Чтение онлайн

Я склоняюсь так низко, что дохожу до самого края себя и своего мира, до самой Нижней Границы, из которой всё возникает, – барьера, не мешающего мне заглядывать за него в Бесконечный Источник Всего, хорошо видимый, но ужасно таинственный.

И дело тут не в том, что я это или то или что бы то ни было ещё, а в том, что просто Я ЕСТЬ, а с обратной стороны этого Я ЕСТЬ – МЕНЯ НЕТ, откуда оно возникает без всякой причины и всяких ограничений.

Нижняя граница в том, что я знаю себя как непознаваемое. Я укоренён и укреплён в абсолютной тайне, непознаваемости, невыразимости, неосознанности.

Здесь, ставя завершающую точку в своём смирении перед очевидностью, я прихожу к самому забытому и недооцененному месту в мире – месту, замещенному Не-местом, к крайнему Краю, уникальному и непостижимому, к Тайне, более чем достойной моего смиренного почитания.

Открытие того, что я абсолютно совершенен такой, какой я есть – как Я ЕСТЬ, – должно подтверждаться повторным открытием, снова и снова, пока не исчезнут все следы искусственности и усилий, пока не пропадет малейшее чувство достижения чего-либо.

Пока это не станет в обычной повседневной жизни тем, чем оно на самом деле было всегда: твоим естественным состоянием.

Развеществить себя, когда всё идет хорошо, – неплохая формирующая привычку практика. Но развеществить себя, когда всё плохо, – ещё лучше. Тогда действие направления домой оставляет более глубокое впечатление, и у жизни в будущем гораздо меньше шансов застать тебя врасплох.

Хотя видеть себя время от времени как чистую Ёмкость – проще простого, сохранить это видение далеко не так просто. Что может сравниться с этим великим приключением, которое никогда не кончается, но которое всегда завершено, потому что ты можешь наслаждаться целью с самого первого шага?

Эта бескрайняя самоосознающая пустота, которую я нахожу здесь, не просто пуста.

Она пуста для наполнения.

В абсолютном смысле вне её нет никого и ничего. Фактически, я не здоров…, не совсем нормален, не до конца «здесь», не целостен, пока не стану Целым.

Говоря другими словами, целостна ли вселенная, пока я расщепляю её на наблюдателя здесь и наблюдаемое там, на две части – я и не-я?

Чтобы наслаждаться вселенной как Все-ленной, и больше не страдать от неё как от Часть-ленной, мне надо быть ничем в её центре и всем на периферии.

Это две стороны одной монеты.

Основная доктрина Вечной Философии: ты и я – Бог, путешествующий инкогнито. Тот, кто мы на самом деле, – это единая реальность за пределами всех вещей, называй это Богом, природой Будды, Атманом-Брахманом или чем тебе больше нравится.

Ты просто соединяешься с ней, радуешься и живешь из этой вечной мудрости, находящейся в самом сердце всех великих религий. Он там – неузнанная, забытая, пренебрегаемая, отрицаемая, – но она там.

В самом центре великих религиозных традиций – заваленное, пренебрегаемое, часто горячо отрицаемое религиозными экспертами, но, тем не менее, являющееся стрежневым корнем, источником и основой этих традиций – находится единое, совершенно ясное, простое, потрясающее, прекрасное осознание. Это заявление о тебе.

Ты не просто искра того Вечного Огня, не просто луч Единого Света, освещающего всякого мужчину, всякую женщину и всякого ребёнка, в которых всходит мир.

Ты всё из этого Всего, которое совершенно неделимо.

Пока я точно не определю местоположение моей человеческой сущности на её месте там, среди всех других человеческих существ, пока не буду удерживать её там голыми руками, всегда будет существовать опасность, что она проберется сюда и заразит мой Божественный Центр и не остановится, пока не сузит его до ужасной – поистине дьявольской – иллюзии величия.

Для меня по-настоящему трудно и неприемлемо опираться на такие невыразительные слова и концепции сомнительной духовности. Истинная духовность реальна, приземлена, конкретна, она возвращается домой от твоей видимости к твоей реальности.

Как сказал Будда, ты не можешь, уходя, достичь места отсутствия страданий.

Ты достигнешь его, приходя.

Мы так хорошо умеем смотреть туда и так плохо – сюда.

Нирвана – это берег, омываемый океаном Сансары, это их место встречи, а Мудрость – созерцание этого берега как абсолютно пустого и чистого. Свобода от страданий – в том, чтобы обосноваться на этом берегу и сознательно исходить из этой невыразимой, но такой бросающейся в глаза береговой линии.

Это не чудо, случающееся где-то ещё. Оно происходит прямо Здесь. Прямо Здесь.

Ты маг, вынимающий себя из шляпы Небытия и не имеющий ни малейшего представления о том, как тебе это удается.

Я располагаюсь на том, что выше моего понимания.

Я благодарен чуду Бытия.

В самом конце ты чувствуешь благодарность и восхищение, оттого что это не просто ничто, не тёмная ночь несуществования.

Я не знаю, что думаю, пока не услышу, что говорю, – не услышу слова, истекающие из моего Не-рта.

Требуется целая жизнь, чтобы убедить нас, что мы не знаем ничего, о чем можно было бы говорить.

Мистики подтверждают и завершают этот вывод, утверждая, что совершенное знание объекта высочайшего уровня – это знание, что он совершенно непостижим.

Первая задача объяснения – сделать таинственное обычным, но оно идёт дальше и делает обычное таинственным, и его работа не закончена, пока мы чувствуем, что знаем хоть что-то.

Только осознав наше полное невежество, мы преодолеваем его.

Сталкиваемся ли мы лицом к лицу, в симметричной связи – объект, противостоящий объекту, один выталкивает другой? Совсем наоборот. Здесь, где есть я, нет лица, нет ни частицы чего-либо, что могло бы держать тебя на расстоянии, противостоять твоему вторжению. Нравится ли мне это или нет, я так широко открыт тебе, что твоё лицо – моё, и другого у меня нет.

Эта абсолютная близость, бесконечно глубокая и полная, доставляющая огромное удовольствие – если у меня хватает смирения и мужества заметить её. Главное – осознание. Я всецело сознаю совершенство того, как ты даешь мне своё лицо и как я принимаю его.