мануилу оружие?

Девушка кивнула.

— Тогда его нужно уничтожить.

Она снова кивнула.

— Большая часть сломана. Но порох настоящий, тут мы не могли обмануть.

— Хорошо, — отозвался Эцио и посмотрел на собравшихся вокруг турков. — Спрячьтесь, пока не услышите взрывы, а потом бегите!

— Взрывы? — переспросила Диляра. — Тогда здесь будет сущий ад. Весь город охватит паника.

— На это я и рассчитываю, — согласился Эцио. — Взрывы уничтожат все оружие, что есть у Мануила, а поднявшаяся паника сыграет нам на руку.

Диляра признала его правоту.

— Хорошо. Я отведу своих людей в безопасное место. А куда пойдешь ты?

— Когда взрывы стихнут, я отправлюсь за Мануилом Палеологом.

В подземном городе были огромные хранилища — рукотворные пещеры, где армия Мануила хранила порох и оружие. Поэтому над городом протянулась система блоков, шкивов и веревок, используемая для транспортировки пороховых бочек из одного места в другое. Эцио увидел ее с галереи на пятом уровне. Группа простых византийцев под присмотром солдат Мануила как раз собиралась поднять бочку наверх. Это был превосходный шанс, и Эцио поблагодарил Бога за то, что солдаты были расслаблены. Очевидно, они были уверены в своей безопасности. Эцио же скрылся с площади раньше, чем кто-то нашел тела Шах-Кулу и его людей.