Чтение онлайн

– Я хочу его увидеть, – произнесла тихо Нина Петровна.

– Лучше в другой день. Пока не положено. Потом вы его увидите, – начал говорить следователь, и в это же время вывезли каталку из двери, на ней лежало тело под белой простыней.

Подойти и поднять простынь, посмотрев на лицо мужа, для Нины Петровны вдруг стало невозможно. Ведь увидеть мужа «таким» значило бы, что его уже не вернуть. Она не смогла преодолеть себя. Малюткин отвернулся и не смотрел, как она стояла неподвижно, наблюдая за тем, как тело повезли дальше в боковую дверь.

– Вам нужно домой, – сказал следователь, подойдя ближе и положив руку на её плечо.

– Хорошо, – согласилась, отчаявшись, она.

Малюткин вызвал ей такси и под руки проводил до машины.

– Подождите, Иван Алексеевич, я видела мужчину – высокий, зелёные глаза, скулы такие сильно впалые, и в кожаной куртке, – сказала Нина Петровна, садясь в такси.

– Хорошо, я всё запишу. Мы всех опросим и выясним, кто это был. Я вам обещаю, сделаю всё, что в моих силах, и даже больше, я найду того, кто убил Ивана, – сказал, глядя прямо ей в глаза, Малюткин.

Она плакала, глядя в окно на вечернюю Москву, и чувствовала, что осталась в этом огромном городе совсем одна. Теперь только на ней Коля, который пока ещё слишком маленький, чтобы понять, что произошло, или поддерживать её.

Нина Петровна посмотрела на себя в больничное зеркало и сделала пару глубоких вдохов, пытаясь вернуть себя в настоящее.

«Нужно перестать думать о прошлом и сосредоточиться на том, зачем я сюда пришла!» – сказала сама себе мысленно Нина Петровна. Она достала из сумочки блокнот, мобильный телефон, поддельную пресс-карту и вышла в приемную. Подойдя к медсестре, которая её не знала, Нина Петровна уверенно произнесла заученную фразу:

– Здравствуйте! Я журналист, и наша газета хотела бы написать статью про вашу старшую медсестру Галину Скоблеву в знак памяти о ней. Могу я задать вам несколько вопросов?

– Мне некогда. А что за газета? – ответила замученная пациентами медсестра.

Нина Петровна, упустив этот момент, ответила первое, что пришло в голову:

– «Правда».

– Мне сейчас совсем некогда разговаривать с вами. Посмотрите, сколько у меня пациентов. К тому же, мы с ней мало общались. Я практически её не знала.

– А сколько вы вместе работали? – спросила Нина Петровна.

– Пятнадцать лет, – ответила медсестра и, взяв в руки телефонную трубку, стала с кем-то говорить.

Неподалёку Нина Петровна заметила женщину пожилого возраста в белом халате – аккуратную, с великолепной осанкой и с прической в стиле шестидесятых. Она подошла к ней и, поздоровавшись, снова произнесла свою легенду. Женщина смотрела на неё серьезно и затем ответила:

– Я могу с вами поговорить, но только недолго. Давайте на улицу выйдем.

Нина Петровна обрадовалась тому, что они будут говорить на свежем воздухе – стены этого здания давили на неё, словно надгробные плиты. Они прошли в небольшой дворик, где на лавочках сидели пациенты в одинаковых теплых халатах синего цвета. Под тенью старых раскидистых деревьев курили врачи.

– Как долго вы работали вместе? – начала спрашивать Нина Петровна.

– Лет шестнадцать наверно. Может, и побольше.

– Как бы вы её описали? Какой она была для вас?

– Знаете, моё мнение будет отличаться от того, что вам скажут другие. Но мне хочется, чтобы и оно у вас было, – сказала врач, опустив глаза.

– Чем же оно отличается? – настороженно уточнила Нина Петровна.

– В глазах других она была весьма строга, принципиальна, хороша собой и во многом идеальна. Но я думаю, что все это просто ширма – такая красивая, как в модных сейчас китайских магазинах. За ней скрывалась совершенно другая личность, – сказала женщина, остановившись возле большого дуба.

– Почему вы так думаете, она что-то сделала не так?

– Она всегда была безупречна. Не в её характере было допускать оплошности, – сказала женщина.

– Тогда почему? – не понимая, спрашивала Нина Петровна.

– Просто я так думаю.

– Вы не дружили с ней?

– Она ни с кем дружила. Была всегда отстранённой, закрытой и холодной. Но при этом много помогала другим, – произнеся это, врач посмотрела на дверь, где ей махала рукой медсестра.

– Мне пора. Извините.

– Подождите. Как вы думаете, кто мог её убить?

– Я понятия не имею, наверное, тот, кто её ненавидел. Здесь вы таких не найдёте. До свидания, – торопясь, ответила женщина-врач и быстро пошла обратно к входу больницы.

«Какая странная женщина. Наверняка, она что-то знает и утаивает», – подумала Нина Петровна.

Осмотревшись, Нина Петровна подошла к врачам, что курили неподалёку. Все отзывались о Галине как о высококлассном специалисте, как о женщине, которая готова прийти на помощь любому, всегда идеально опрятной, требовательной к себе и другим, строгой и справедливой. Все это, конечно, она и сама знала.

– Как вы думаете, кто мог её убить? Это не для газеты.

– Думаю, какой-то сумасшедший сектант. Сейчас таких развелось огромное множество. И они все звонят прямо в двери. А она была открытой для добрых дел, вот и впустила его, – сказал крепкий мужчина в темно-синей униформе.

– Паша, да что ты такое городишь? Какой сектант? Обыкновенный бандитизм, хотели обокрасть приличную женщину, она всегда шикарно выглядела. У людей ещё девяностые в голове, некоторые так по тем законам и остались жить, – сказал доктор в очках с маленькой бородкой.

– А вы что думаете? – спросила Нина Петровна высокого и симпатичного врача.

Он задумался и затянулся, затем ответил словно с опаской:

– Я думаю, это черные риелторы. Сейчас ради квартир столько стариков убивают. А завещание они силой их заставляют писать, чтобы им квартира досталась.

– Слышала, что так только с одинокими стариками поступают, а у неё внучка есть, – ответила Нина Петровна.

– Им сейчас вообще все равно. Посмотрите, как цены на жильё выросли, – ответил мужчина и, затушив сигарету, ушёл.

– До свидания. Спасибо, что уделили мне время, – сказала Нина Петровна врачам и пошла на парковку. Сев в свою машину, она тяжело задумалась. Все версии казались ей вполне реальными, но то, что сказала та женщина-врач, не давало ей покоя. Китайская ширма, что же за ней? После того, как она увидела убийцу своего мужа на могиле соседки, Нина Петровна стала сомневаться насчет её честности. Сегодня это зерно сомнения только укрепилось.