Чтение онлайн

Выполнял указания В.С.Семенов весьма поучительно. Его нередко видели с большой пачкой книг, я некоторые острословы называли Семенова "книжником". Да, для определения позиции только по отношению к такому, например, деятелю веймарской Германии как Вирт, Семенову пришлось прочитать его речи и написанное о нем. А сколько новых деятелей выдвигалось тогда на политическую арену Германии! Кто-то их должен был поддержать или опровергнуть.

Исключительно трудоемким было составление важнейших политических документов СВАГ. Незадолго до образования ГДР В.С.Семенов вызвал к себе человек десять работников советской прессы в Берлине и предложил каждому написать проект обращения к немецкому народу по случаю провозглашения Германской Демократической Республики. Я не принял предложение. Статью – пожалуйста, но написать политический документ исторического значения мне не по зубам, не та специальность и не рот опыт.

Я внимательно изучал стиль работы В.С.Семенова, его умение оценивать положение в зоне, в Германии, его научный подход к решению вопросов политики. Через 30 лет, когда Владимиру Семеновичу исполнилось 70 лет, и его наградили орденом Ленина, я искренне его поздравил. В ответном письме он положительно отозвался о сотрудничестве с "Советским словом".

Большую известность в зоне приобрел С.И.Тюльпанов, начальник Управления информации СВАГ. Возглавляемое им мощное учреждение занималось всем, что относилось к деятельности общественных организаций и к пропаганде. Многоэтажное здание Управления в Берлине было забито сотрудниками. Отделы информации в землях являлись тоже влиятельными органами. Многие работники информации выступали авторами нашей газету, в том числе и С.И.Тюльпанов. Выступления "оберста Тюльпанова" перед немцами вызывали большой интерес и отклики. Говорил он по-немецки просто и не так цветисто, как немецкие ораторы. Редакция находилась в контакте с этим руководителем, занимавшим весьма ответственный пост. Позднее С.И.Тюльпанов работал проректором Ленинградского университета и руководителем Ленинградского отделения Общества советско-германской дружбы.

Давая краткую характеристику некоторых руководителей СВАГ, я далек от претензии на полную оценку их деятельности. Правда, должность редактора газеты позволяла иметь свою точку зрения на работу того или иного руководителя. Во всяком случае, гораздо более обоснованную, нежели чем оценки из любого кабинета в Карлсхорсте.

Редакция отличается от других коллективов тем, что ее сотрудники непрерывно находятся в водовороте событий, соприкасаются со многими людьми, обрабатывают большое количество информации, лишь незначительная часть которой попадает на страницы газеты. С редакционной вышки многое видно. Еще на войне я стал определять качество руководителей политического или партийного органа по их отношению к собственной солдатское газете.

Глубоко убежден, что во главе СВАГ партия доставила руководителей, оправдавших ее доверие. Их имена невозможно отделить от исторических перемен, происшедших в Германии в первые послевоенные годы. Возглавляя большой коллектив советских людей, руководители СВАГ внесли ощутимый вклад в строительство фундамента, на котором сейчас прочно зиждется Германская Демократическая Республика.

Администраторы, коменданты, специалисты разных областей промышленности, сельского хозяйства и культуры, военные и невоенные, могли свой советский опыт широко использовать в деятельности СВАГ. А как быть нам, газетчикам?

В 1948 году мы опубликовали передовую статью "Почин забойщика Геннеке". По примеру Стаханова, немецкий шахтер дал рекордную выработку угля. В Политуправлении СВАГ мне сказали: опубликовав передовую о Геннеке, газета допустила политическую ошибку. Вспоминая мой спор по этому вопросу, уверен, что газета тогда поступала правильно. Советские читателя должны были понять наступающий перелом в сознании немецких рабочих, их стремление повысить производительность труда в интересах общества. Ростки социалистической сознательности следовало поддержать. Кстати сказать, в 1969 году в ГДР широко отмечалось 20-летие трудового почина Геннеке.

В редакции мы ощущали растущий интерес работников СВАГ к тому новому, что рождается в зоне. Ведь в Германию мы пришли не только как победители, но и как убежденные сторонники социализма и опытные его строители. Под воздействием советских людей, работавших в СВАГ, происходило революционное обновление Германии. Советские люди – интернационалисты, и их целью являлось достижение дружеских отношений с немцами. Хочется сказать уверенно: небольшой отряд журналистов СВАГ правильно понимал свои задачи, вытекающие из политики партия я правительства по германскому вопросу.

Наиболее серьезные трудности редакция "Советского слова" переживала при освещении работы органов СВАГ и их сотрудников. Первое время мы увлекались вопросами боевой учебы в подразделениях комендатур, но мало касались специфических задач этих разветвленных органов оккупационного режима. Зачем писать о тактических занятиях, если каждая комендатура получала военную газету Группы войск?

Мы искали оригинальное лицо газеты, и нашли его. На партийном собрании редакции один коммунист спрашивал: – Что можно писать о работе советских людей, занимавшихся, например, репарациями? Другой спрашивал: как бороться с отрицательными явлениями в органах СВАГ? А кто мог отвечать на подобные вопросы? Требовался журналистский поиск. При всем том нам постоянно приходилось считаться с особенностями работы советских людей за границей. Мы знали, что Москва высказала недовольство состоянием воспитательной работы среди сотрудников СВАГ. Советские люди не могли изолироваться от местного населения, и надо было найти пути к тому, чтобы сотрудники СВАГ не поддавались влиянию буржуазной идеологии и морали, чтобы они избегали бюрократизма в работе.

По этим острым вопросам наши выступления за редким исключением носили общий характер. Приведу выдержку из передовой статьи "Советского слова" за 26 февраля 194Я года. В ней мы подвергли критике недостатки в деятельности аппарата СВАГ, выступили против фактов холодного равнодушия отдельных работников, указывали на непонимание ими значения своей деятельности для укрепления могущества Родины. "Надо каленым железом вытравить элементы благодушия я потери большевистской бдительности, а также элементы бюрократизма, медлительности, не оперативности в деятельности аппарата СВАГ".

"Каленым железом" – это газетный язык сороковых годов. Наша передовая старья выглядела лишь как подражание центральным советским газетам, в те годы критиковавшим невзирая на лица. А как быть нам за границей, стоит ли обнажать недостатки в работе советских людей? В моих дневниках есть записи о хождениях по начальству с вопросом: кого и как критиковать. Заместитель Главноначальствующего генерал Дратвин выразил недовольство нашей критикой деятельности офицеров комендатур. Начальник Политуправления СВАГ генерал Руссов А.Г. за критику одного политработника комендатуры сделал редактору внушение: "за это буду наказывать". Правда, наказывать меня не пришлось, так как критику никто не запрещал.

В конце концов, мне тот же начальник сказал: "что вы ведете разговор о критике, разве других дел нет?!" Эта фраза заставила меня задуматься. Хотя наши критические материалы обсуждались в первичных организациях СВАГ и приносили пользу, но жизнь отвергала приемы несдержанной, разносной критики. В этом следовало убедиться всем журналистам редакции.

На партийном собрании один из коммунистов заявил: – Ссылка на заграничные условия есть зажим критики, ведь "Правда" продается в киосках Берлина, а она критикует даже министров. Большинство коммунистов не поддержали такую прямолинейность в суждениях, да и некоторые факты заставляли задуматься.

Мне пришлось целый день заниматься разбором конфликта с комендантом берлинского района Лихтенберг. В редакцию приехал комендант полковник Пангани, которого мы критиковали в передовой статье. В критике недоставало убедительных фактов, относящихся к быту солдат комендатуры. Газета поставила в тяжелое положение коменданта, и польза от критики оказалась сомнительной. Правда, в редакции нашлись товарищи, которым конфликт с комендантом даже понравился, и они говорили: вот так и надо бить по недостаткам. Как будто критика самоцель газеты.