Чтение онлайн

Когда мы пересекли границу города, мы словно попали в другой мир.

Здесь тоже был снег, но его было значительно меньше, дороги были расчищены, а сугробы явно не превосходили человеческий рост.

Так странно, что же могло заставить такого мужчину как Нурий забраться настолько глубоко в лес. Ведь значительно проще было поселиться в городе, уверена он мог себе это позволить учитывая, что он был вхож в синорский королевский дворец, а в Лотии у него имелись весьма знатные родственники, но вместо этого он предпочел похоронить себя в лесной глуши.

Я бросила осторожный взгляд на мужчину.

Его волосы развивались на ветру, отдельные пряди падали на лоб мужчины. Его губы были крепко сжаты, а взгляд сосредоточен, уверена таким вполне можно было бы при желании и убить.

Сильные руки сжимали вожжи, полностью контролируя ситуацию и направление движения.

Наверняка, все известные скульпторы и портретисты Великого цветка выстроились бы в очередь, чтобы воспроизвести подобный образ на своих полотнах. И снова в голове появилась эта глупая мысль, что, именно так должен был выглядеть покровитель Синоры, если бы лично появился на Антурине. Могущественно, устрашающе, вызывая трепет и желание прикоснуться к запретному.

Я опустила глаза, чтобы вовремя заметить, как моя рука потянулась к мужчине.

Да что со мной происходит? Просто наваждение какое-то...

– Лиса..., - я повернулась к Нурию, который бросал на меня обеспокоенный взгляд. Видимо, он называл мое имя уже не в первый раз.

– Да, извини, просто задумалась, - я начала осматриваться по сторонам.

Мы стояли на главной площади, об этом свидетельствовали ледяные скульптуры, что стояли в самом центре огромного круга. Животные, замки, ледяные деревья, все это блестело и сияло на солнце не хуже настоящего золота.

Малышня галдела и веселилась, играя в снежки и прячась в укрытиях, которыми служили ледяные шедевры.

– Просто невероятно, это же потрясающе!

– Полностью с тобой согласен, - вот только когда я повернулась к мужчине, он смотрел не на ледяные изваяния, а на меня. И в подобной ситуации его слова прозвучали довольно двусмысленно.

Можно ли еще больше удивляться тому, какие разительные изменения произошли с моим мужем. Хотелось бы мне знать причину подобных преображений.

Перестань думать об этом, Лиса. Каковы не были бы причины этого, просто наслаждайся этим временем, возможностью увидеть Синору, а если повезет, то и другие королевства Великого цветка.

Отбросив лишние мысли, я поднялась на ноги и попыталась выбраться из кареты. К сожалению, сделать это самостоятельно у меня не получилось.

Нурий мгновенно оказался рядом, перемахнув через высокий бортик, словно перешагнул через небольшую кочку, и обхватив мою талию ладонями, снял меня с саней и поставил на землю.

Боги, сколько же силы в этом мужчине. Он проделал этот трюк так словно я ничего не весила.

– Итак, откуда ты хотела бы начать?
– лицо мужа была напряжено, а мне внезапно захотелось, чтобы он улыбнулся, чтобы отбросил все свои проблемы хотя бы на один день.

– Оттуда, - и я указала на скульптуры, среди которых резвилась детвора.

Ни капли не задумываясь схватила Нурия за руку и потащила в самый эпицентр снеженой битвы.

Подойдя ближе, я обратила внимание на одну из ледяных статуй.

Мастер явно вложил душу в свою работу. Ледяная девушка имела невероятно четкие черты лица. Нос, глаза, брови, скулы, подбородок. Даже маленькие морщинки в уголках глаз имелись, так как ледяная дева улыбалась.

– Просто поразительно, она словно живая...

– Так она и была живая, - прошептал мне на ухо Нурий, - а потом разозлила Его Величество Лаурия Андарунского, и тот превратил ее в лед за непослушание, - я тихо ахнула, зажав рот ладошкой.

А когда перевела взгляд на мужчину, увидела, как он едва сдерживается, чтобы не рассмеяться.

– Подшутить надо мной решил?
– мое лицо в момент стало серьёзным, но как только я опустила глаза вниз, план мести созрел сам собой.

Я присела на корточки и, зачерпнув горсть снега, сделала снежок и запустила им в мужа. Естественно, я не попала, но начало было положено - началась наша битва.

Мы играли в снежки, не хуже той детворы, что очень скоро присоединилась к нам, разделившись на два лагеря: мой и Нурия.

Сказать по правде я давно так не веселилась, постоянно смеялась, а стоило снегу коснуться моего тела, как я издавала звуки, будто меня ранили. Первые два раза Нурий верил, подбегал ко мне с обеспокоенным лицом, за что получал целый град снежков, и снова скрывался в своем укрытии.

Не знаю сколько бы еще продолжался наш бой, но мужчина перехитрил меня.

Пока ребятня, что сражалась за него отвлекала нас, он обошел нашу крепость и подкрался ко мне со спины.

Когда я его заметила было уже слишком поздно. Он обхватил руками мою талию и притянул к себе.

На его лице сияла улыбка, я не видела, но чувствовала ее. Как же мне хотелось в тот момент развернуться в его руках и заглянуть ему в лицо.

– Попалась, сдавайся...

– Ни за что, - прошептала я хриплым голосом.

Капюшон давно соскользнул с головы, открывая мои растрепавшиеся

шоколадные волосы. Несколько прядок выбились и спадали мне на глаза и щеки, смешно щекоча кожу.

– Тогда мне придется применить запрещенное оружие, - и Нурий склонился к моей шее, я мгновенно почувствовала его горячее дыхание на коже, и волоски на моем теле тут же встали дыбом.

Его губы коснулись обнаженного участка тела и меня будто молнией ударило. Наш прошлый поцелуй сложно назвать страстным. Целомудренный именно это слово подходит, чтобы правильно его охарактеризовать.

Теперь же все было совершенно иначе. Его губы сухие и немного шершавые от мороза прокладывали дорожку от впадинки между головой и шеей вниз к моему плечу, опаляя огнем мою кожу.

Я опустила веки и отдалась ощущениям. Боги, как же приятно... Руки Нурия медленно поползли вверх и остановились прямо под грудью, не переходя определенную черту, но при этом коснувшись каждого ребра.

– Фууу, - послышалось рядом и этот звук будто выдернул меня из забытья, - это уже не война, а глупые поцелуи, - какой-то мальчишка рядом скривил лицо, и мы с Нурием дружно рассмеялись.

– Поверь мне, парень, - произнес мужчина, так и не убрав рук с моего тела, - однажды ты оценишь прелести этих поцелуев..., - ребенок что-то пробурчал себе под нос, но разобрать что конкретно было невозможно.