Чтение онлайн

... в свете ПНВ струйки пота, обильно стекающие со лба Самохвалова, нетрудно принять за кровь...

– - Рискованно... но неплохо. И сколько мы его еще... кино... снимать будем?

Командир тычет пальцем в спасительную папку:

– - Да по документам, хоть месяц... Пока не решим, что со всем этим добром делать. Будем снимать... до последнего патрона, если понадобится! Группам занять места по расписанию!

ГЛАВА 18

– - А я тут вот подумал, мужики, уйду я на пенсию на хер...

Дежа вю. И это тоже было: и ремеслуковская поза "нога на ногу", и его пенсионные планы насчет разведения кобелей, и мы с Баратынским, нехотя внимающие велеречивому полковнику.

– - Так вот. Уйду я на пенсию и... на хрен мне эта псарня сдались?! Возьму и выставлю свою кандидатуру на Президента России. А что? Время еще есть. Деньги теперь тоже...

У Ремеслука сегодня есть не только время и деньги, но и повод помечтать.

Еще бы! Базу в "Заветах Ильича" мы с ребятами Самохвалова взяли под контроль без сучка без задоринки. Если не считать задоринкой нескольких легко раненных с нашей стороны, а сучком -- толстого полковника, попытавшегося помешать киносъемкам.

Орлы Баратынского захватили казначейство "чехов" в санатории ВЦСПС "Молодые дубки". И тоже -- без лишних проблем. Правда, и к ним подоспел расторопный СОБР, причем более отмороженный, чем наш. Сразу начал палить. Если бы не дипломатичность "кинорежиссера Баратынского", дело могло бы обернуться большой кровью. Но, слава Богу, пронесло.

И вот мы -- Юрий Викторович, я и Паша Платонов в качестве совещательного голоса -- сидим в директорской Ремеслука и слушаем его разглагольствования. Ближайшая задача решена, по всем документам у нас целый месяц на то, чтобы разобраться с "золотом регионов".

– - Юлий Викторович, -- подает голос Платонов, -- А если серьезно... что с раненными "чехами" делать собираетесь? Их восемь человек на объекте Самохвалова и еще пятеро в "Дубках". Ну, ночь они там перекантовались, но не на базах же их держать в самом-то деле!

Ремеслука не смущает вопрос Паши. Он надевает очки, достает пухлую визитницу, перебирает пластиковые страницы, плотно утыканные карточками и бормочет себе под нос что-то вроде: "Тэк-с, Черномырдин... Хазанов... Собчак... нет, не то! Ага... Жванецкий... Горбачев... нет. Вот!"

Он выдергивает одну из визиток и шлепает ей о стол, будто козырным тузом:

– - Вот. Майор Барковский. Слыхали о таком?

Мы недоуменно переглядываемся с Платоновым и Баратынским: нет, такого майора мы не знаем.

– - Ну как же, как же, друзья! Об акции "Пропавший полк" разве не слышали? Барковский -- ее руководитель. Он ищет чеченцев, "пропавших" в России и меняет их на наших пленных. Так я тут по базе данных посмотрел, эти тринадцать "духов" -- все барковский контингент. Все борцы за веру. Все в общероссийском розыске: убийства, грабежи, изнасилования, вымогательства, наркотики. Я сейчас Барковскому позвоню: пусть забирает их на хер в Ичкерию. Привезет оттуда наших ребятушек -- тринадцать русских матерей счастливее станут.

Ремеслук тут же снимает трубку и в течение десяти минут утрясает вопрос с руководителем акции "Пропавший полк": да, возьмет, да, доставит, да, солдатиков наших на обмен привезет. До сих пор не могу привыкнуть к манере Леонидыча вести дела: часами лясы точить, а потом решать все в один момент.

– - Юлий Леонидович, а про деньги как решили?
– - интересуется Баратынский, -- Надо ведь еще с закладными как-то разбираться, с мэрскими гарантиями...

– - Нет, а серьезно, -- вскидывается полковник, -- Хрена ли там решать? Сколько баксов было в коробке из под ксерокса, которую из Белого дома скрысили? Пятьсот тысяч! Сколько баксов складировано сейчас в "Заветах" и "Дубках"? Поболее, поболее... Но и у меня...

Полковник обводит взглядом комнату:

– - И у меня коробок вон до фига. И из под ксероксов, и из под факсов, и из под пипифаксов. Есть куда бабки грузить! И на президентскую компанию вполне хватит... Вот стану Президентом, и все гарантии -- на свалку.

Юлий Леонидович ожесточенно потер нос:

– - Прикиньте... По "ящику" рекламу закажу. Что-нибудь вроде: "До выбора Ремеслука президентом России осталось 168 дней, 12 часов, 30 минут, 15 секунд!". Бам-Бам-Бам! Кино про меня Рязанов снимать будет. "Ремеслук в кругу семьи... то есть, Зики". А сам я свалюсь куда-нибудь в Москву-реку... спляшу "комаринского" где-нибудь в Лондоне... назову разок Швецию Швейцарией, Польшу Норвегией, прихвачу парочку натовских секретарш за задницу, пообещаю рассчитаться с пенсионерами и бюджетниками. И все. И писец. И я -- всех вас... Президент. Ну, конечно, портфели распределю по профилю...

Ремеслук шмыгнул носом. Его несло:

– - Ты, Платонов, теперь кто? Глава продюсерского агентства. Будешь министром финансов. "Люди добрые, мы беженцы, поможите России, чем можете..." Это по твоей части.

Неволин у нас сейчас вообще не пришей кобыле хвост. Кем тебя сделать, а, Неволин?

Ну, а с Баратынским вообще все ясно. Начальник психушки, так сказать. Значит, сделаем его спикером Госдумы. По профилю близко.

– - Простите, господин полковник...

Я решаюсь вторгнуться в мечты Ремеслука. Кто-то ведь должен спустить его с небес на грешную землю:

– - Простите, но пока вы не определились с моим портфелем, могу я быть свободен? Что делать с ценностями, вы решите и без меня. Я свою задачу выполнил, хотелось бы только про Шамиля напомнить. Насколько понимаю, в числе захваченных на базах "духов" его нет...

Ремеслук действительно спустился с небес на землю. Скорее упал. И без парашюта.

– - Ах да... Сережа... конечно! Ты прав. Ты свое отработал. И с Шамилем надо по быстрому разбираться. Это и в твоих, и в наших интересах.

Полковник взглянул на часы:

– - Он сейчас в своем головном офисе. В "Темпе-А". И, естественно, в курсе событий. Связь с обеими базами прервана, ему нетрудно домыслить, что могло произойти. Надо его сегодня же и брать. Шамиль -- опытный шакал. Наверняка уже со своими партнерами созванивается, планирует что-нибудь нам в пику. Давай так...

Ремеслук провел пальцем по циферблату.

– - Двух... трех часов тебе хватит, наверно. Там, на втором этаже в комнате у Мадины тебя трое японцев каких-то с утра дожидаются, поговорить хотят...

– - Какие японцы?

Честно говоря, в пылу ночных "киносъемок" я успел позабыть о событиях другой, предшествовавшей им ночи, о злобном Исрапи и о своих нежданных спасителях.

Ремеслук поднял брови:

– - Какие японцы и откуда, тебе лучше знать. Заявились ни свет ни заря, я подумал -- за девочками. Нет, говорят: Нииволина, Нииволина. Хорошо, старший у них с разговорником, немного по-русски лопочет. Нииволин-сан, -объясняет, -- нас луцсий друг. Мы будем его ждать.

– - Что мне оставалось? Провел их в комнату к Мадине, дал им шашки, чтобы в "Чапаева", значит, играли, да двух бойцов к ним приставил.