Чтение онлайн

– И этого достаточно, что бы не пойти к Куперу? Она была сильно расстроена.

– Да. Кит всегда хотела быть агентом, а Куп даже не рассматривал такую возможность. Это другая причина, по которой она недовольна им.

– Может быть, она решила избавиться от меня сама?

– Я могу справиться с ней, – он погладил ее колено через тонкую простыню.

Прикосновение успокоило ее. Кожа Клэр горела от его прикосновений. Должно быть, он понял, какое влияние на нее оказывает, поскольку его руки успокоились, поглаживая ее по колену. У нее перехватило дыхание, когда они посмотрели друг на друга. Воспоминания о прошлой ночи затопили их. И с ними пришел голод.

Его светло-зеленые глаза становились темней, напоминая ей лес после дождя. Ее кожа была горячей в тех местах, где к ней прикасались его руки.

Пальцы Гидеона сомкнулись на ее колене.

– Нам, и правда, нужно вставать.

Клэр откинулась на кровати. Мужчина приблизился к ней, его гладкая мускулистая грудь была непреодолимым соблазном для девушки. Ее пальцы касались его твердых плеч, описывая круги вокруг его бицепсов. Он убрал руку с ее колена и провел ею выше по бедру.

– Мы должны, – согласилась она, задыхаясь, когда он дошел к точке слияния ее бедер. Его пальцы потерли ее влажные изгибы сквозь тонкий хлопок, ткань которого увлажнилась от ее желания.

– Позже, – зарычал Гидеон, и, сорвав трусики, вошел в нее одним толчком, полностью заполнив ее.

Гидеон еще улыбался, когда вышел из душа. Пока не вытер запотевшее зеркало полотенцем и не посмотрел на свое лицо с глупой улыбкой. Мужчина смахнул с лица влажные волосы и бросил взгляд на себя в зеркало, удивляясь, как насмехается над ним любовь, поразившая его, к женщине, стоящей так близко к смерти.

И если у Клэр появится шанс, то он должен закончить то, что произошло между ними. Он не может кувыркаться в постели с ней, не зависимо от того, как хорошо им было. Впервые в жизни он забыл. Она заставила его забыть. Уродство смерти своих родителей, долгие годы убийств и крови. Он совершил так много убийств, что, закрывая глаза, он не видел ничего, кроме крови. С Клэр все это исчезло. Он видел только ее. И чувствовал лишь спокойствие.

Но если он ее убьет, это чувство пропадет. Будучи преисполнен решимости держать ее на расстоянии вытянутой руки, он вздохнул и обмотал полотенце вокруг талии. Открыв дверь, он вышел, приготовившись, словно к битве. Видеть Клэр и суметь удержать руки при себе потребует от него куда больше сил, чем Гидеон мог ожидать.

Он замер, взглянув на нее. Что-то напевая, девушка вытянулась над постелью, застилая одеяло и взбивая подушки. Очень домашняя сцена. Обычное дело для любой жены. Этим занималась и его мать.

– Чем ты занимаешься? – спросил он.

Девушка взглянула на него и подарила ему яркую улыбку. Под его сердитым взглядом улыбка увяла. – Заправляю постель.

Развернувшись, Гидеон подошел к шкафу и стал одеваться.

– Гидеон, что случилось? – он услышал смущение в ее голосе и сопротивлялся желанию успокоить ее, обнять и целовать до тех пор, пока он не забудет о том, кто она, и что он должен спасти ее от обращения.

– Ничего, – ответил он, надевая кобуру с пистолетом. – У нас полно работы на сегодня. Пойдем.

С затуманенным взглядом и невнятной речью – приемный отец Ленни, несомненно, был человеком. Ничтожным, но все же человеком. И он не мог нести ответственность за инфицирование Ленни. И Клэр надеялась, что у него была хоть какая-нибудь информация, зацепка, которая подтолкнет их в нужном направлении. Двоих друзей Ленни они навестили рано утром – мальчиков, с которыми она его часто видела в школе – и ничего больше.

Но приемный отец Ленни знал еще меньше о привычках своего сына, чем его друзья.

– Где ваша жена? – поинтересовался Гидеон, встряхнув его, когда казалось, что тот был готов потерять сознание.

– Она сбежала с каким-то парнем. Несколько недель назад.

Гидеон отпустил его. И мужчина вновь упал в кровать, его налитые кровью глаза остановились на Клэр. Передача «Верная цена» громко ревела в крошечном телевизоре позади них. Голова мужчины качнулась из стороны в сторону, когда он спросил:

– Вы учительница Ленни, о которой он всегда рассказывал? Мисс Как-вас-там?

– Мисс Морган. Да, это я.

– Рот моего первенца не закрывался, рассказывая о вас, – он глотнул пива из жестянки. Другие смятые валялись на полу и на запачканном кофейном столике. – Мисс Морган то, мисс Морган се. Он был совершенно повернут на вас. Меня тошнило от того, как часто он произносил ваше имя. Глупый ребенок, – пробормотал он, с отвращением покачав головой, достав пульт управления от телевизора из-под диванной подушки.

– Давай Клэр, – схватил Гидеон ее за руку. – Пошли.

Но она не могла пошевелиться. Его невнятные слова буквально пригвоздили ее к полу.

– Лен считал, что ты можешь спасти его, – он раскинул руки, а его голос звучал с издевкой. – Заберите его отсюда и превратите в нормального мальчика из колледжа. Ну, и как он сейчас, леди-учитель?

Клэр сделала глубокий, дрожащий вздох, желая заставить свои ноги сдвинуться и уйти из этого дома.

– Пойдем. Не слушай этого болвана, – Гидеон потянул ее за руку и вытянул, в конце концов, на улицу. Дверь захлопнулась за ними с громким стуком, резанувшим ее слух.

Клэр едва могла идти, не говоря уж о том, чтобы забраться в джип. Она слепо уставилась в лобовое стекло, терзая маникюр, прежде чем поняла, что машина так и стоит на парковке, а мотор не заведен.

Посмотрев на Гидеона, она спросила:

– Почему мы не двигаемся?

Мужчина указал на дом рукой.

– Не позволяй ему достать себя, – небо осветила вспышка молнии, затем прогремел гром.

Девушка пожала плечами и вновь уставилась вперед. Заскрипела кожа, когда она повернулась и склонила голову на подголовник.

– Он прав. Я не помогла Ленни.

– Возможно. Но я не видел других учителей в том переулке, готовых подставить свои задницы на пути ребенка той ночью, – его голос звучал твердо и сердито, когда он завел джип. – Может, если бы волновалась о Ленни меньше, а о Клэр больше, то не была бы сейчас здесь со мной, – он резко переключил скорость. – Я считаю, ты пожертвовала многим, гораздо больше, чем Ленни хотел или ожидал от тебя.

– Откуда ты знаешь о его мыслях? Возможно, он думал, а я не сделала.